Ростислав Корсуньский – Рунописец (страница 27)

— Об этом нигде не говорится, и дед ничего не знал, — сказал я, пока Асами пила чай.

— Но благодаря предателю, который был рядом с российским монархом, враг знал и место, и время встречи.

— А где встречались?

— В Монголии. Атака была мощной, но они не знали истинную силу рун. Японский представитель был тяжело ранен, а бабушка моя умирала. Тогда Александр Александрович сделал рунный круг из защитных свитков и под огнем магии и обстрелом огнестрельного оружия создал два целительских свитка. Вот это и есть рисунок используемой в этих рунах. Могу сказать, что никому из рунописцев клана, даже мастерам рун, не удалось его воспроизвести.

— Еще бы, — рассматривая руну, произнес я. — Вполне возможно, что эта руна годится только для световой магии.

Я расфокусировал зрение, глядя за рисунок, и начал его двигать. Медленно, чуть быстрее, снова медленно. Не знаю, как другим, но мне таким образом лучше удается выделять блоки, если они там имеются. К примеру, основа сразу была замечена. Я взял чистый лист бумаги, ручку и, продолжив действие, на листе начал делать наброски. Спустя пять минут я закончил работу.

— Что-то есть похожее, — Асами взяла в руки лист бумаги.

— Мне здесь важно получить блоки, а то рисунок очень уж сложный. Тогда можно…

Меня внезапно посетила интересная идея. Я ведь блоки замечал не одновременно, так, может быть, и рисовать их надо в такой же последовательности? А то я думал просто переносить как есть — то есть основа, потом начать добавлять части по кругу вокруг нее.

— А что ты вообще хочешь делать? — задала вопрос телохранительница.

— Да вот чувствую, что ждет вас там много опасностей, вот и хочу на вас нарисовать руны.

— Так у меня еще те сохранились.

— Те руны только целительские и всего третьего ранга, а эти шестого. Хотя вот эта, — я взял лист с рюриковской руной, — возможно и седьмого, пусть и в классификации его пока нет. Раздевайся и ложись на кровать. Хотя постой, мне надо попрактиковаться сначала.

Целительскую руну я решил не переделывать.

Да уж, идея с последовательным подключение блоков оказалась правильной, вот только последним надо было рисовать тот, что я увидел предпоследним. В противном случае руна переставала светиться.

— А вот теперь раздевайся и ложись.

Я краем глаза наблюдал за телохранительницей, но на этот раз даже в глазах ее не заметил неодобрения. Улыбнувшись про себя, начал воплощать пришедшую на ум идею.

— А ты сейчас по-другому делаешь, нажимаешь сильнее, — японка тут же прокомментировала мои действия.

— Так я проверю новую идею рисования рун.

— Господин, надо было на мне делать проверку, — услышал я укоризненный голос телохранительницы.

Я не ответил, продолжая рисовать руну. Простым зрением ничего не видно, перешел на магическое и тоже ничего. Начал концентрироваться и вот в этом случае увидел легкое свечение, хотя вкладывал в руну много энергии. После этого Асами легла на спину. Только если на спине я решил целительскую руну нарисовать сверху, а защитную внизу, то на груди наоборот.

— Наоми, теперь твоя очередь, — я посмотрел на охранницу.

И увидел ее смущенное изумление на лице. Затем она отрицательно покачала головой.

— Я же говорил, что чувствую, что вам тяжело придется в Китае. А ты должна сохранить жизнь Асами.

Последняя фраза подействовала на женщину и она начала снимать с себя одежду. Мне казалось, что такие люди, как телохранители, могут спокойно раздеться перед мужчиной, но японка точно не такая. Асами я не беру в расчет, так как в первый раз там просто необходимо было, а сейчас у нас соответствующее отношение друг к другу. И вот что удивительно — женщина покраснела.

— Гордись, Станислав, — каким-то чуть ли не возвышенным тоном произнесла Асами, — ты единственный мужчина, который видел мою телохранительницу обнаженной.

После Наоми, я принялся за защитную руну. Она была сложной, но не настолько, как целительская, которую, пожалуй, можно назвать даже ранга «семь плюс». Сфотографировал ее, перенес на ноутбук, затем загрузил ее в свою программку и запустил ее. Задача сейчас стояла передо мной банальная — усилить защитную руну. Не зная теорию создания рун, но имея предположения, что может это сделать. У меня после беседы с охотницей Лизой-Змеей появилось убеждение, что завитушки на рунах деда, отвечают как раз за это. Вот сейчас программа на фоне руны рисовала их в углах, меняя форму. Я же банально решил довериться интуиции, если она вдруг появится, или просто тому, что «мне так нравится».

Интуиция и наитие решили взять отпуск, поэтому пришлось работать по второму варианту. За десять минут работы программы я отобрал где-то двадцать рисунков. Теперь предстояло их проверить.

