Ростислав Корсуньский – Ботан (страница 6)

Поодиночке он бы с ними справился достаточно легко, а вот вдвоем наступило равновесие. Хотя будь у него больше летающих блюдец на борту, то и с ними бы справился. Перед торчащей какой-то толстой балкой он поднялся вверх, а очутившись над ней, начал опускаться, направив ее в открывшийся рот, хотя, скорее всего, шлюз. До земли он не дошел, двинувшись дальше. По прямой! Торчащего столба не стало! Поглотив таким образом еще парочку столбов, кракен, ускорившись, улетел куда-то мне за спину. Интересно, что все это время он и его летающие тарелки воевали со своими врагами. И тут я смог сформулировать тремя словами только что виденное мной.

— Борьба за территорию!

Первый слог я воскликнул, но вовремя успел сообразить, что надо вести себя тише воды, ниже травы. Я очень аккуратно начал отползать вглубь своего жилища, которое мне предстоит покинуть. Я так понимаю, что территорию этого городка делят варан с трансформером. Воюя между собой, они, тем не менее, не собирались больше никого к ней подпускать. Вероятно, им самим необходимо что-то здесь, вполне может быть, те же самые балки. Но какой сплав биологии с технологией! Это же просто фантастика! И тут мое восхищение резко ушло вниз, вспомнив о силе этих монстров.

Я задумался об их происхождении. Почему-то мне казалась абсурдной мысль о естественном их происхождении. Все три монстра четко заточены под военные действия, а в природе так не бывает. Она всегда создает более гармоничных существ. С другой стороны, я же совершенно не знаю этот мир. А варан и кракен — это вообще сплав микробиологии с нанотехнологиями, и это, наверняка, создания разума. Мелькнула и пропала радость от осознания того, что здесь живут люди, так как встречаться с такими мне совсем не хотелось. С третьей стороны, развалины и мое ощущение борьбы за территорию намекали на то, что людей может и не быть, а их создания ушли в самостоятельное плавание. Хотя, может быть, они специально создавались для этого. Тогда получается, что в конфликте участвуют минимум три стороны?

Я еще долгое время раздумывал об этих событиях. Правда, только в одном направлении — где найти людей? Если они и сохранились, то где-то далеко, а здесь, судя по имеющимся развалинам, вряд ли. Под эти думы, я не заметил, как уснул.

Утром проснулся с сильным намерением уходить из этого опасного места. Вопрос куда у меня не стоял. Я не следопыт и не могу находить родники и ключи, поэтому решил идти вдоль речушки вниз по ее течению. Может быть, по ту сторону гор и хорошие земли, даже безопасные, и вообще — там живут люди, но я прекрасно отдаю себе отчет, что их не перейду. Если честно, я вообще не уверен, что смогу дойти хотя бы до леса. Думать о том, что в нем могут жить эти двенадцатищупальцевые авианосцы мне вообще не хотелось. Питаться я твердо решил рыбой и птицей.

Первым делом я дополз до выхода и минуту внимательно прислушивался к окружающей обстановке. Затем вылез и, взяв в руку свое оружие в виде найденного вчера прута, начал осматриваться. Все вроде бы, как вчера, когда ничего опасного не происходило. И только когда взгляд упал на ладонь, вспомнил, что вчера содрал их до крови. Сейчас он ран не осталось ни следа. Я даже положил свое оружие на земли и внимательно их рассмотрел — словно и никогда никаких ран не было и в помине. «Неужели у меня здесь так подстегнулась регенерация?», — подумал я. — «может быть, и шрамы все уйдут?». Я задрал футболку и посмотрел на свой аппендицит. Нет, все на месте. Это что же, получается, только новые раны будут так заживать? Проверять мне не хотелось, поэтому, подняв пруток с земли, хотел обойти вокруг моего жилища. Но сделав два шага, обратил внимание на свое оружие, поняв, что меня все это время смущало.

Мне показалось, что вчера он был шершавый, а сейчас ровная идеальная поверхность сверкала на солнце. Я попытался вспомнить, как нашел его и как он выглядел, но ничего конкретного память мне не выдала. Наверное, просто сильно дернул, вот и ободрал. Ради интереса, попытался найти следы от обломков, которые вчера выковыривал. Ничего. Абсолютно гладкая поверхность без единого изъяна. Кстати, материал тоже непонятный — точно металл, но легкий. Может быть, сплав титана с алюминием или вообще иридием. Но мне от этого только лучше — хоть какое-то оружие. Обошел вокруг, стараясь сильно не высовываться, и удовлетворенный, что ничего опасного не увидел, полез за вещами.

До воды я добрался быстро и без происшествий и, набрав свежей воды, направился вниз по течению. Передвигался по берегу, внимательно всматриваясь как в воду, так и на встреченные по пути деревья в надежде увидеть либо рыбину, либо птицу. Спустя пару километров сделал привал, так как устал с непривычки. Кроме этого, справа от себя заметил какие-то кусты с желтыми ягодами или фруктами. Оставив рюкзак и сумки, я с палкой в руке направился к ним.

