Рошани Чокши – Золотые волки (страница 49)

От запаха еды желудок Зофьи громко заурчал. Она рассеянно похлопала себя по животу: за работой она даже не заметила, как пролетело время.

Лайла поставила тарелку на ее рабочий стол.

– Поешь.

Зофья посмотрела на стол, и ее пальцы тут же зачесались от того, что часть тарелки свисала над краем. Несимметрично и неаккуратно.

– Я заберу тарелку, только когда увижу, что ты съела хотя бы пять ложек. И не надо так сердито на меня смотреть.

Зофья послушно запихнула в рот пять ложек.

Лайла кивнула в сторону чашки.

– Пей.

Зофья выпила чай.

Только после этого Лайла убрала тарелку со стола.

– Что-нибудь выяснила?

Зофья посмотрела на клочок серебристой ткани. Она начинала сомневаться, что сможет провести все необходимые исследования, не выходя из «Эдема».

– Эта ткань работает, как тескат, – сказала Зофья. – Ее волокна сделаны из обсидиана.

Лайла склонила голову набок.

– Поэтому она похожа на зеркало?

Зофья кивнула.

– Но это еще не все.

Она порылась в своей коробке с инструментами и достала оттуда острый нож.

– Эм, Зофья…

Зофья провела острием по ткани, но она не разорвалась, а прогнулась под давлением, словно поглощая воздействие ножа.

Лайла тихо выругалась от изумления.

– Что, черт возьми, это было?

– Она отталкивает материю, – объяснила Зофья. – Ни один твердый материал не может ее повредить.

Лайла провела пальцами по серебряной поверхности.

– Что Северин планирует с ней делать?

Зофья прикусила губу. Она не знала, что сказать, потому что ответ на вопрос Лайлы зависел от одной значительной детали, оставшейся в темном зале Всемирной выставки. Зофья не горела желанием туда возвращаться, даже ради исследования.

– Вы выяснили, где укрытие Падшего Дома?

Лайла вздохнула.

– Нет. Но все думают, что ответ можно найти в старых костяных часах. Судя по всему, часы когда-то служили своеобразной картой, позволявшей членам Падшего Дома добираться до их тайного укрытия. Я считаю, мы должны установить слежку за павильоном Всемирной выставки, в котором Ру-Жубер назначил нам встречу. Там мы будем внимательно наблюдать за теми, кто приходит и уходит.

Зофья подумала о мужчине, поджидавшем их в темном выставочном зале. Устройство обнаружения не выявило его присутствия, а оба входа были закрыты, значит, он попал в помещение другим способом. Она не заметила ничего, что могло бы послужить укрытием для нападавшего. Правда, изучение серебряной ткани заставило ее задуматься: неужели она что-то упустила?

– Это не сработает.

– Почему нет?

– Они попадают внутрь иным способом.

– Это невозможно, – сказала Лайла. – Там всего один вход и один выход, к ним ведет одна и та же дорога.

Взяв со стола коробку спичек и ожерелье с фосфорными подвесками, Зофья засунула их в карман своего черного рабочего халата. Если ее догадки были верны, она не могла позволить себе терять время. В конце концов, Тристан рассчитывал на нее.

Она уже направлялась к двери, когда Лайла преградила ей путь.

– Куда ты собралась?

– Я должна пойти на Всемирную выставку и найти способ проникнуть в зал Колониального Язычества. Если придется, я буду перелезать через заборы и оглушать охранников… – пробормотала Зофья, начиная паниковать.

– Зофья, – мягко сказала Лайла. – Позволь мне помочь. Мы незаметно заберемся внутрь и так же незаметно скроемся, когда ты закончишь. Думаю, нам даже не придется перелезать через заборы.

Зофья растерянно посмотрела на нее.

– Мы?

Лайла весело подмигнула в ответ.

– Oui.

– Как?

– У тебя свои таланты, – сказала Лайла. – У меня – свои.

Она придирчиво осмотрела одежду Зофьи.

– Но ты никуда в этом не пойдешь.

– Почему нет?

– Потому что, моя дорогая, мы не можем отправиться на опасное задание без брони, а красота – лучший доспех. Поверь мне.

У Зофьи жутко чесались пальцы.

– Мне это не нравится, – объявила она, одергивая платье, выбранное Лайлой.

Это было красивое платье бледно-розового цвета с оборками на корсаже и вырезом, который одновременно колол и щекотал ее кожу.

– Умение правильно одеваться – это искусство, – сказала Лайла, бодро шагающая рядом с ней.

– Я никогда не смогу из него вылезти.

– Знаешь, некоторые считают, что раздеваться – это тоже искусство.

Зофья заворчала, но не сбавила скорости. На город постепенно опускалась ночь.

По Сене разлились огни уличных фонарей. Впереди вырисовывались очертания Эйфелевой башни – входа на Всемирную выставку. Зофья следила за строительством: башня росла от основания до самого пика. Это было внушительное сетчатое сплетение железных балок и болтов. Мало кто счел бы эту постройку красивой, но Зофье не было до этого никакого дела. Красота не трогала ее сердце, в отличие от Эйфелевой башни. Эта постройка выглядела чрезвычайно неуклюже. Если улицы Парижа были аккуратно сшиты между собой опытной швеей, то Эйфелева башня была толстой иглой, бессмысленно торчавшей посередине. Она возвышалась над широкими бульварами, элегантными куполами и зданиями, украшенными скульптурами богов. Она никогда не впишется в местный ландшафт, но всегда будет приковывать внимание. Зофья думала, что, если бы Эйфелева башня могла говорить, они бы прекрасно друг друга поняли.

Зофья никак не могла перевести дыхание. Ей казалось, будто они находятся не в Париже: из виду исчезли знакомые бульвары и маленькие кафе с плетеными стульями. Теперь по улицам растянулись выставочные шатры. Мужчины в мантиях и женщины с покрытыми головами торопливо спускались по мостовым.

Лайла указала на фонтан, минарет в форме колокола и мечеть, покрытую ярко-голубой плиткой. Вокруг стояли дома и рестораны. Здесь воздух был пропитан всевозможными запахами незнакомой еды, и Зофье захотелось высунуть язык, чтобы лизнуть его…

– Мы на улице Каира, – сказала Лайла, понизив голос.

Хотя Париж уже наводнили туристы из разных стран, Всемирная выставка все еще не открылась, и на улицах было пустынно. Только очень богатые люди могли позволить себе купить билет заранее, но таких оказалось немного. Небольшие отряды стражников патрулировали местность. Они следили за тем, чтобы никто не забрался в павильоны до официального открытия. На противоположной стороне улицы Зофья заметила караул, направляющийся к ним.

– Веди себя спокойно, – предупредила Лайла. – Ты ничем не отличаешься от окружающих. Покажи им, что ты не представляешь опасности. И запомни: ни при каких обстоятельствах не пытайся убежать.

Один из стражников отделился от группы и направился к девушкам. Зофья думала, что он обратится к Лайле, но он повел себя так, словно ее там не было.

– Я боюсь, вы и ваша служанка не можете здесь находиться, мадемуазель, – сказал он Зофье. – В настоящий момент мы испытываем некоторые трудности с охранной системой: на прошлой неделе здесь произошла чрезвычайная ситуация. Я вынужден попросить вас переместиться в другой сектор Всемирной выставки.

Лайла, стоявшая рядом, заметно напряглась.