Ростислав Корсуньский – Побег (страница 33)
— Лежи, — я прижал ее правой рукой к земле, одновременно с этим усиливая свой доспех.
Но кроме этого я почувствовал остатки эманации атаки врага, и это было не что иное, как губительная энергия у портала на планете-тюрьме. Вот все умозаключения нашли реальное подтверждение. В это время враг снова ударил в нас своей стихией.
И тут я почувствовал, как нечто обволокло мою левую руку, а в следующий миг на ней появился почти невидимый щит. Он принял на себя атаку врага, стихия которой, казалось, растворилась по его поверхности. И тут этот враг пустился наутек, а его подручные открыли шквальный огонь. Но активировавшийся щит легко отразил их атаки.
А где-то спустя четверть минуты с неба упали пять флайеров и атаковавшие нас люди упали на землю. Из того, что приземлился рядом с нами, выскочили два человека, но я остановил их криком.
— Стоять!
Я по-прежнему правой рукой прижимал госпожу Те́рни к земле, а между нами разместил щит, который чувствовал, как часть себя. Они поняли меня правильно и убрали шлемы.
— Рос, это свои, — женщина начала подниматься.
Я же ушел в транс, посекундно вспоминая активацию щита. Прекрасно понимал, что щит активировался самостоятельно, как ответная реакция на враждебный вид энергии. Это нечто, наподобие автозащиты, но браслеты просто обязаны активироваться и пользователем, то есть мной. Артефакт должен включаться просто, но только зная, как это делается. И, кажется, я понял, как это происходит — энергия посылается на артефакты в определенной последовательности. Для отключения попробовал ту же процедуру в обратном порядке и щит исчез.
— Студент, Борей, что вы тут делаете?
Следователь так взглянула на меня и произнесла эту фразу таким тоном, что я поначалу опешил. Но быстро сообразил о причине подобного поведения.
— Вас защищаю, — ответил ей.
— Я, конечно, благодарна тебе, но очень подозрительно, что ты так вовремя оказался здесь.
— Я получал гражданство и решил пройтись по городу пешком.
Тут я почувствовал, как вернулся помощник.
— «Рос, здесь нет тех, кто защищен».
Но я сейчас не обманывался на этот счет, ибо уверен, что тот атаковавший нас мужчина не будет держать постоянный щит от астральных жителей. В отличие от рядовых членов их организации. «Но все же от кого они защищаются?», — в очередной раз подумал я. Если бы Гор встретил кого-то из своих, то обязательно сообщился бы мне, но этого до сих пор ни разу не случилось. А ведь это наверняка их враги, которые могут стать нашими союзниками.
— Я проверила твой ответ. Тебя сейчас отвезут в академию, и я запрещаю тебе покидать ее до беседы со мной. Мне надо лично допросить тебя.
Все понятно — она работает четко по недавно озвученному принципу: «не дать ни малейшей зацепки врагам о наших делах». Получается, что она уверена, что кто-то из врагов за нами наблюдает совершенно точно. Меня, в самом деле, чуть ли не под конвоем сопроводили с академию.
Диана Те́рни проследила за отлетом флайера, увозившего нового сотрудника. Пусть и внештатного, к тому же явно не склонного ей подчиняться, но согласившегося работать на ее службу. Она не понимала до конца, чем вызвано его это желание, но чувствовала, что враг у них общий. Судя по полученной информации, эти неизвестные, пока неизвестные, стали врагами странного студента еще до его появления на территории исследовательского центра.
— Диана, мы обнаружили еще два трупа, — обратился к ней помощник.
Этот сотрудник являлся доверенным лицом и был в курсе тайного расследования, проводимого его начальницей. Да, далеко не все работники службы безопасности были посвящены в эту тайну, но, как оказалось, утечка произошла. Хотя женщина старалась не выдавать своего интереса к некоторым странным событиям, как и ее подчиненные, знающие тайну, но враг не только узнал о ее планах, но и нанес удар в самом сердце их системы. Этот момент она понять не могла, так как проговориться никто из подчиненных не мог.
«Неужели они могут читать мысли?», — подумала женщина.
Эта мысль заставила ее напрячься. Она не знала разумных, которые могут читать мысли на пример ментоскопа. Эмоции — да, но не мысли. Это может стать проблемой. Исследования показывают, что от ментоскопа могут защититься только владеющие эфиром, а из десяти ее подчиненных только один имеет способности. У двух очень сильных стихийников, к сожалению, не открылись они, хотя ее тетя долго работала с ними. Остальные вообще не одаренные.
За этими мыслями они подошли к лежащим на земле двум мужчинам.
