Ростислав Корсуньский – Колхайн (страница 15)

Убежать от этой троицы у меня не выйдет по той простой причине, что они быстрее. Я посмотрел на вскочившую на ноги мою противницу, затем на остальных девушек. В глазах молодой я прочитал ярость, и взгляд у нее был какой-то такой, охарактеризовать который я не мог. Придется драться. Я присел и зарычал.

— Подожди, — самая молодая выставила на меня раскрытые ладони, — мы не хотим причинить тебе вред. — Я же в ответ на эти слова бросил взгляд на свою противницу. — Лайна сглупила, не выполнила мой приказ и будет наказана. Я хочу помочь тебе. Правда, правда, — быстро произнесла она, видя мое недоверие, — я хочу предложить тебе помощь.

— Госпожа, — возмутилась та, которую назвали Лайной, — да что вы…

И в этот момент я увидел, как с глазами Мивейны что-то появилось, нечто такое, что заставляло опасаться. И смотрела она таким взглядом на мою противницу, которая под ним попятилась. Потом мне вообще показалось, что ноги перестали ее держать и она чуть не упала.

— Если я еще раз услышу нечто подобное, изгоню из клана, — прошипела молоденькая ничуть не хуже гремучей змеи, которая предупреждает, что сейчас будет атаковать.

— Зверь, прости ее, — снова улыбнулась эта Мивейна мне. — Скрывать не буду — я рассчитываю на деньги, которые, судя по всему, тебе выделили, но ни отнимать у тебя их, ни обманывать я тебя не собираюсь. Давай уйдем отсюда, так как сейчас здесь появятся друзья тех, кто тебя преследовал, и там поговорим.

Опасности непосредственно от этих девушек я не чувствовал, а вот некая общая угроза появилась. Не говоря ни слова, я развернулся и побежал в сторону выхода из парка. Выдавать тайник я им не собирался. Спустя десять секунд рядом со мной пристроилась Мивейна.

На другой конец города, где находились разрушенные дома, я пробежал за час. Все это время девушка держалась рядом со мной, вызывая у прохожих улыбки, удивление и недоумение. На меня по большей части не обращали никакого внимания, лишь изредка встречал презрение или узнавание. Добежал до моего дома, забрался на второй этаж. Кто-то здесь побывал, так как все, что я складывал, было разбросано. Теперь надо на охоту и как-то отвязаться от этой навязчивой троицы. Выпрыгнув из окна второго этажа, я побежал в степь.

— Зверь, подожди! — Мивейна снова очутилась рядом. — Да постой же!

Она схватила меня за руку и успела отдернуть, избегая моего удара. Когти я не выпускал, просто хотел отбросить ее руку.

— Там стая ирсибов и их на днях должны начать истреблять. Опасно там.

Я резко остановился.

— Что ты знаешь об этом?

— Стая ирсибов пару лет кочует по степи, нападая на людей и поедая их. До этого они нападали только на небольшие селения, а дней десять назад в соседнем городе убили много людей. Но там быстро отреагировали и уничтожили их. Думали, что всех, но несколько дней назад где-то двадцать особей видели недалеко от нашего города, поэтому за ними стали следить. Хотят полностью их убить, чтобы больше они не причиняли вреда.

Это точно стая моего друга и учителя. А ведь он предупреждал, что рано или поздно люди соберутся и накажут за набеги. Если в живых остался тот молодой вожак, то он приведет стаю к полной гибели. Надо спасти их обязательно — так бы поступил мой учитель и так поступлю я.

— Где именно? — я посмотрел на девушку.

— Вон там, — она показала рукой, — километрах в тридцати.

Я побежал в ту сторону, но через сто метров остановился.

— Отстать. Это мое личное дело.

Развернулся и побежал дальше. Оглянулся и порадовался, что эти вампы от меня отстали. Бежал я в сторону от реки, почти перпендикулярно к ней. Местность стала холмистой, появилось больше деревьев и кустов. Забежав на очередную возвышенность, я остановился и присел. Легкий ветерок донес до меня запах города, который в степи особенно сильно чувствовался. Посмотрев, откуда тот донесся, ничего не заметил, но все равно двинулся туда.

Этот гравилет я учуял, а заметил только вблизи. Он был прикрыт тканью, сливающейся со степью. И уже здесь я почувствовал запахи людей. Решил немного понаблюдать и, как оказалось, не зря. Я видел прилетевший дрон, который спустя несколько минут улетел обратно. А я увидел направление, куда тот направился, а значит и стая где-то там. Отбежав на полкилометра влево, направился туда, куда улетел наблюдатель. За следующим высоким холмом начинался лес, не такой, как парке, но скрыться здесь можно легко.

Ветер здесь, в низине, отсутствовал, поэтому я искал место, где можно спрятаться, как это делал бы ирсиб. Задействовав все свое чутье, двинулся дальше. Долго искать не пришлось, и вскоре я вышел к месту расположения стаи.

