Рост Толбери – Орден-I (страница 22)

Оказавшись на ногах, свободным от захватов и лицом к лицу с обидчиками, Лиам сжал кулаки, хрустнул сухожилиями шеи и пошёл вперед. В метре от него, с недобрым видом поднимался Йован.

— Ой, не стоило тебе, мудила, руки распускать, — скрипел он.

Кто-то грубо схватил Лиама в районе бицепса, чего он прощать был уже не намерен. Лиам развернулся и ударил. С холодным и даже страшным выражением лица, Кристиан скользнул под его руку и легко отбросил его на стену. Лиам приложился головой и как-то сразу остыл. Силы у младшего серба было не занимать.

При таком виде брата Йован удивительно быстро успокоился и примирительно заулыбался. Младший серб имел и иную сторону — опасную.

— У меня приказ! — отчаянно кричал им в лицо человек-охранник, выставив вперед одну руку в знаке «стоп» и сжимая второй пистолет-пулемет.

Ему было страшно, и он тоже ничего не понимал. Но был готов выполнять приказ. Был готов стрелять, если потребуется.

— Всё-всё, ребята, мир. Мы уходим. Спокойно, — Лиам выдохнул и поднял руки перед собой.

— Проводите гостей к выходу, — бросил бледный охранник свои подчинённым.

— Никогда не смей бить в лицо представителя Ордена, мудила, — тыкнул ему Йован напоследок пальцем в грудь.

***

Около машины Йован задумчиво закурил, что-то прокручивая в голове. Уезжать он не торопился. Вся усадьба пришла в движение и хаос, гости покидали её и разъезжались. Во всех зданиях погас свет, охрана шустро закрыла их и распределилась по периметру. Группа надзирателей заняла позицию в метрах десяти от их машины и наблюдала.

— Крис, прости, брат, — тихонько и стыдливо произнес Лиам.

— Пустое. Если чего такое будет, я тебя успокою, мужик, — вроде бы и добродушно ответил Крис, но какая-то нотка угрозы проскользила в его голосе.

— Есть идеи? — очнулся Йован, стреляя глазами в сторону охранников. — У меня вот вообще нет. Крис, позвони-ка в Центральную и доложи на всякий случай, что у них херня какая-то происходит. Пускай там руководство пробьёт через свои каналы. Кто-то добрался до Пса. Заметил? У него руки нет. Отрастёт, конечно, но сам факт весьма озадачивает. Как я слышал, этот парень сам любит отрывать руки. Он в этом мастер спорта, можно сказать. Не нравится мне всё это. Поедем в место поспокойнее.

***

Местом поспокойнее оказалась старая церковь в одном из спальных районов города. Приход был пуст и закрыт. Йован постучался, и спустя минуту тяжелая дверь отворилась, на порог вышел Кай.

— И правда, священник, — не удержался Лиам.

— Хотите зайти? — спросил он, озарив Лиама тёплой и снисходительной улыбкой.

— Не особо. Я на пару слов, — ответил Йован. — Что там у вас творится?

— У нас? А что у нас творится? — удивился Кай, не переставая улыбаться.

— Нас выставили из резиденции. Что за создание вы принимаете у себя?

— Ах, вот ты про что. Я слышал, в город прибыла Уна из Королевской семьи. Говорят, она святая, — спокойной ответил Кай.

— Что, прости? — удивился серб.

— Святая. Тебе не понять, — вампир смотрел сквозь Йована. — Просто важный гость. Она более древняя, чем наш старейшина, и личность легендарная, я бы сказал, посему и такие почести. Но вы ведь не поглазеть на неё приехали? Верно?

Кай выслушал последние новости и помрачнел.

— Хм. Боюсь тут я вам не помощник. Могу официально заявить, что мы не имеем отношения к тому инциденту и вообще не в курсе. У нас сейчас иные проблемы. И нам бы не хотелось, чтобы вооруженная стая перевертышей вошла в их число. Советую вам решить этот вопрос, пока город не потерял покой.

— Я тебя понял, — хмуро сказал Йован. — Ладно, мы по домам, день был длинный. Бывай.

— До встречи, Агент Йован. Приятного пути.

***

Наконец-то смена закончилась. Лиам провел под душем где-то час, пытаясь смыть с себя всё плохое, чтобы было с ним в последнее время. Но сегодня вода работала плохо.

Случайная передача канала Дискавери про жизнь больших кошек составила ему приятную компанию. Слушая вполуха слащавый и медлительный голос диктора, он мелко нарезал овощи и мясо для ужина. В этом городе наверняка есть рыбный рынок. Может уже пора взять кулинарную книгу и научиться чему-то новому. Готовка, как хобби. Звучит неплохо и безопасно, в сравнении с алкоголем и героином.

Раскалённое масло приятно зашкворчало, мелко нарезанная морковь, лук и перец покрылись золотистой коркой. Лиам бросил вдогонку мясо, присыпал всё перцем, протянул руку, повернул комфорку и надел крышку. Надо было дать еде хорошо потомиться на медленном огне, как учил его повар с кухни в баре. Так она получится нежной, пропитается соком и из ничего незначащего, обыденного приёма пищи получится маленькое чудо. Маленькая дверка для побега от реальности.