— Да, что ты будешь делать, — недовольно проворчал я после очередной проверки.

— Прошу тише, господин, — тут же отозвалась Наоми.

Но я и сам одернул себя. Асами спала на моей кровати и видела уже десятый сон, а я так и не смог пока найти правильность руны. Очень не хватает базовых знаний их составления. Подавляющее большинство моих изобретенных рун вообще не работали, некоторые работали, но были явно слабее оригинала. А проверяли очень просто — я активировал ее, а Наоми льдом атаковала. Так и провозились до утра.

Утром пришлось рисовать им стандартную руну. Когда прощались, я сказал телохранительнице:

— Наоми, защити и сбереги Асами.

Она ничего не ответила, лишь кивнула. Я же сел за создание искусственного интеллекта.

Начались учебные будни.

Карантин возобновили, а я только сейчас сообразил, что надо было сходить в город и купить телефон для общения с Асами. Теперь придется заказывать через интернет, чего я очень не люблю. Погруженный в свои мысли о программировании, пришел в наш класс.

— Здравствуй, Станислав, — поздоровалась со мной княжна Засекина.

Я же уставился на нее, находясь в полнейшем недоумении. С тех пор, как в первые два дня после начала учебы они не отвечали мне на приветствия, отворачиваясь и задирая нос, я перестал с ними здороваться.

— Здравствуйте, графиня, — ответил ей и поспешил сесть за парту.

Заметил, как сверкнули ее глаза от подобного типа неуважения, но ответить ей не дала вошедшая в класс учительница. До обеденной перемены время пролетело быстро.

— Станислав, как вы можете целый день без еды? Неужели ты тоже на диете?

На этот раз со мной заговорила княжна из другой фракции, как я называл девичьи группки. Александра Александровна Чернышева широко раскрытыми глазами смотрела на меня.

— Скажите честно, что вам так внезапно понадобилось от меня? Три недели даже не глядели в мою сторону, а тут вдруг прям-таки несусветный интерес.

— Я поняла, что вела себя совершенно неправильно.

— То есть, теперь вы ко всем простолюдинам будете относиться также? — немного иронично спросил я.

— Если они таким же фантастическим образом спасут ее высочество, то да, — невозмутимо ответила она.

— Так вот в чем дело! — меня озарила догадка. — Если вы думаете, что меня наградили там титулом или чем-то, то это не так. Или вы думаете, что мы с ней стали друзьями? Нет-нет, не…ту ничего подобного.

Признаться хотел сказать «не надо мне такого счастья», но вовремя сообразил, что это можно принять за оскорбление короны.

— Так что можете спокойно относиться по-прежнему, то есть не замечать.

Она бросила на меня испытующий взгляд, развернулась и вышла из аудитории. Я же достал ноутбук и занялся любимым делом. Сорок минут пролетели очень быстро. Когда вошли девушки, я заметил, что те вернулись к своему прежнему ко мне отношению.

Четвертая реальность третьей вероятности, Земля, Российская империя, Москва.

— Ну, теперь-то ты мне все расскажешь о моем спасителе?

Великая княжна Надежда Рюрикович безразличным взглядом глядела на своего подчиненного, хотя внутри подобралась, как перед боем.

— Сведений на удивление мало. Родился и проживал он в Хабаровском Крае недалеко от пятна и недалеко от рыбацкого поселка. Жил с дедом. Я отправил людей туда на проверку и местные жители подтвердили, что видели старика, а потом и парня, когда те приходили к ним в поселок. Про родителей сведения отсутствуют. Дед был рунописцем и научил внука. Удалось проследить его путь сначала в Хабаровск, затем в Новосибирск. В Хабаровске мой человек увидел свою знакомую наемницу, изгоя Волконских Инну, которая поведала ему интересную историю о покупке рун у мальчишки. И как ты думаешь, кем он оказался?

— Неужели Смирновым?

— Совершенно верно. Даже насела на него, чтобы тот сказал, где находится парень. С ее слов его целительские руны третьего ранга эффективнее стандартных. Да-да — третьего, — повторил он, видя, что ее высочество не очень верит ему.

— Зато теперь понятно, как он сумел оплатить учебу, — великая княжна произнесла это тоном архимедовой «Эврики!». — Получается, чтобы заработать на учебу он должен легко рисовать руны третьего ранга.

— Вы правы, ваше высочество, Волконская утверждает, что он делал свитки у нее на глазах и движения его были доведены до автоматизма.

— Он должен принадлежать мне, — отрезала Рюрикович.

— Я все-таки против, — возразил особист. — До появления его биография скрыта, и мы не знаем, кто его родители. Можно взять его в оборот и допросить, но в этом случае он никогда не будет доверять нам. Это чисто мое мнение. Я ведь говорил, что надо сделать, чтобы все простолюдины регистрировали детей сразу после рождения.