Ростислав Корсуньский – Воин (страница 17)
— «Медленно идете. Догонят, — первое, что он нам сказал. — Садитесь».
Он сел, и когда мы залезали на него, увидели две раны на его боку, а внизу на шее — обугленную шерсть. Я мысленно передал, куда нам надо, и он побежал. Я сказал, чтобы он снова уходил в горы, как раз по другую сторону ущелья, где мы только что шли. Надеялся, что поиски будут вестись по кратчайшему пути к герцогству, а мы сейчас снова отклоняемся почти к западу. По пути он сообщил, что весь отряд барона погиб, а ему еще удалось оторвать голову мертвому магу, чтобы ктулхи не подняли лича. Кстати, я чувствовал, что бой дался ему очень тяжело, поэтому мы с Айви создали по паре заклинаний «Капля жизни», применив их к нему. А еще по пути Тир’Эш немного рассказал о себе — точнее, о названии своего вида и о своих боевых навыках.
Тир’Эш — это шредаар’инра’доо. Когда я сообразил, что написание сходно с языком хилл’са, то пристал с вопросом, не является ли Тот О Ком Не Помнят богом демонов? Так и не ответил, зараза — все юлил, юлил, заявив в конце, что когда придет время, я все узнаю. Когда я подробно передал эту часть эльфийке, она даже стукнула его ногами по бокам. Что же касается его боевых навыков, то он очень быстрый — быстрее и ктулха, и ктул-каарна, и ктул-айча. Когти — своего рода артефакт, наподобие моих серпов или женской пары Айви. Мощная ментальная защита, но атаковать не может, средняя защита от магии, причем своеобразная. Его шерсть гасит магию, но сама при этом обугливается, и вот где ее не станет, он будет сильно уязвим для магии. А когда он сказал, что сейчас может использовать только четверть своих способностей, я, естественно, задал соответствующий вопрос. И он мне показал бой представителя его расы.
Высший метаморф имеет четыре ипостаси: обыкновенный кот, хищник из рода кошачьих (как сейчас), змей и летучая мышь. Кот — сильнейший ментальный маг, полная неуязвимость к заклинаниям и магическое перемещение с невероятной скоростью, змей имеет полную неуязвимость к любому холодному оружию, даже артефактному, кроме того, которое имеет божественную составляющую. Летучая мышь — полная невидимость. Кстати, кот просто использовал ментальный отвод глаз, который я принял за невидимость. Бой же выглядел вообще неправдоподобно: шредаар’инра’доо превращался на лету, прямо во время боя, причем происходило это практически мгновенно. На вопрос, почему здесь потратил намного больше времени, он ответил, что причина одна и та же, о которой он сказать не может.
Остановились на отдых у небольшого ручья под кронами двух деревьев, которые так переплелись, что напоминали крышу. Пока варили себе кашу, Тир’Эш принес крупного зайца, поэтому обед у нас получился очень сытный.
Солнце уже клонилось к закату, мы лежали на земле, Айви положила свою голову мне на плечо, а я, обняв ее, поглаживал ей животик. Внезапно до нашего слуха донеслись отголоски взрывов. Мы вскочили, быстро надели перевязи с оружием и превратились в слух. Снова услышали отголосок взрыва, потом еще один. Сообразили, что это идет воздушный бой, который приближается к нам. Вскоре немного в стороне от нас пролетел дирижабль. Понять, кому он принадлежал, было невозможно — весь его правый борт зиял пробоинами. За ним гнались еще два воздушных судна, принадлежность которых тоже осталась для нас неизвестной. Отлетев на некоторое расстояние, беглец внезапно резко затормозил, повернувшись бортом к преследователям. Что-то мигнуло на его борту, и в носовой части преследователей мы увидели взрывы, а спустя секунду услышали звук. Те в долгу не остались, атаковав магией, а затем тоже развернулись бортами. Начался короткий воздушный бой, за время которого мы сумели подобраться ближе, поднявшись почти на вершину высокого холма.
Беглец атаковал не только магией, но и еще чем-то, напоминающим алхимические снаряды эльвари. Жена тоже тихо сказала об этом. Невероятно, но удирающий дирижабль вышел победителем, а все благодаря щиту, который их противник далеко не всегда мог пробить. И тут, когда, казалось, победа у него в кармане, с земли его атаковали знакомыми багровыми шарами. От удара дирижабль развернуло к нам другим бортом, и я заметил какой-то рисунок.
— Китайская империя, — уверенно сказала Айвинэль.
— Как узнала?
— Вот этот рисунок — часть их герба.
И тут дирижабль стал падать. Не камнем, нет, но снижался достаточно быстро. Если так дотянет до земли, то люди могут остаться живы, поэтому мы направились к месту падения. Поднявшись на вершину холма, увидели с другой стороны начинавшийся лес, а летающий корабль упал дальше примерно метрах в пятистах. И мы побежали. Начало смеркаться, но Тир’Эш уже объяснил нам, что все ктулхуты прекрасно видят ночью, поэтому никакого преимущества у нас не будет.
