РосПер – Гибридная война (страница 50)

Фух, это оповещение просто спасло меня, потому что Алена сразу же вернулась на свое место, не дожидаясь от меня ответа. Вернувшийся на свое место возле меня Тилорн, выдохнув, тихонько прошептал:

- Вот теперь я понял, что в жизни боюсь только две вещи: клоунов и твою жену. Как ты только с ней живешь?

- Весело живу! А по-другому и не получится, когда в одной семье сразу два командира. То я в залетчиках и стараюсь ей на глаза не попадать, то она вычудит и ищет способы срочно от меня скрыться.

- Психи! – авторитетно констатировал Кварц.

- Кто бы говорил! Посмотрим, как ты с Кастрой будешь уживаться…

- Три! Два! Один! Погрузка! – Не дал нам поболтать все тот же голос старшины.

Легкой трусцой батальон, почти как единый организм, двинулся к створкам, подстраиваясь под неспешное движение Мурзика под управлением Кварца. Единственная техника, которая была вместе с нами из-за конфликта псиоников с электроникой. И то пришлось вокруг Мурзика и на нем размещать обычных бойцов, без пси способностей.

- Идиоты, куда они ломанулись? – возмутился Саргос на ходу по поводу обогнавших нас на легких машинах бойцов. – Там же лифт пришедший сверху.

- Дочищать, – коротко ответил я ему, чтобы не сбивать дыхание. - Заодно и трофеи за пять минут выгрести.

- Какие трофеи?

- Сейчас увидишь.

Действительно, через пару секунд открылась картина на соседний с нашим лифт, который прибыл с верхних уровней. Весь заляпанный кровью изнутри, валяющиеся в разных местах конечности, искореженная техника, пара десятков тяжелораненых бойцов - кто с оторванными ногами, у кого в животе зияет дыра от плазменного заряда. Даже парочка обугленных скелетов, залитых еще не остывшим металлом, бывшим когда-то частью экипировки.

Заскочившие в лифт бойцы первым делом позаботились о «контроле» всех раненых, и быстро нацепив на машины ковши-отвалы начали сплошной массой вычищать все из кабины лифта, абсолютно не заботясь о том, что попадается им на пути. Это, наверное, единственная категория отрядов, которая у нас состоялась сплошь из военных нашей реальности. У нас бывало и не на такое насмотришься, особенно после крупных боевых операций.

- Меня сейчас стошнит! – сквозь стиснутые зубы процедил один из бегущих рядом бойцов.

- Держись, сынок, это еще не война, только отголоски ее, настоящей войны мы сейчас хлебнем там, наверху. – Как-то буднично у меня это вырвалось.

- Да ну нахрен! – Это уже другой впечатлительный высказался.

- БАТАЛЬОН! А НУ БЫСТРО ПОСМОТРЕЛИ ВСЕ НАЛЕВО! – добавил я мощности на внешние динамики. – Видите эту кровавую массу, из которой торчит оружие, элементы питания, боеприпасы, руки, ноги и разные потроха? Это наш противник, который попытался атаковать наших бойцов на седьмом и шестом уровне. – С каждым словом я добавлял металла в голос. – Если не хотите, чтобы вас наверху точно так же отскребали от пола и стенок лифта, взяли яйца в зубы и стиснули так, чтобы любой страх забился в пятки и не высовывался оттуда! ПОТОМУ ЧТО, МАТЬ ЕГО, ОТ КАЖДОГО ИЗ ВАС ЗАВИСИТ, ПОРВЕМ МЫ ЭТИХ ГАДОВ ИЛИ ЛЯЖЕМ ТАМ ВСЕ ВМЕСТЕ ОДНОЙ КРОВАВОЙ МАССОЙ!

- А если яиц нет? – донесся откуда-то из середины построения голос спустя пару секунд тишины, которую нарушал только стук обуви по металлу лифта, в который начал втягиваться батальон.

- Тогда матку выверни и ее закуси! – огрызнулась в ответ Алена вместо меня. Чем вызвала волны нервного смеха вокруг.

Пускай и не у всех, но хотя бы у части народа мы сняли напряжение. Да, я понимаю, что все они постоянно сталкиваются с монстрами и разным отребъем и смертью их не удивить. Но я неоднократно наталкивался на ситуацию, когда массовые боевые действия с сотнями и тысячами трупов вводят в ступор даже опытных бойцов, которые до этого пускай и много воевали, но не настолько масштабно.

Одно дело, когда перед тобой картина десятка-другого убитых, и совсем другое, когда на твоих глазах снаряд разрывает в клочья десяток твоих товарищей, заляпывая все вокруг их ошметками на десятки метров, и тебя в том числе. А ты продолжаешь лежать и вести бой весь покрытый их останками, несмотря на то, что у тебя прямо перед носом кусок твоего товарища, с которым ты час назад спокойно болтал и строил планы на поход в бар по возвращении, а теперь его останки используешь как дополнительное укрытие от обнаружения.

