Рональд Нокс – Майлз Бридон (страница 152)
— Но в таком случае… у вас должен быть ключ ко всему делу. Где вы его нашли?
— Прошу прощения, мистер Бридон, но это выходит за рамки нашего соглашения. Если я начну рассказывать, где и как я его нашел, это может поставить под удар других людей, чего мне бы не хотелось. Просто примите к сведению, что молодой человек был уже мертв и я лишь передвинул труп, руководствуясь самыми добрыми намерениями. Думаю, вы понимаете, что тело положили у дороги таким образом, чтобы каждый мог его заметить.
— Хорошо, доктор, не стану оспаривать ваш выбор. Хотя, признаюсь, мне трудно обрывать разговор на том самом месте, где он обещает решение всех моих проблем. Но я больше не могу заставлять ждать ваших пациентов. Единственное, что я еще хотел спросить: если положить мертвое тело в лед, как это на него подействует? Замедлит ли лед обычные процессы разложения?
Неожиданно лицо доктора изменилось. На нем появилось растерянное, даже ошеломленное выражение.
— Простите, а какое это имеет отношение ко мне? — воскликнул он.
— Просто консультируюсь у вас как у врача. У меня есть основания считать, что между утром понедельника и утром среды тело Колина лежало в леднике.
— А, вот вы о чем… Ну, если человек умрет от переохлаждения, как это скорее всего и произошло, то низкая температура замедлит распад тканей. Более того, не будет никаких следов трупного окоченения, пока тело не вынесут на тепло. Так что, в известном смысле, доктор Маклохлин был абсолютно прав.
Глава 24
Вечерний пруд
— Прекрасно, — сказал Бридон жене, — вот мы и сняли еще один слой луковицы. Странно, но теперь положение стало только хуже. Все ключи к решению дела оказались ложными, не считая могилы в Дорне. Колин никогда не был на Чертовой впадине, на нем не было плаща, по крайней мере, незадолго до смерти, и ни в какой круиз он не ездил. Между отъездом из дома и тем днем, когда его обнаружил Макуильям, он мог находиться где угодно, — а это, ни больше ни меньше, пять недель. Нам остаются только Хемертон и Парвис.
— Интересно, как Мэри Хемертон удалось обвести тебя вокруг пальца?
— Ничего подобного. Когда мы ужинали в Дорне, между нами сидел доктор. Он заметил, что никто ничего не слышал о Колине после его возвращения. Миссис Хемертон стала объяснять, что в Шотландии много пустынных мест, и ее брат всегда любил уединенные прогулки. Потом она, видимо, решила подтвердить свои слова, отведя меня в его комнату и подложив книгу со стихами Стивенсона, которую Колин будто бы читал перед отъездом. Она сделала это после ужина, когда поднялась наверх, зашла в комнату брата и все там подготовила. После чего, как бы невзначай, спросила, не хочу ли я на нее взглянуть. Но поскольку это была импровизация, Мэри немного переиграла, как часто бывает в таких случаях, сдула с ключа пыль, словно им не пользовались уже много лет. На самом деле ключ не мог так запылиться всего за пару месяцев. Я понял, что Мэри все подстроила и я найду в комнате Колина лишь то, что она хотела мне показать.
— А затем ей пришло в голову закрепить успех и устроить еще одну инсценировку в Чертовой впадине?
— Нет, это была моя идея. Я сказал, что не успею отправиться туда в среду и собираюсь сделать это в четверг. Это дало ей достаточно времени, чтобы как следует все подготовить. Вот только она не успела проконсультироваться с мужем, поскольку тот уехал в Лондон в тот самый день, когда я прибыл в Дорн. Иначе он бы объяснил жене, что если в пещере живет чисто выбритый мужчина, у него должна быть бритва и кисточка для бритья. Да и мыло тоже, как ты верно заметила, но про бритвенные принадлежности забыла. Из чего я заключил, что вещи в пещеру подбросила Мэри, а не, например, майор.
— Наверное, она была в шоке, услышав, что кто-то зачеркнул единицу в числе XIII. На кого она подумала — на доктора?
— Вероятно. Но к тому времени они уже выстроили вторую линию обороны. Ее муж вернулся из Лондона. В четверг они взяли старый плащ Колина — думаю, он был настоящий, — его запасную трубку и портсигар с деньгами и подбросили все это майору. Кроме того, добавили фонарик со старой батарейкой и коробку с лекарством, где не хватало пяти пилюль. Вывод: Колин жил в пещере и принимал пилюли в понедельник и вторник, так же, как и три дня до этого. Но доктор обыграл их в обоих случаях. Представляю, как он наслаждался этой новой шахматной партией с Хемертоном!
— А зачем Парвис вообще решил вмешаться?
— Миссис Уочоуп права, он помешан на правде. К тому же доктор знал, что Дональд Ривер оставит деньги друзьям из «Большого круга», а он их терпеть не мог. Нет, Парвис действовал вполне разумно, и я уверен, что его это немало позабавило.
