Ростислав Корсуньский – Побег (страница 21)
— Да не получается у меня! — в сердцах высказалась девушка. — Я стараюсь, но у меня ничего не получается!
Значит, я не ошибка, когда решил, что она старается. Тогда выходит, что она не просто аристократка, то есть не нижних рангов типа баронов и графов, а как минимум герцогов, князей или вообще правителей. Хотя, возможно, мои выводы поспешны, не так хорошо я знаю их.
— Я могу помочь, но это не совсем то, что тебе нужно.
— Почему? — посмотрела на меня девушка, в глазах которой увидел надежду.
— Если ты умеешь входить в транс, то в этом состоянии я могу тебе помочь стать простолюдинкой. Но это нечто наподобие самогипноза и самовнушения — то есть, ты станешь простолюдинкой, хотя и будешь прекрасно осознавать, что аристократка. Вот только там, где нужно быть аристократкой, ты будешь выглядеть простолюдинкой, которая пытается быть аристократкой. При сильном самоконтроле будет, как сейчас, только с точностью наоборот — глаза будут выдавать.
— Лучше уж так.
— Хорошо, — я передвинул стул и сел перед девушкой. — Смотри мне в глаза и начинай переход в измененное состояние…
Райна, действительно, оказалась отличной ученицей. Она легко выполняла мои требования, даже не задумываясь что и для чего нужно. В итоге, как и должно быть, она уснула на моей кровати. Я снял с нее верхнюю одежду и укрыл одеялом. Затем сел на пол и ушел в медитацию.
Одновременно с разговором в небольшой комнатушке общежития, в роскошном особняке, находящимся на территории академии, происходил другой разговор.
— Как так случилось, что этот хуман победил тебя? Откуда он знает наш стиль боя? Кто он вообще такой?
Де́лия Ка́вильт все время после сегодняшнего занятия думала об этом, анализируя бой. Пыталась понять, где она ошиблась, и как надо было действовать.
— Принцесса, у него не совсем наш стиль, хотя и очень похож.
— Значит, кто-то их хуманов изучил его настолько, что сумел стать наставником. Не этот же обучался у нас? Сколько ему лет?
— Двадцать пять, госпожа. И я не знаю, как в таком возрасте можно так владеть боевым искусством.
— Он что, настолько хорош?
— Да, принцесса. Все мои удары проваливались, словно в пустоту, такое впечатление, что он заранее знал, куда я хочу ударить.
— Он на уровне гвардейцев отца?
— Мне довелось однажды драться с ними, и думаю, что он лучше. Он сумел разозлить меня, и я хотела наказать, но он не дал мне ничего сделать. И двигался он быстрее меня.
— Он не может быть наемником, которого подослал мой брат?
— Вряд ли, — Делия покачала головой. — Наемник такого уровня столько берет за свои услуги, что вашему брату придется отдать все деньги. Возможно, даже продать какое-то предприятие, ведь пока жив ваш отец, ни вы, ни он не имеет доступа к финансам королевства. Но я уверена, что это его возраст, хотя мне кажется, что он моложе. Принцесса, что происходит с вашим братом? До меня доходят только слухи.
— И что же говорят здесь?
— Что отец ваш, король, очень плох, что даже лучшее оборудование и целители не могут справиться с его болезнью. И что якобы он сделал вашего брата наследником. И что из-за этого на его сторону переходит все больше родов.
— В отношении отца все верно. Но брат не наследник. Отец не успел назначить наследника, а когда с ним случилась болезнь, совет родов решил, что его волеизъявление не будет беспристрастным.
— То есть в королевстве начинается грызня за власть? Простите за подобное выражение.
— Уже началась. Наши коалиции приблизительно равны — по сорок процентов, двадцать процентов выжидают более выгодных условий. Некоторые рода вообще думают выйти из королевства и присоединиться к Райвенне или создать независимое государтсво.
— Так там же бардак еще больше, — удивилась Делия.
— Это на периферии так, в центральной части император навел порядок.
— Понятно, — женщина кивнула. — Выйти из королевства хотят те, кто граничит с империей. И с ее стороны там тоже хотят отсоединиться. Вам бы сейчас лучше оставаться дома.
Де́лия Ка́вильт знала Касси́лию с детства и всегда относилась к ней очень хорошо, и искренне считала, что она будет лучшей правительницей, чем ее брат. Собственно по этой причине она решила немного подыграть ей в академии.
— Нет, Делия, — возразила принцесса. — Есть очень большая вероятность, что совет родов решит, что мы должны в личном поединке решить, кому править.
— Поэтому вы здесь.
— Я и так хотела здесь учиться, но сейчас это становится очень насущным вопросом. У брата две стихии, а мне необходимо научиться владеть тремя. И боевую подготовку иметь лучше, чем у него. Рассчитываю на тебя в этом вопросе.
— Эдгар Дольт работает на вашего брата или нейтрален?
— К сожалению, перешел на его сторону.
— Я не смогу соперничать с ним, он лучший. Разве что…
И женщина замолчала.
— Что? Говори, не думай о моем оскорблении.
— Разве что напроситься в ученицы к этому хуману.
— Да ты что⁈ — возмутилась Касси́лия.
Но тут же замолчала, вспомнив, чем окончился поединок между Делией и этим студентом, а также ее слова в отношении боевой подготовки.
— Думаешь он согласиться?
— Не знаю. Надо было бы идти к нему в команду, а сейчас уже поздно. Но можете попытаться, главное найти, чем можно заинтересовать его.
Принцесса надолго задумалась.
Вызов пришел среди ночи и, несмотря на отключенный коммлинк, имплант поднял ее с кровати. Лишь мгновение понадобилось ей, чтобы сообразить, кто это может быть.
— Слушаю, господин.
— Спишь?
Ровный голос снял сон, как будто того не бывало.
— Нет, господин.
— В академии на первом курсе учится студент Рос Борей. Ты должна завлечь его в нашу организацию.
— Есть какая-то дополнительная информация? Его интересы? Желания?
— Нет. Ты должна сама все выяснить. Точнее, только тот факт, что он горец из общины.
— Слушаюсь, господин.
Но связь уже прервалась, и только сейчас девушка скривилась.
— Нет, чтобы быть обычным хуманом, — она разглядывала себя в зеркале во весь рост. — С этими пуританами крайне сложно работать.
Последнее заявления сказано было из личного опыта. Год назад ей пришлось общаться с одним из них, и стандартные женские чары работали очень слабо. Ей пришлось сильно потрудиться, чтобы выполнить задание.
Я находился в настолько глубокой медитации, что не заметил, как проснулась Райна, обратив внимание только, когда она начала вставать. Я еще немного посидел в трансе, давая девушке одеться, и только тогда открыл глаза.
— Это ты меня раздел и в кровать уложил?
Я очень внимательно отслеживал мимику, жесты, взгляд, эмоции девушки.
— Вот теперь стандартная реакция простолюдинки, — ответил ей. — Недовольство, но нет гнева, ярости и желания тут же сравнять меня с землей. Как себя чувствуешь?
Девушка задумалась, уйдя в себя. Минуты три она находилась в таком состоянии, а потом медленно произнесла:
— Кажется, я поняла, что ты имел в виду, говоря «быть простолюдинкой, а не играть ее». В самом деле, внутренние эмоции отличаются.
— Теперь можешь не боятся этого своего знакомого преподавателя.