Так, отставить моральное разложение, погрузка уже окончилась и двери лифта закрылись. Крилл телепатически раздает команды ротным командирам с последними инструкциями, а те, в свою очередь, доносят уже до взводных и командиров отделений. Предбоевой мандраж снова начинает подступать, как и каждый раз при подлете к точке десантирования, не зная, собьет твой десантный бот противокосмическая или противовоздушная оборона противника, или пилоты бота в очередной раз вытащат наши задницы и доставят к точке выброса относительно целыми.

Легкая перегрузка прижала вниз и сразу же выровнялась встроенными в лифт компенсаторами. Шестой уровень подконтрольный нам, но и тут заметны следы постоянных боев на подходах к линии обороны, окружившей центральный лифт. Вон виднеются чуть в стороне останки боевого пилотируемого робота, проделавшего брешь своим телом в оборонительных укреплениях и перекрыв сектор стрельбы трем пулеметным точкам.

Открывшаяся моментально стрельба заставила несколько псионов, стоящих в первых рядах, среагировать быстрее, чем они поняли, что произошло, и перед ними раскрылась пленка барьера, перегораживающая лифтовые двери. Но стреляли не по нам, а по соседнему лифту, который пришел сверху. Бегущий мимо нас боец с зажатой в руках связкой гранат на ходу резким движением вскинул указательный палец свободной руки вверх. Явно жестом интересуется, наверх ли мы собрались. Получив от кого-то утвердительный кивок, в последний момент, перед тем как скрылся с зоны видимости, широко улыбнулся и показал большой палец.

Два синхронных взрыва сбоку от нас показали, что это был не единственный гранатометчик, подобравшийся с боков к дверям соседнего лифта. Две минуты времени, и все закончилось, а к нашим дверям рванул один из бойцов с маркером ротного командира, если судить по карте. На ходу закинул автоматическую плазменную винтовку за спину, дав ей там повиснуть на плечевом ремне.

- Народ, вы наверх?

- А что? – раздался голос откуда-то из первых рядов.

- Если вы не на седьмой, подсобите парням там, – быстро затараторил он. – У них там совсем задница творится, нам только остатки достаются.

- Не, мужик, извини, но у нас приказ. Мы не можем высунуться из лифта, слишком большой шанс кого-то потерять или не успеть загрузиться обратно.

- Да не надо выгружаться, синхронно с вами должен прибыть сверху лифт слева через два. Дайте две минуты им на атаку, а потом хоть один или два залпа им во фланг, даже не выходя из лифта. Вреда много не нанесете, но атаку им собьете. А это парням уже неплохо поможет.

- Скажи ему, что мы поможем, если получится, – передал я по внутреннему эфиру.

- Будет возможность, подсобим, но из лифта не выдвинемся. Прости, но задача у нас не менее важная.

- Да я понимаю, и на том спасибо!

Добившись того, что хотел, боец сразу же развернулся и рванул назад к укреплениям. Крилл же за оставшуюся минуту до отправки раздавал команды. Ну, скорее всего, раздавал. Если учитывать, что бойцы в первых рядах зашевелились, поверяя оружие, а псионики пытались занять более удобное положение для активации их проявлений, то впечатление у меня создалось верное.

Седьмой уровень встретил нас шумом боя, где-то вдалеке справа беспрерывно велась стрельба с вмешивающимися периодически разрывами чего-то крупнокалиберного, по звуку очень похоже на снаряды какой-то пушки. Тройка псионов перед самым открытием дверей затянула проход тонкой защитной пленкой, в основном для защиты от случайных попаданий или осколков.

Судя по звукам, слева от нас тоже начал разгораться бой, видеть его я пока не мог но, судя по ожесточенной перестрелке и гудению плазмы, там было очень жарко. Хотя если учитывать то, что попадает в поле моего зрения, тут везде периодически идут крайне ожесточенные бои. Причем обороняющиеся бойцы держатся из последних сил. Большая часть оборонительных укреплений в огне, и никто даже не чешется их тушить. Трупы валяются повсеместно, а их даже убирать некому, все силы брошены на оборону.

Самое неприятное это то, что я взглядом то тут, то там наталкивался на элементы снаряжения с эмблемой скурфайферов, которую с момента начала войны постарались нанести на свою одежду все, кто сражается на нашей стороне, как опознавательный знак для своих. Вроде и глупость при наличии интерфейса исправно маркирующего своих и чужих, но психологически людям было легче. Самое смешное, что в планах не было этой маркировки, кто-то по собственной инициативе решил нанести себе на элементы амуниции такой знак, и буквально за десяток часов это разошлось как лавина среди людей.

- Вижу противника! - Даже не знаю, кто это отчитался.

- Готовность двадцать секунд, – последовала команда ротного, чьи бойцы стояли в первых рядах.

Первый ряд псионов опустился на колено, осталась стоять только та троица, которая поддерживала щит. Второй ряд псионов уже начал подготавливать свои проявления, потому что далеко не у всех они были моментального действия. Третий ряд уже обычных стрелков вскинули оружие над плечами впереди стоящих псионов, готовясь к одной короткой очереди и ловя в прицел цели, быстро переговариваясь с соседними стрелками, разбирая между собой противника.