Находились они в отличном месте, я бы и сам его выбрал. Да что там говорить, если к этому утесу я двигался, как только увидел его с высокого дерева. Не успел я подойти близко, как услышал грозный рык.

— Мы убьем их всех! Сегодня ночью двуногие узнают, кто здесь хозяин!

Это, наверное, и есть вожак. Судя по всему, никто ему не собирается бросать вызов. Возможно те, кто мог это сделать, уже убиты. Мягко ступая, я вышел к ним. Он же и почувствовал меня первым и отпрыгнул в сторону, развернувшись в полете.

— А вот и наша еда, — прорычал он.

Но я в ответ издал рык вызова на ритуальный поединок за место вожака. Это заставило его остановиться. На меня с интересом уставились все взрослые ирсибы, а сейчас начали появляться дети. Десять взрослых самцов, три самки и двадцать детенышей — это все, что осталось от большой стаи. И этот глава стаи все равно хочет вести ее к людским селениям.

— Кто ты, что умеет общаться с нами? — прорычал вожак.

— Меня воспитал Грарх.

— Старый трус, — услышал я в ответ.

Он просто рыкнул, безо всякого смысла и продолжил:

— Надо было убить его, но я пожалел. Ты же будешь нашей едой.

И он прорычал, что вызов принял. Стая образовала круг вокруг нас, причем, уселись на траву все: и взрослые, и детишки. Хорошо, что здесь была небольшая полянка, наполовину прикрытая сверху кронами деревьев. Я выпустил когти, превращая руки в лапы, присел, внимательно наблюдая за противником. Он мягко двинулся в мою сторону, стелясь над землей. Стал обходить меня по кругу. Я понимал, что силы наши несравнимы, поэтому решил взять хитростью. Тем более что я чувствовал о его намерении меня растерзать. Здесь можно применять все, кроме маскировки, что для меня очень хорошо.

На очередном своем повороте я «оступился» и замахал руками. Тут же последовала атака — прыжок в мою сторону. Я извернулся, отвел правой лапой его лапу и полоснул по верхней части, желая перерезать мышцы и сухожилия, чтобы он не мог быстро двигаться. Но мой противник оказался очень уж быстрым, успев повернуть голову, поэтому удар пришелся в нее. Он рыкнул и немного задержался с атакой, а я был готов действовать, поэтому сумел избежать его следующей атаки. Он снова на меня прыгнул и на этот раз я не стал уходить, а наоборот рванул ему навстречу. Ударив левой рукой-лапой ему прямо в пасть, правой атаковал глаз. Он мотнул головой, но я к этому времени обхватил его шею ногами и удержался. Он сжал челюсти и откусил бы мне левую руку, если бы не когти на ее кисти. Но все равно это было очень больно!

Видя, что ему меня не достать, он упал на землю и полоснул своими когтями мне по спине. Боль пронзила меня всего, но я не обратил на это внимание, продолжая правой рукой бить его по морде, оставляя глубокие раны, из которых на меня брызнула кровь. В следующей своей атаке он вонзил когти мне в спину, но больше ничего сделать не успел, так как я со всей силы ударил ему в глаз, дойдя когтями до мозга. Даже сумел сжать немного свою кисть. Мой противник дернулся раз, второй, третий. Последняя конвульсия была особо сильной, но для меня важно, что в это время он убрал когти, вытащив из моей спины.

Поднялся я с трудом.

— Теперь я вожак! — мой рык огласил окрестности.

Я обвел взглядом всех, предлагая желающим бросить мне вызов. Но никто не посмел мне посмотреть в глаза, все самцы и даже самки опускали головы. И только дети разглядывали, как бы говоря: «а почему он не похож на нас?». Посмотрел на свои руки и только сейчас заметил, что моя боевая кожа поднялась до середины плеча. У меня еще во время боя мелькнула мысль, что боль в левой руке уменьшилась.

— Ты вожак, — приняла меня стая.

Закружилась голова и я сел, скривившись от боли. Убрал свое боевое оружие и решил, что надо немного отдохнуть, потом приказать стае уходить из этих мест, иначе всех их перебьют. Внезапно по моей спине прошелся шершавый язычок — один раз, второй, третий. Боль утихла, а спина начал свербеть. Что это такое знал — заживают раны. Вот у меня никогда так не получалось, а учитель мой частенько мне зализывал. Обернулся.

Передо мной была мордочка малышки, которая своим язычком слизывала со своего носика мою кровь.

— Спасибо, — рыкнул я и погладил ее между ушек.

Она замерла, а потом стала урчать. Внезапно пришло чувство опасности, причем, совсем с другой стороны, а не оттуда, где я видел людей. Вскочив на ноги, я посмотрел в ту сторону. Заметил в воздухе дрон и удивился. А ведь я стал видеть лучше — превращаюсь в настоящего ирсиба. Рыкнув стае «ждите» и «людей не убивать», я скрылся в лесу и побежал в сторону опасности.