Ростислав Корсуньский – Путь в неизвестность (страница 24)
Начали поступать первые доклады. Как он и ожидал, пират решил пощипать работорговца, в надежде разжиться чем-то с его корабля. Судя по следам боев им это удалось, но их вспугнул подельник и капитан пиратов не придумал ничего лучше, как расстрелять корабль. Об этом говорили многие следы.
— Уходите, — отдал он приказ группе.
— Постойте, — раздался вдруг оживленный голос, — здесь один есть живой. Хотел, наверное, дождаться помощи в скафандре, вот и дождался, — весело добавил тот же голос, затем уже серьезным голосом сказал: — У него закончился кислород и парень едва жив.
— Сколько ему? — спросил капитан.
— Шестнадцать-восемнадцать лет, — услышал ответ.
— Спасти, но усыпить, — приказал он и едва слышно, чтобы никто не услышал, добавил: — У нас есть заявка.
Флориан Хеллиналь принадлежал к клану АйвальИнтан, что с древнего языка переводится, как Звездное Древо. И глава клана организовал лабораторию, где проводились опыты по усовершенствованию симбионтов, а подопытными были не только люди, но и аграфы из захудалых и не очень родов и кланов. Зато было сделано два усовершенствования, благодаря чему ускорилась реакция организма и скорость мышления. Не очень сильно, но, как оказалось, в боевой обстановке эта прибавка существенно повысила уровень воинов. Официально опыты над разумными не ставились, точнее, можно было получить разрешение на преступника, но с этим было столько мороки, что особо доверенным капитанам поступил приказ тайно снабжать их материалом. И Флориан Хеллиналь был одним из них. Остальной экипаж даже не догадывался, что часть пленников уходила не под суд, а прямиком в лабораторию. Вот и буквально декаду назад он получил заявку на молодого парня.
— «Капитан, обнаружена спасательная капсула сполотов, созданная еще до войны», — мысленно, используя симбионт, сообщил оператор систем слежения.
Несмотря на то, что эта раса была практически полностью уничтожена, конфликтовать с ними никто не хотел. Хотя бы потому, что государство Минматар, где они в данный момент проживали, являлось одним из сильнейших в Содружестве и относилось к тем с огромным уважением. Он отдал приказ и крейсер начал движение в сторону обнаруженного объекта, и вскоре капсула была помещена в специальный отсек. Как только это было завершено, прибыл челнок с пленным пиратом, которого, продолжали держать во сне. Спустя некоторое время патрульный крейсер аграфов ушел в прыжок.
Перед прыжком капитан, используя шифрованный канал, передал информацию и в условленной точке пленный пират был передан «органам правосудия». А крейсер продолжил путь в направлении республики Минматар, где и была передана найденная спасательная капсула представителям расы сполотов.
От пролетающего мимо патрульного корабля отделился челнок и направился на четвертую планету системы, которая единственная в этой системе была пригодна для жизни. И жизнь на ней присутствовала, причем очень разнообразная — начиная от реликтовых представителей ящеров и заканчивая разумной расой людей, постоянно воевавшими между собой. Вот челнок приземлился на небольшом плато, открылась дверь и дроид вынес тело молодого парня. Не успел он добраться до входа в пещеру, как площадку, где он остался, накрыл купол, и теперь самый придирчивый наблюдатель сказал бы, что видит только камень.
— Вот сюда, сюда, — довольно улыбаясь, сказал пожилой аграф охраннику, управляющего дроидом. — Замечательно, просто замечательный экземпляр, — добавил он, рассматривая принесенного молодого человека.
Помещение, куда привезли молодого человека, напоминало исследовательскую лабораторию, совмещенную с операционной, где находился стол вивисектора. Именно на этот самый стол и положили парня. Запястья, плечи, лодыжки, грудь и голову его закрепили специальными лентами с множеством различных датчиков. Когда закончили, его закрыла прозрачная крышка.
— Стандартная процедура, — произнес все тот-же пожилой аграф.
И на дисплеях появилась первая информация: где-то цифры, где-то графики, где-то диаграммы. Сам же старичок полностью был поглощен этим. Из себя он представлял ученого, фанатично преданного своему увлечению и не стесняющегося никаких средств при достижении цели. Вот и сейчас он с блеском в глазах взирал на результаты стандартного теста, приговаривая:
— Так-так-так, это в норме, микробиофлора имеет немного нестандартное сочетание, но в пределах нормы. А это отличается от нормы, но мало ли с каких диких планет получен этот экземпляр. Замечательно! — сделал он вывод и добавил: — Третья процедура.