Это точно некогда была плантация, а не дикорастущие растения. Пройдя немного вперед, я обнаружил явную бывшую разделительную полосу. Сейчас она заросла, но кусты росли на ней реже. Чтобы убедиться окончательно, решил пройти немного вперед и отыскать следующую дорожку. Спереди заприметил нечто, вроде настоящей дороги, по крайней мере трава там отсутствовала, и ускорился.

— А-а-а, — закричал я и ударил бросившееся на меня нечто лохматое. — Пшел вон!

Я перехватил свое оружие двумя руками, выставив его перед собой. Сердце стучало так, словно хотело как можно скорее вырваться из груди и убежать, куда глядят глаза. Да что там сердце — меня всего колотило от страха. Руки дрожали, ноги тоже. И только спустя минуту или больше я сумел рассмотреть ее. Обезьяна. Только поперек себя шире — в ширину она была чуть ли не больше, чем в высоту. Рост, кстати, небольшой, всего где-то на голову выше меня, зато руки доставали до земли. Морда была вся лохматая, глаз не видать, и только клыки выделялись белым пятном, словно она каждый день чистила их отбеливающим порошком. Ушей я тоже не заметил. Она сделала пару шагов вправо, и я повернулся, чтобы меду мной и ею находилось мое оружие. У меня создалось впечатление, что она смотрит именно на него, очень уж характерное положение головы. «Боится что ли?», — мелькнула у меня мысль. А потом я сделал то, что совершенно не ожидал от себя.

— А-а-а, — закричал я и, сделав небольшой прыжок вперед, махнул перед собой прутом.

Мой страх каким-то образом придал мне силы. Это напоминало, наверное, загнанную в угол крысу, которая начинает бросаться на всех. И что самое удивительное, она отскочила от меня, а затем вообще скрылась в кустах. Я еще какое-то время слышал удаляющийся хруст веток, и только, когда он исчез, вздохнул с облегчением. Разом навалилась усталость, ноги подкосились, и я едва удержался, чтобы не упасть. Повернулся уже было, чтобы вернуться, но вспомнил, что еды почти не осталось. Сорвав плод — на ощупь персик персиком, разломал, попробовал языком. Вкус необычный, даже не знаю с чем сравнить, но сладкий. Наевшись, нарвал себе, а в качестве мешка использовал свою футболку. Специально выбирал твердые, чтобы сохранились подольше. Вернувшись, заполнил ими одну велосумку, а палатку пришлось привязать к рюкзаку. Отдохнув полчаса, отправился дальше.

С грузом передвигаться стало значительно тяжелее, а спустя некоторое время рассеялось внимание, из-за чего я чуть было не поплатился. Остановился в последний момент, когда нога уже поднялась над какой-то ямой, которую из-за высокой травы не заметил. Расщелину пришлось обходить, сделав крюк метров триста. Да и то тянулась она дальше, а в этом месте можно перепрыгнуть, что я и сделал. Привал сделал тогда, когда ноги уже отказывались идти. Устал так, что смог только расстелить спальник, даже ужинать не было сил.

Только утром сообразил, насколько я был беспечен вчера, улегшись просто под дерево. Хорошо, что ничего не произошло ночью. Вставать не хотелось совершенно, поскольку ныло все тело, а особенно ноги. Через силу заставил себя подняться и сделать зарядку, походил туда-сюда — вроде бы стало легче. Позавтракав парой сушек и тремя персиками, отправился дальше.

— Это какие-то джунгли, — сказал я сам себе, когда стало возможным различить не только деревья, но и то, насколько часто они росли.

Идти туда уставшим мне никак не хотелось, поэтому развернулся обратно, где в двухстах метрах позади было неплохое место для ночлега. В этом месте росло три толстых дерева, стволы которых соединились между собой, образовав отличный закуток. Не сказать, что отличное место, но видно меня только со стороны речушки, а про то, что меня можно учуять думать не хотелось. Несмотря на усталость, уснуть не получалось, словно адреналин начал усиленно выделяться. Я лежал, мечтая о скорейшей встрече с людьми. Какие ни здесь? Красивые или не очень. Воображение рисовало девушек самых прекрасных форм с большими глазами, яркими губками и прочими прелестями. Не заметил, как уснул.

Проснулся от грохота, раздавшегося, казалось, у меня над головой. Спросонья схватил свое оружие и начал махать перед собой, и только спустя секунд десять сообразил, когда раздался новый грохот, что это обыкновенный гром. В следующий миг до меня дошло, что скоро пойдет ливень. «Мой ноут!», — мысленно закричал я, бросившись к рюкзаку. Наверное, я побил рекорд по доставанию палатки, свой так точно. Ставить я ее естественно не стал, запихнув внутрь все пожитки. И словно дожидаясь, когда закончу свою работу, пошел дождь.