Руку защипало. Капельке перегретого масла удалось сбежать из сковородки и немного обжечь кожу. Лиам подставил ладонь под холодную воду и усмехнулся. Он уже привык к этой странной операции — «приготовление домашней еды». Еды без песка, консервантов, излишка соли, запаха костерка или противной химической горелки. Еды без плесени, ужасного запаха кислятины из мусорного бака и своеобразной рулетки, в которой магазин заряжен пищевым отравлением, и будет соревноваться лишь с крепостью желудка.

Странная это категория, «домашняя еда». Он не помнил, как она выглядит, как готовится и какова на вкус. Память о том, какой была еда, когда у него был дом почти стёрлась.

Пока ужин готовился, Лиам снова посетил душ. Расслабление никак не наступало, мышцы шеи и плечи окаменели, голова тяжёлая и на грани мигрени. Хорошо бы сходить к массажисту. Да и вообще, расслабиться хоть как-то было бы неплохо.

После ужина, ещё мокрый, Лиам мерил шагами своё жилище. Хотелось выпить, но пускаться в долгое путешествие до ближайшего супермаркета или бара не было сил. Интересно, полковник выбрал столь безлюдное и далёкое от жилых кварталов место из-за прошлого Лиама? Знал, что так ему проще будет держаться?

Лиам вернулся к холодильнику и впервые уставился на содержимое дверцы.

Бутылки с пивом, коньяк, водка, виски и даже шампанское. На любой вкус. Всё отличного качества. Чёрт.

Скорчив неодобрительную в отношении самого себя рожу, Лиам достал одну из бутылок, поставил её на стол и стал сверлить взглядом. Скользкая дорожка.

В поле зрения попала одна из камер наблюдения, он показал ей средний палец. Не стоило снабженцам помещать в его квартиру алкоголь, о чём они вообще думали? Лиам разыскал подходящий стакан, забил его льдом, наполнил виски на один палец, залил это дело пепси и сделал жадный глоток. Один из его любимых вкусов, особенно если виски хороший. Вроде бы пепси нивелировала любое по качеству виски, но спустя тысячу таких вот стаканчиков, Лиам уже мог отличить плохое от хорошего.

Бутылка сразу же вернулась на своё место. Даже эта маленькая доза алкоголя вызывала в нём состояние тревоги. Но, в данном случае, это средство приравнивалось к удару молотком по пальцу, чтобы перебить куда более противную зубную боль. Не думать о дозе, не думать о дозе, не думать о дозе. Не думать о дозе.

Было душно, виски придал ему ещё больше энергии, хоть и немного расслабил окаменевшие мышцы шеи. Лиам распахнул окно и застыл, обдуваемый холодным и влажным морским воздухом. Предстояла опасная и нервная ночь, когда снова нужно будет бороться с желанием ужалиться, и голос внутри него будет убеждать, что это самое правильное в мире решение. Единственное, что сможет помочь. Нет. Нет-нет-нет.

Равномерное и чуть слышимое постукивание оторвало его от мыслей. Тук. Тук. Тук.

Зубы Лиама скрипнули, он почувствовал, что больше не один, а значит, вряд ли в безопасности. Гостей он не ждал, друзей у него не было, на работе он не был важной шишкой, не успел особо засветиться и нажить себе врагов. Вроде бы как.

Лиам опустил глаза и упёр их в пол. Закрыть их было бы ошибкой, он знал по опыту, а держать открытыми было слишком трудно, словно он очень устал и хотел спать. Сердце забилось внутри гулко и неприятно. Свет не был какой-то помехой для призраков. Электроприборы и лампы редко шалили, как в фильмах, при их появлении. Обычно становилось прохладнее и как-то не по себе.

Лиам стиснул зубы крепче и заставил себя смотреть. Он ждал увидеть мальчика с простреленным лбом. Стоящего у кровати или кресла. Или на кухне, рядом с холодильником или раковиной. Или вдалеке у окна или у колонны. Сверлящего его взглядом и недвижимого, словно он неотъемлемая часть интерьера, которая была там всегда и будет там дальше.

Стук повторился. Остальные звуки словно убавили в громкости и стали почти не слышны. Лиам был один. Источник звука был снаружи.

Лиам подошёл к окну, осторожно высунулся и… Сердце его ёкнуло по-настоящему сильно и забилось в груди так, словно пыталось вырваться.

Рядом с окном, на своеобразном карнизе, на высоте третьего этажа, сидела гостья. Лиам узнал фигуру, затянутую в странную одежду, скрывающую всё, кроме глаз.

Гостья смотрела вниз, прямо перед собой. Гибкие, изящные пальцы её рук были сплетены в причудливый символ. Она не обращала на Лиама никакого внимания. Лишь болтала ножками, как ребёнок на качелях. Лиам бесшумно шагнул назад, его рука легла на рукоять пистолета на столешнице, и он застыл. Что дальше?

Немного подумав, он отложил пистолет, протёр глаза, осторожно вернулся к окну и выглянул. Гостья была на своём месте. Лиам снова рванул назад и замер, переводя взгляд с камеры наблюдения на пистолет и телефон.