— Посмотри сюда, — он носком чуть повернул голову ближнего человека. — Очень напоминает твой удар.
«Вот ты и раскрылся, — мысленно усмехнулась женщина, — и я очень рада. Надо сообщить тете, что он уже владеет эфиром на высоком уровне, пусть выстроит ему индивидуальную систему обучения».
— Этих в лабораторию.
Она не стала уточнять. Но мужчина и сам понял, что место назначения их специальная лаборатория, куда разрешено входить лишь членам их группы. По пути обратно к месту боя их перехватил командир спецназа.
— Госпожа, все нападавшие мертвы. Мы обработали их станером, и не должно быть такого, мы не знает, как это произошло. Это наша специальная разработка, поэтому, если у них стояли специальные импланты на умертвление, то сначала те должны были отключиться. Надо исследовать трупы.
— Делайте, что считаете нужным.
Этот боец не состоял в группе, поэтому процедура стандартная. Хорошо, если у нападавших стояли не биоимпланты, тогда легче разобраться, в противном случае, не зная принципов создания и развития биоимпланта, практически не реально что-либо понять.
«Надо будет после обследования встретиться с Росом и рассказать ему, возможно, вспомнит какие-то подробности», — подумала она.
Как и ожидалось, найти сбежавшего врага не сумели. А еще придется предпринимать дополнительные меры безопасности. Радовал хотя бы тот факт, что она не обязана посвящать совет в происходящее.
Вызов вновь пришел среди ночи и опять имплант разбудил ее.
— Слушаю, господин.
— Почему ты еще не контролируешь его?
От далекого голоса у нее мурашки побежали по коже, самопроизвольно передернулись плечи, а в горле встал ком. Глотнув, она с трудом начала говорить.
— Объект очень сложный, господин. Вы должны помнить, что предыдущая цель была из той же общины, и мне едва удалось начать его контролировать. Этот студент еще тяжелее.
— Он владеет древним защитным артефактом, и ты должна узнать у него, где он его взял?
— Украсть?
— Нет, его уже не украсть, он признал его своим хозяином. Это два браслета, надетые на руку. И начни, наконец-то, контролировать его.
— Господин, я не смогу подчинить его.
Эта фраза далась ей с огромным трудом, ведь она прекрасно понимала, что за этим может последовать. Надеялась лишь на то, что до сего момента промашек у нее не было. Наказания не последовало, поэтому она продолжила.
— Мне нужен Камень Забвения.
Это был один из сильнейших артефактов. Она не знала, кто его создает, как не знали ее соратники. Кто-то считал, что подобное может создать только некое высшее существо. Ведь как из обычного камня, пусть и очень редкого, сделать нечто, что может работать с сознанием разумного, и при этом никто ничего не может обнаружить? Этот момент тоже никто не знал: одни говорили, что он на время пленяет душу, другие, что выбивает из тела, третьи, что усыпляет. Но факт оставался фактом — после воздействия этим артефактом, с разумным можно было делать все, что угодно.
— Ты получишь его, — наконец-то, произнесли на том конце связи, а она поняла, что все это время не дышала. — Но, если у тебя ничего не получится, то уйдешь в дом радости.
От последних двух слов она задрожала. Связь уже прервалась, но ее продолжала бить дрожь, ведь она прекрасно знала, что это за заведение и для чего там женщины и девушки.
— Ну, держись, Рос Борей, теперь ты будешь мой, — на лице появился оскал. — Мой раб.
Оскал стал шире, превратив красивое лицо в жуткого монстра.
На следующий день аудитория встретила меня обсуждением произошедших вчера событий. Сегодня с утра тренировку я отменил по совету госпожи Те́рни, который она передала через везшего меня пилота. Он сначала сказал кодовую фразу, поэтому я понял, что его слова это желание следователя.
— Рос, — обратилась ко мне Кассилия, — ты вчера был в городе, не видел, что там произошло? По городу ходят разные слухи, вплоть до того, что много домов разрушено после боя чуть ли не в его центре.
Многие студенты посмотрели на меня, остальные же навострили уши.
— Ничего не знаю, — ответил им, так как не хотелось никому ничего рассказывать.
Разочарованный вздох показал мне, что все жаждали подробностей. «Странно, — подумал я, — неужели никто не снял наш бой на видео?». Мне казалось, что в сети роликов должно быть уже много, но видать служба безопасности решила удалять их. С другой стороны, там стоял такой гвалт, что местным жителям банально было не до этого.
Сегодня занятие у Ника Крейджа. Он вел его в своем репертуаре, то есть занудно, но глаза его рыскали по аудитории, задерживаясь на хуманах.