Ростислав Корсуньский – Путь в неизвестность (страница 46)

— Вообще-то можно, — наконец-то заговорил псион, — но в твоем случае даже не знаю, что и сказать. Ведь ты обладаешь очень сильной природной защитой, пробить которую очень тяжело, а вот обойти… — он снова замолчал, и очень тихо, как бы споря сам с собой, пробормотал: — Разве что она сама у тебя может определять степень опасности, но разве такое возможно? А вот обойти, — уже громче сказал он, — тоже вряд ли. Поэтому не знаю, что и сказать. Хотелось бы услышать подробную историю вашего знакомства и взаимоотношений, тогда могут появиться новые мысли.

— Дело было так, — я не видел смысла скрывать хоть что-либо, ведь месть состоялась и, сев прямо на землю, продолжил рассказ, — я решил переплыть на соседний материк…

В этом месте он чуть кивнул, таким способом подтверждая свои выводы или мысли. По мере рассказа это происходило еще три раза, а вот объяснение причины моих действий, не вызвало никакой реакции — то ли ему было безразлично, то ли я поступил в соответствии с его принципами. Дикая проигнорировав стул, на который я не решился сесть в броне, уселась рядом со мной, облокотившись на меня. Девушки, как и полагается телохранителям, стали за моей спиной.

— Очень интересная история, — только и сказал Грил’Ггорт, после моих слов «вот и все».

— Ага, — подтвердил я, — поэтому тоже хочу, чтобы их научили нашему языку.

— Значит, это твоя работа, что лаборатория взлетела на воздух, — сказал Барец. — Молодец!

Я не удивился об их информированности, ведь взрыв был довольно сильный, особенно второй, когда взорвалось что-то аграфское: то ли склады боеприпасов, то ли генератор или вообще нечто другое.

— Так что на счет обучения? — снова поинтересовался я у псиона.

— Попробую, — неуверенно сказал он, — главное убедить девушек, что им ничего не грозит.

Поначалу я не понял смысл его слов, но довольно быстро сообразил, раз у них наличествует защита, то без согласия с их стороны, сделать он ничего не сможет. Вот нам и предстояла эта непростая процедура. Непростая — это еще мягко сказано, девушки никак не могли понять, что мы от них хотим. Или не хотели понимать. Но, в конце концов, с горем пополам, нам эта часть удалась. Сейчас Грил’Ггорт и Дил сидели на земле, глядя друг другу в глаза. Если первый сидел абсолютно расслабленным, то вторая была готова взорваться действиями в любой момент. Это, вероятно, напрягало псиона, так как на его лице периодически проскакивала гримаса неудовольствия.

— Да не закрывайся ты, — вдруг вырвалось у него, а в конце он добавил еще что-то, сказанное, наверное, на его родном языке.

На лице девушки изредка стало появляться умиротворение, которое, наконец-то, полностью захватило ее. Поза ее расслабилась и оба застыли, не шевелясь. Сидели они на земле и продолжалось это четыре часа, спустя которых Грил’Ггорт шевельнулся и, устало поднявшись, сел в кресло.

— Вторая завтра, — произнес он и закрыл глаза.

— Ну же, скажи что-нибудь, — нетерпеливо сказала Дикая.

— Что? — ехидно усмехнулась Дил. — То, что тебе очень понравилось, когда господин взял тебя за грудь?

Акцент был ужасен, но все поняли фразу. Дикая со словами: «Да я тебя...» хотела вскочить, но я, ожидая чего-то подобного, удержал ее рядом с собой.

— Акцент пройдет быстро, — сидя с закрытыми глазами, негромко сказал Грил’Ггорт. — Сейчас главное побольше говорить.

— И не надо называть меня господином, — обратился я к девушке, — зови просто по имени.

В это время пришел кто-то из жителей поселка и после кивка Бареца начал говорить.

— К ним прилетели еще люди с дроидами. Сейчас занимаются разборкой завалов. Более точно сказать не могу, так как они выпустили много дронов-наблюдателей, поэтому пришлось уйти. По пути встретил Зинра, который мне сказал, что в порту тоже высадились живодеры и вряд ли кто-то приплывет. Ему, как и мне, тоже пришлось уйти из-за наблюдателей.

— Отойдите на безопасное расстояние и наблюдайте за ними, — приказал «шерстяной». — Если они начнут движение в какую-либо сторону, то сразу сообщить.

Подчиненный, а им мог быть только такой человек, потому как в голосе Бареца чувствовался металл, чего в разговоре с другими жителями поселка не наблюдалось, кивнул и быстрым шагом направился к воротам. Грил’Ггорт все это время сидел с закрытыми глазами, размышляя о чем-то, только ему ведомом.

— Это из-за твоей мести, — вдруг заговорил он, не открывая глаз, и снова умолк.

— Простите, — извинился я, потому что совсем не ожидал такой реакции, хотя предполагать мог.