И тут же тело подопытного подверглось различным нефатальным нагрузкам: легкий разряд электричества, небольшое увеличение давления в его камере, точечное воздействие на определенные участки тела. Даже был пущен газ, раздражающего свойства.
— Потрясающе! — вновь воскликнул он. — Такое впечатление, что он только что родился!
Издевательства прекратились и профессор даже открыл крышку, но не для того, чтобы освободить его. Наоборот, он приготовил какие-то инструменты, затем достал из контейнера емкость с плавающим там нечто. По внешнему виду оно напоминало морскую звезду, а по консистенции медузу. Некоторое время он размышлял, поглядывая то на парня, то на инструменты и, в конце концов, кивнув себе, отложил последние в сторону. Аккуратно достав этот странный симбионт, он разъединил его и одну половину он положил молодому человеку на лоб, вторую на грудь. Спустя полминуты оба студенистые звезды шевельнулись и стали погружаться в тело, и спустя еще минуту ничего не напоминало об этой процедуре.
А через пять минут начались странности. Подопытного затрясло, хотя должна была повыситься температура, затем его тело начало стремительно охлаждаться, что вообще не лезло ни в какие ворота. И наконец-то, подопытного бросило в жар, причем скачок был настолько быстрым, что профессор не успел дать команду на охлаждение, как она снова снизилась до стандартной.
— Хм, — старый аграф задумчиво уставился на мониторы, — ничего не понимаю. Если на симбионт так повлияла та его аномальность… нет, не могло этого быть, — и дальше пошел бубнежь, состоящий из научных терминов.
В конце концов, профессор вынужден был признать, что эта идея не увенчалась успехом. В последнее время он занимался разработкой симбионта, который наделял бы любого аграфа пси-способностями, а имеющих их — усиливал. В данный момент он был далек от завершения проекта и только изучал воздействие того или иного симбионта на организм. И все это с фатальными последствиями. Так сказать, набирал базу для дальнейшего анализа и уже более подробных исследований. Данный тип должен был вызвать жар у пациента, воздействовать на определенные точки организма, а результатом должно быть периодические всплески пси-активности, а в конце смерть. Это было первое его такое фиаско, где не подтвердилось ни одно предположение.
— Пси-активность — без изменений, — доложил один из помощников. — Жизненные функции падают.
Но профессор не слышал этих слов, пребывая в своих рассуждениях и пытаясь понять свою ошибку. Он уже дошел до выхода, как дугой помощник, повысив голос, спросил:
— Что делать с подопытным?
— А? Что? — вскинул он голову. — Выбросьте на помойку. Как всегда.
Всех тех, над кем проводились эксперименты и кто умирал, выбрасывали в одно место, называемое помойкой. Хищники, которых водилось много в лесах, находящихся на равнине ниже плато, не оставляли даже костей от трупов. Именно в это место и отвезли парня, сбросив из приземлившегося флайера. И улетели, не заметив, как кожа молодого человека затвердела и приобрела светло-коричневый цвет. Спустя еще полчаса создавалось впечатление, что тело начало разбухать, пока не приняло размеры большого кокона. До утра так ни один хищник и не посетил это место.
Осознала она себя в тот момент, когда открытая пасть какого-то хищника пыталась откусить ей голову. Испугаться не успела, зато ударила ее своей ручкой, совсем не удивившись раздавшемуся хрусту, а затем вою. Вскочила на ноги и осмотрелась — рядом с ней лежали еще трое детей. Наклонилась, пошевелила одного, второго, третьего и, убедившись, что они мертвы, попыталась вспомнить, как здесь очутилась. Но все, что смогла подсказать память — это белая комната с какими-то трубками, зеркалами и чем-то металлическим. Сравнила себя с ними — возраст примерно одинаковый, но там все были мальчики. И так же, как и она, полностью обнаженными. Услышала шорох за спиной и оглянулась, встретившись взглядом с животным, очень похожим на отогнанного хищника. Развернувшись, она побежала прочь.
Спустя три дня встретилась с людьми, которые привели ее в поселение, где она и стала жить.
С тех пор прошло уже два года, и периодически девочка приходила на место, где осознала себя, с детской наивностью надеясь, что придут ее родители и заберут отсюда. Вот и сейчас она раздвинула ветки куста и посмотрела на поляну. Зыркнув своими изумрудными глазами вправо, затем влево, она скрылась, и буквально сразу вынырнула из-за него и, постоянно бросая взгляды в стороны, подбежала к чему-то непонятному. Постучала по поверхности и изумленно произнесла: