Рост Толбери – Орден-I (страница 37)

Остаток смены они посвятили просмотру мультиков. Йован вернулся днём, снова выжатый, как лимон. Втроём они заперлись в одном из кабинетов, Йован неспешно пил чай из пластикового стакана, закусывая его печеньем. Франка давно не было видно.

— Ладно, расклад такой. Что-то происходит неприятное. Я снова был внизу, но никому об этом не слова, там обстановка нервная. Нам нужны зацепки, если есть идеи — я готов их выслушать.

— Что с больницей? — деловито спросил Крис.

— Расследование идёт. Связь с культистами и их рейвом на заводе маловероятна. Слишком разные подчерки. Стрелки-перевёртыши тоже пока что вне схемы, ни на заводе, ни в больнице никого из их братии не обнаружили. По больнице — у всех трупов отсутствуют остатки энерго-информационных полей. Крупицы астрала и эфира… но всё что выше, выгребли жадной лапой. От этого они умерли — от них оставили только марионетки. По физическому плану ряд повреждений в виде разрывов сердца, в паре случаев — сосудов мозга и сверхъестественные обморожения. Их зона возникновения ограничена всего ста метрами, что говорит об их происхождении во время открытия портала в какое-то не самое приятное местечко.

— Всё-таки «Сошествие», да? — скривился Крис.

— Увы. Остальные версии мы отмели. У нас незваный гость, классифицировать его и определить пределы его возможностей нам не удалось. Учитывая, что пока мы не обнаружили над головами летающую пирамиду или гигантскую зефирку-разрушительницу, гость скорее забрался в чью-то тушку и залёг на дно. Это пугает, потому что пришелец, вероятно, не идиот.

— Подозреваемые?

— Самый загадочный персонаж из моего убогого списка — Дэван Ламбрете. Числится в списке пропавших без вести. Список длинный по городским делам, но его персона отличилась тем, что он пропал именно во время инцидента. Его тело так и не нашли. А должны были. Не мог он сам встать и покинуть больницу, так как был заядлым коматозником. И определённо — он должен был умереть на своей койке, так как попал в зону поражения. Кроме него никто не выбрался. Все мертвецы. Вот фотография. Обычный парень. В культах не состоял, в мрачных делах замечен не был, жил своей скучной счастливой жизнью, а потом просто не повезло — авария. Что-то мне вдруг стало очень интересно, куда эт он запропастился. Может, культистам понравилась его сексуальная полумексиканская наружность, и они решили подарить его, как сосуд для своего тёмного властелина. А может кто-то из случайных попаданцев занял его тело. Или путаница в документах, его просто тупо потеряли при перевозке, и он валяется в другой больнице. Или же он попал под удар какой-то физической аномалии, телепортнулся немного во время замеса, и теперь покоится где-то в стене или в фундаменте, мы его просто пока не нашли. Короче, за что ещё зацепится, я тупо не знаю. Но меня бесит это белое пятно в отчётах. И у нас непривычно тихо, если вы заметили. Хм. А с тобой чего полудурок? — Йован недовольно уставился на Лиама.

— Говна ему за обе щеки насовали! — рассмеялся Крис, он ждал, пока брат заметит. — Дела у нас теперь берёт. Вломился в упыриную резиденцию. Как быстро они взрослеют…

— Что, мать твою?! — не поверил своим ушам Йован, злобно посмотрел на Лиама, вдохнул побольше воздуха, явно собираясь обматерить, но вдруг сдулся и рассмеялся.

— Ой, да ладно, — еле сдерживался от смеха Крис. — Максимум мог в рыло получить. Я рядом был, разрулил бы все международные конфликты.

— Дела он сам берёт! Аха-хах, — Йован схватился за живот, и от кислой рожи Лиама ещё больше зашёл смехом.

Поток острот в сторону неудачного дебюта прервал звонок телефона, Йован поднял трубку, вмиг стал серьёзным, вслушивался, вдруг у него на лице появилась мерзковатая хищная улыбка и он повешал трубку.

— Инцидент в клубе Асп. Какая-то журналюшка попала на разборки демонов. По коням. Кто бы мог подумать, что остаток ночи сможет поднять мне настроение.

***

— Насколько все плохо? Онлайн-трансляция?

Около клуба дежурило несколько машин, и суетилась пара экспертов. Йован допытывал одного из них.

— Слава Богу, нет. Чёртовы стримеры меня уже задрали. Тут всё банально — обычная журналюга, обычные съемки. Все материалы и техника изъяты. Осталось разобраться со свидетелями. Хотите попробовать или нам взять их в оборот?

— Сначала попробуем по-хорошему. Смотри и учись, новичок, — потёр руки Йован.

Внутри дешёвого стриптиз-клуба их встретил вычурный красный интерьер. Помещения были разгромлены, на полу застыли несколько луж крови. Трупы уже увезли. Обслуживающий персонал и несколько иноземцев были изрядно напуганы, их допрашивали.

— Агент Рэтбоун! Как же приятно, что Вы не стесняетесь мне звонить! — поприветствовал Йован плотного и даже немного смазливого брюнета.

— Ой, да пошёл ты в жопу, Йован. Это ты любишь такое дерьмо, я — нет.

— И где мои сладкие подарочки? — проворковал Йован.

— Они под охраной. Прямо до конца, налево и снова прямо.

Йован расправил плечи, каким-то чудесным образом поменял осанку, его лицо стало каменным и орлиным, в таком виде он вошёл в одну из приват-комнат. На красном диване, под охраной сидела съёмочная группа и какая-то второсортная и незнакомая журналистка.

— Военная разведка армии США, агент Смит, — козырнул Йован свидетелям.

— Ну, наконец-то! — выдохнула журналистка. — Здесь какой-то беспредел. Нас не выпускают, отобрали телефоны и оборудование, сделайте что-нибудь! Или я вас всех засужу!

— Что вы видели? — процедил Йован и кинул свой «жуткий» взгляд в журналистку.

— Свою Пулитцеровскую премию и настоящий кошмар. Вы знали, что есть люди с суперспособностями? Вы тут поэтому? Это мутанты какие-то? Так и знала, что не просто так…

— Ответ неверный.

Йован вытащил из кобуры пистолет, снял с предохранителя, приставил его к голове журналистки и замолчал.

— Вы… Вы не можете! — закричала журналистка.

— Я могу. И сделаю, — отрезал Йован, давя пистолетом ей на голову, заставляя её вжиматься в диван.

Журналюги вдруг поняли, что никакого репортажа им не видать. Они имели значительную силу и могли доставить проблемы любому высокопоставленному человеку в Штатах. Но сейчас речь шла о том, чтобы не уехать отсюда в мешках для трупов. Игра «кто выстрелит первым» и преимущество явно было за Йованом, а не за их репортажем на изъятом оборудовании. Это было дико, но именно так обстояли дела.

— Оливия, дорогая, — Йован убрал пистолет, опустился на колени и грубо стиснул её руку. — Я знаю, что Вы неглупая женщина и что, если я буду вам лгать, Вы начнете расследование, потому что не сможете успокоиться. Это плохо закончится. Вы видели то, что видели. И я не могу сказать вам больше. Здесь творятся серьёзные дела, которые не могут стать достоянием общественности. Люди, на которых я работаю, не позволят. Речь идет о национальной безопасности. Ваши гражданские права не будут иметь никакого значения. Если Вы начнете творить глупости, Вы умрете. Или окажетесь в Гуантанамо до конца своих дней. Станете врагом Соединенных Штатов Америки. И этот второй вариант даже хуже, чем первый. У меня развязаны руки. Понимаете, о чём я?

— Вы что творите? Вы не можете… — кудахтала шокированная журналистка.

— Вы меня услышали и поняли, я знаю. Вы приехали снимать свой репортаж. Но заведение принадлежало бандитам. Мексиканский картель или байкеры-арийцы, как вам угодно. Как только Вы начали работать, начались разборки и стрельба. Вы чудом выжили. Можете написать об этом статью в своем фейсбуке, получить комментарии поддержки от фанатов и взять перерыв. И больше не посещайте этот город. Никогда. Мы будем наблюдать за вами всеми. Договорились?

— Договорились, — дрожащим голосом ответила она и зарыдала.

Йован был очень собой доволен и совершенно не обращал внимания на осуждающий взгляд Лиама. Он отметил очередную рабочую «победу» праздничной сигаретой на улице и заметил, что Крис беседует с каким-то совсем уж крохотным и бедно одетым азиатом в глубине переулка.

Йован подошёл ближе. Крис наклонился, сложился почти вдвое, заглядывал собеседнику в рот, не пропуская не единого слова.

— Да ладно! — вдруг закашлялся Йован. — Серьёзно?! Вьетнамский? Он тебе всё-таки пригодился!

— Тихо, курва твою мать! — пшикнул на него Крис, азиат говорил быстро, мямлил, был напуган, но вроде повторял практически одно и то же: — Говорит, выносил мусор. В переулке стоял человек. Очень страшный. Худой. Без обуви? В платье?.. Одетый как баба, что ли? Непонятный момент. Стоял, молчал и смотрел в никуда. Кто-то позвал охрану, чтобы его выкинули. Он напал в ответ. Вломился в бар. Начал крушить всё. Кричал и махал руками. Очень злой. Потом туда вломился другой. Здоровый. Начал палить из большой пушки. Они сцепились и переместились на улицу.

— Не в платье… — протянул Йован. — В халате. В больничном. Босой. Наш потеряшка. Дэван Ламбрете.

Йован достал телефон, порылся в нём, нашёл фотку и показал азиату. Тот долго всматривался, затем его глаза округлились от страха и он быстро затараторил.

— Он, — подтвердил Крис.

— Итак… — заулыбался Йован. — Томный взгляд. Болезненный вид. Молчаливость. Ненависть к стильной одежде и обуви. Раньше был мертв. И-и-и… бинго!

— Демон, — скривился Крис. — Чёрт, тебя ведь можно не уговаривать передать дело, да? Ты всё равно не слезешь.