— Не переживай, — снова произнес псион, — давно надо было сровнять лабораторию с землей.

Он опять замолчал, а я задумался о своем поступке. Мог бы я поступить иначе? Нет! Как только подумаю о том, чтобы оставить своих обидчиков без наказания, так внутри меня что-то начинает сильно протестовать, поднимая гнев и ярость из глубин моего я. А в данный момент меня сейчас беспокоили аграфы, прибывшие на планету. Если точнее, после сообщения об этом у меня и появилось беспокойство. Еще из того же сообщения я понял, что покинуть этот материк не удастся, и виной тому все те же аграфы. Для чего они это сделали? Самый очевидный ответ — чтобы никто не смог уплыть, а значит, они планируют какие-то действия по отношению к местным жителям.

С другой стороны, зачем им сдались аборигены? Кристаллы, которые могут попасться, они и так несут им. Будут кого-то искать? А кого? Опять же самый очевидный ответ — того, кто взорвал их лабораторию. Менее очевидный — это поиск нас четверых, тех, кто сумел сбежать и скрыться из нее. Это особенно актуально, если опыты над людьми запрещены и за это существуют серьезные наказания. И насколько я могу судить по полученной мной информации, это запрещено. Хотя в отношении этих аграфов я не могу быть уверенным. «Надо самому посмотреть на их действия», — решил я, поднялся и направился к выходу.

— Ардайл, ты куда? — тут же вскинулась Дикая.

— По делам, — ответил ей и, не давая вставить девочке хоть слово, добавил: — Тебе со мной нельзя, опасно там очень. Ты лучше подожди меня здесь.

Я сделал уже десять шагов, как вспомнил про своих телохранительниц. Обернулся — так и есть, идут за мной бесшумно поступью.

— Вил, останешься здесь и выучишь язык в мое отсутствие, — приказал ей, — Дил переведи.

Правда последнее было не обязательно, так как девушка и сама переводила мои слова. Она без разговоров осталась, с чем я себя мысленно поздравил — худо-бедно, но научился ими командовать. Когда вышли за пределы поселка, меня снова посетила мысль, что мой тактический комплекс больше предназначен для диверсионных операций, чем для охраны объектов. Даже если этот объект весь из себя такой секретный.

— Искин, вывести полный список возможностей тактического комплекса, — приказал я.

Решил снова просмотреть возможности брони. На некоторых пунктах останавливался для более подробного изучения, но ничего меня интересующего не нашел. А интересовал меня один нюанс — возможность маскировки. Я читал, что в тактических комплексах, предназначенных для разведчиков и диверсантов, это штатная возможность. Вот мне и хотелось ее найти. Но то ли ее не было, то ли была отключена, то ли необходим код доступа, ведь я, по сути, приватизировал «костюмчик».

— Ардайл, а куда мы идем? — услышал я голос Дил.

— В место, где аграфы что-то делали со мной, а что именно я и не знаю. Как ты, может быть, поняла, я им отомстил, взорвав их лабораторию, и теперь хочу посмотреть, что там они делают. Ты лучше о себе расскажи.

Мне и в самом деле было интересно узнать про жизненный уклад людей, которых с самого детства готовят, как воинов. Причем, совершенно не делая различий между мальчиками и девочками.

— Прости, но я не имею права говорить на эту тему, — разочаровала она меня. — Каждый из нас после окончания обучения дает клятву хранить все, касающееся нас, в тайне.

— Ну, нет — так нет, — ответил ей, а сам задумался об этом.

Не говорить про учебу и жизнь можно лишь в том случае, если там применяются какие-то секретные методики. По крайней мере, ничего другогоголову не приходит, поскольку в других случаях получается бред и смысла скрывать общеизвестные факты нет никакого. А раз так, то подготовка девушек должна быть на очень высоком уровне. Скорее всего, даже в сравнении с людьми Содружества, у которых есть соответствующий симбионт. Ночевки прошли без происшествий и вскоре, судя по карте, мы приблизились на расстояние нескольких километров.

— Искин, полный контроль окружающего пространства, — приказал я ему.

До этого мы передвигались, контролируя все сами. Причина проста: когда сообщили о высадившейся группе аграфов, я вдруг почувствовал, что зарядов батарей к броне может не хватить, поэтому и экономил.

— Дил, — обратился я к девушке, — дальше пойду один. Там очень опасно и, если нас увидят, то уйти мы не сможем.

— Я могу быть незаметной, — тут же возразила она мне, — и никто меня не почувствует.

— А увидеть?

— Я раньше их почувствую, — ответила она с гордостью, но видя мое непонимание, пояснила: — У нас с сестрой врожденный талант чувствовать людей. У очень многих из нашего народа он присутствует, но у нас особенно сильный. Поэтому мы знаем, кто и где находится. Это только ты такой странный, что только при помощи ритуа…