Поваленные и наклоненные деревья — это след дирижабля, вот по нему мы и двинулись дальше. А спустя пять минут вышли к поляне, где проходил бой — точнее, его завершающая часть. Немного дальше виднелось застрявшее среди деревьев воздушное судно.
— Бешеная ханька? — изумленно прошептал я.
Да, молодой гений китайской империи вела бой с тремя ктулхами и их свитой. Более того, один из них имел свиту в десять ктул-каарнов, что говорило о его большой силе. Их ментальные атаки, вероятно, сдерживал специальный защитный артефакт, зато магия бушевала там нешуточная. Кстати, нежить отсутствовала. Вокруг девушки, не переставая, мерцала пленка защиты, в которую то и дело попадали чары ее врагов, но пробить так и не могли. Более того, подручные ктулхов тоже постоянно долбили ее защиту. А сама она творила чудеса магии, атакуя врагов своими плетениями. Вот от нее ушла какая-то золотистая сеть, накрыв тройку ктул-каарнов, которые отпрыгнули в разные стороны. Точнее, хотели, но не успели. И тут же в одного ктулха ударил синий луч. И эта ее атака оказалась результативной — противник ухнул на землю.
— Действительно, гений, — шепотом произнес я, и Айви кивнула в знак согласия.
Ханька выкладывалась по полной, и мы уже думали помочь, как вдруг подошел еще один ктулх со свитой в десяток подручных и ктул-айч. Я впервые увидел этого воина. Говоря одним словом — орудие убийства. Когда он подошел, девушка пошатнулась, а потом исчезла ее защита. Мы хотели уйти, чтобы не видеть, как девушку убьют, и уже развернулись, когда я услышал в своей голове слова Тир’Эша:
— «Все очень плохо».
Развернувшись, глянули на поле боя, отмечая, что девушку не убили, а куда-то понесли. И мы отправились следом.
Вероятно, ктулхуты чувствовали себя здесь вольготно, поскольку перемещались без какой-либо опаски. В итоге мы пришли к небольшой долине. Вот здесь уже патрулирование осуществляли ктул-каарны. А в самой нижней части долины лежали огромные коконы или яйца разной расцветки, если глаза меня не обманывают. Раз, два, три… тринадцать.
— «Эта девушка нужна им, чтобы создать ктул-соатха. Поэтому ее и не убили, — пояснил мне представитель расы высших метаморфов. — Но они должны подготовить специальный ритуал».
Я попросил пояснений. И узнал, что летающих ктулхутов можно вырастить и так, но они будут очень слабыми, годящимися только делать с воздуха разведку. А вот когда ктул-йог поглотит очень сильного мага и затем перейдет в стадию кокона, то в этом случае ктул-соатх получится очень сильный. И именно такие особи являются воинами. Еще добавил, что подходит далеко не каждый маг, и по каким критериям их выбирают, так и остается тайной. Девушку бросили в какой-то загон, а сами ушли.
— Надо спасать ее, — прошептал я.
Расположились мы очень удачно. Позади нас росло сдвоенное дерево, а маршрут первого кольца охраны, которое мы преодолели, пролегал еще в десяти метрах дальше, поэтому даже Тир’Эш был незаметен сзади, когда просто лежал. А вот чтобы его не заметили ктул-каарны, которые охраняли непосредственно границы кладки, ему пришлось распластаться. Перешел в состояние измененного сознания и начал продумывать различные варианты освобождения девушки. Когда в голове были отброшены все, кроме одного, мы начали действовать.
Глава 6
Один ктулхут и три эльвари направились друг к другу. Последние, будучи сейчас одним целым с храмом своей Богини, чувствовали в своем противнике злейшего и смертельного врага. И это несмотря на отсутствие их покровительницы в этом мире. Чувство гнева бурлило в них, выплескиваясь наружу через глаза языками ярко-зеленого пламени.
В противоположность им вокруг их противника начали клубиться темно-серые вихри, окутывая его целиком. А вот тьма в глазах, как и у рыцарей, выплескивалась языками черного пламени. Рассмотрев своих будущих противников, он оскалился и злорадно произнес:
— Рыцари Флораниэнтиэль. Неужели вы надеетесь без своей мертвой госпожи справиться со мной? Я в свое время уничтожил ее — уничтожу и вас.
И в следующий миг троих эльвари накрыло тьмой.
Но зря он упомянул настоящее имя Богини эльвари: едва оно прозвучало, у всех троих проснулось внутри что-то, спавшее долгие тысячелетия. И тьму пронзили лучи ярко-зеленого цвета, а в следующий момент она растаяла. Все трое представителей рода Эндариэль поняли, что им для создания смертоносных вещей совсем не нужно создавать плетения. Повинуясь их воле, энергия, переполнявшая всех троих, создавала все согласно их желаниям. Но и противнику тоже не было необходимости создавать чары, и над полем боя засверкало, загремело и загрохотало.