— Да, Майлз, фокус с плащом был проделан неплохо!
— Хемертон хорош в деталях, но ему не хватает воображения. Как я уже говорил доктору, он должен был подложить хорошо прокуренную трубку и пересушенный табак. В результате я убедился, что это подделка, устроенная человеком, не курившим трубку, то есть Хемертоном, а не майором.
— Почему не доктором?
— У него не было мотива. В общем, теперь мы знаем, что это были Хемертоны. В тот момент я решил, будто трюк с плащом можно проделать еще раз, и отправился в бюро потерянных вещей. Мне было интересно, как Хемертоны отреагируют на мою находку. Сначала они явно были сбиты с толку, мялись и не знали, что сказать. Забыли даже про книгу посетителей с почерком Денниса Стратта. Но когда я показал им долото, Хемертон сразу клюнул, ведь это отличный способ доказать, что во вторник Колин был еще жив. Дальше все пошло как по маслу. Мэри вспомнила про книгу посетителей, а когда я показал трубку, немедленно узнала ее, хотя раньше ничего не могла сказать про вторую трубку, найденную в другом плаще. В конце концов, я поздравил их с окончанием дела и удалился, чтобы дать им время на раздумья.
— И, поразмыслив, они жутко перепугались.
— Разумеется. Хемертоны прекрасно знали, что Колин не делал надписи у пещеры, что он никуда не мог ехать во вторник, поскольку был уже мертв. Но, несмотря на это, в поезде нашли плащ, а в плаще — письмо Денниса Стратта! Они сообразили, что я вожу их за нос, и удрали в Уилтшир, чтобы не общаться со мной. По крайней мере, это была одна из причин.
— Одна?
— Да, имелась и другая, более важная: убрать подальше Дональда Ривера, как только тот оправится настолько, чтобы совершить поездку. Отец Мэри и Кастерс Райт — члены «Большого круга». Оставь их наедине, и Дональд выложит все начистоту. Кстати, он уже написал свое признание, но они этого не знали. Поэтому они отправились в Уилтшир. Надеюсь, их хоть немного кольнула совесть, когда они проезжали мимо статуи клятвопреступницы в Девайзесе[87].
— Прекрасно, милый, а пока ты застрял на месте. Если, конечно, доктору не вздумается пойти в полицию и подтвердить рассказ Макуильяма. Вот только он не слишком разговорчив на сей счет, почему, Майлз?
— Наверное, считает, что в смерти Колина замешаны Хемертоны, и не хочет разглашать эту историю ради блага семьи. На самом деле, он скрыл только одну полезную деталь, где было найдено тело.
— Есть версии?
— Мне кажется, доктор нашел его недалеко от того места, где потом оставил, может, по другую сторону дорожной изгороди. Видишь ли, тащить мертвое тело чертовски тяжело. Он не мог воспользоваться машиной, потому что, по словам Гилкриста, автомобиль стоял в гараже, а гараж был заперт. А взять садовую тележку было бы рискованно.
— Майлз, Майлз, я поняла! Инвалидное кресло!
— Анджела, если я когда-нибудь забуду, что у тебя блестящий ум, щелкни меня по носу. Ну, конечно! Вот почему Дональд Ривер слышал шум у двери. Доктор использовал кресло, чтобы перевезти тело. Когда он ставил его на место, из кармана на пол выпал позолоченный карандаш, где его и нашла сиделка! Похоже, мы начинаем немного двигаться вперед. Труп пришлось везти довольно далеко, иначе Парвису не понадобилась бы инвалидная коляска. Но и не слишком далеко, поскольку для больших расстояний она не годится. Анджела, кажется, я вижу свет в конце туннеля. Почему ты не захватила карты для пасьянса? Завтра утром я отправлюсь на прогулку и попытаюсь раз и навсегда разобраться с этим делом. А сегодня мы пойдем в кино. Жалкое развлечение, но мне нужно чем-нибудь отвлечься, чтобы завтра со свежими силами взяться за работу.
Майлз Бридон имел скверную привычку, на которую ему не раз указывала жена, когда он был чем-то взволнован, то постоянно напевал себе под нос. Песенки не блистали новизной — обычно это были старые мелодии из каких-нибудь довоенных мюзиклов, — и исполнял он их ужасно. В воскресенье детектив вернулся после утренней прогулки, мурлыча веселый мотив: «Что за чудо, что за чудо милый дом! Милый дом, где мы, пам-пам, с тобой живем!» — и прочую белиберду. Но Анджела отнеслась к этому терпимо, она сообразила, что муж напал на след.
— Ты что-нибудь обнаружил? — воскликнула она.
— Я решил все это дело от начала до конца. И даже нашел улики, хотя это был скорее вопрос удачи. Позвонил в Гленарох и пригласил сюда майора и Гликриста. Доктор тоже приедет. Встреча состоится за вечерним чаем. Тебе рассказать, что произошло? Или хочешь дождаться чая и догадаться обо всем сама?