Рональд Малфи – Кость бледная (страница 4)

– Черт возьми, что с тобой?

Пол прочистил горло и ответил:

– Дредс Хэнд – то место, где пропал Дэнни.

– Дэнни? – переспросил Лу.

Он произнес это имя так, будто оно ему незнакомо. Но затем его осенила догадка – Пол наблюдал, как меняется выражение лица Лютера Парнелла, – и наконец следователь убойного отдела в отставке произнес:

– Дэнни. Твой брат. Черт, Пол. Ты уверен?

– Абсолютно, – ответил тот и подумал: «Как можно забыть такое название – Дредс Хэнд?»

Лу снова взглянул на экран телевизора, по которому сейчас крутили рекламу обратных закладных. Парнелл знал про брата Пола. Галло даже бывал тут несколько раз с Дэнни, когда тот останавливался у него дома. А после исчезновения Дэнни именно Лу связал Пола со своим старым коллегой – детективом по расследованию убийств из Балтимора Ричардом Риджли. Риджли раздобыл кое-какие личные данные Дэнни – выписки по кредиткам и счета за сотовый – и свел Пола с Джилл Райерсон, следователем отдела особо тяжких преступлений Бюро расследований Фэрбенкса. Люди Райерсон нашли арендованную машину Дэнни, брошенную на обочине какой-то безымянной грунтовой дороги на въезде в Дредс Хэнд.

– Это безумие, – произнес Пол. У него голова шла кругом.

– Просто успокойся, – велел Лу. – Посиди минутку и успокойся. Ладно, Пол?

– Я в порядке, – сказал тот, хотя и понимал, что говорит неискренне, потому что его тело бросало то в жар, то в холод. Он ослабил галстук и расстегнул две верхние пуговицы рубашки.

– Хочешь, я позвоню Риджу?

Пол махнул рукой:

– Не уверен, что сейчас подходящий момент, – он снова взглянул на экран телевизора, но там все еще шла реклама: – А что в таком случае делают дальше, Лу? Они находят тело и… и что потом?

Лу нахмурил брови и сложил руки на груди. На его бицепсе красовалась татуировка с гавайской танцовщицей.

Поначалу Пол думал, что Парнелл пытается сам понять, что же там произошло, но когда тот заговорил, стало ясно, что отставной детектив всего лишь подыскивал максимально деликатный ответ на вопрос.

– Думаю, все зависит… ну, от состояния тела, – сказал Лу. – Если оно не сильно разложилось, могут снять отпечатки и прогнать их через базу данных. Есть еще стоматологические карты, но это для подтверждения, когда у них появятся предположения по поводу личности жертвы. Еще есть… особые приметы на теле… – его голос затих, Лу сморщился и добавил: – Ты не захочешь слушать об этом дерьме.

– Я просто хочу знать, как это дальше происходит, – сказал Пол.

– Происходит, главное – не торопиться с выводами, – заметил Лу. – Ты говорил, у тебя остались какие-то контакты на Аляске, так? Ридж тебя с кем-то связывал?

– Райерсон. Она следователь по особо тяжким.

– Позвони ей.

– А который час на Аляске?

– Без понятия. – Лу полез под барную стойку, достал бутылку «Джонни Уокера» и наполнил стакан Пола в третий раз за вечер. – За счет заведения. Пей.

Пол и рад бы, но сомневался, что сумеет поднять стакан. Руки отчаянно дрожали.

– Четыре тридцать, – сказал мужчина в галстуке, сидевший у дальнего конца стойки.

Пол обернулся:

– Что?

– Сейчас на Аляске четыре тридцать, – повторил мужчина.

Он встал со стула и, сжимая в руке пинту пива цвета мочи, подошел и сел рядом. Затем постучал по своим часам, которые выглядели довольно дорого.

– Четыре тридцать восемь, если быть точным. Разница с нами в четыре часа. Раньше я жил в Анкоридже.

– Спасибо, – произнес Пол.

– Прошу прощения, что подслушивал.

– Все в порядке.

Мужчина улыбнулся, и это навело Пола на мысль, что тот, скорее всего, не слышал большей части разговора. Слишком уж он был жизнерадостным. Так что или не слышал, или пьян.

– Это место – Дредс Хэнд, – поинтересовался Пол, показывая на телевизор. – Вы его случайно не знаете?

– Нет, не знаю. Но старых шахтерских поселков там полно, некоторые такие крошечные, там можно реально забыть, что вы находитесь в цивилизованном мире. А другие и в самом деле за гранью этого самого мира.

«Пьяный», – решил Пол.

Мужчина улыбнулся и сделал почти изящный глоток пива.

– Это другая вселенная, вот что я вам скажу, – продолжил он, едва поставив свой бокал на картонную подставку.

– Наверное, – сказал Пол, сейчас он мог думать лишь о коробке, хранившейся в шкафу в его спальне.

– На «Яху! Ньюз» появилась статья, – произнес Лу, глядя в свой айфон. – Обновлена пять минут назад, но там не намного больше деталей.

– Знаете, в тех краях психи, – покачал головой мужчина в галстуке.

– Кто? – спросил Пол.

– Все, – сказал мужчина, – все до единого. Даже в больших городах. А чем дальше в глушь забираешься, тем они безумнее. Как клопы. Самоубийства, алкоголизм. Домашнее насилие. У них там даже целая культура изнасилований, хотя вы никогда не услышите об этом в новостях. Во всяком случае, не здесь, не в Континентальных Штатах, – мужчина кивнул на телевизор, чей мягкий синеватый свет отражался на его лысине, – вы не услышите о том, что там происходит, пока не случится что-то вот такое. Привлекающее внимание общественности хоть на какое-то время.

На экране снова появились ведущие новостей, но они уже перешли к другому сюжету. Учитывая нынешнюю ситуацию в мире с еженедельной стрельбой в США и круговоротом терактов по всему свету, сколько времени могут уделить СМИ парочке трупов на Аляске?

– Знаете, я работал там в середине восьмидесятых, – произнес мужчина. – Мотался туда-обратно между Анкориджем и Фэрбенксом, оформлял иски для страховой конторы, которая вела дела с нефтегазовыми компаниями. Обычно торчал на заводах в каких-нибудь крупных городах, а жил в Анкоридже, но иногда меня засылали в глушь, если там ломалось оборудование или цистерна переворачивалась на обледенелой дороге. Такие вещи случаются чаще, чем вы думаете.

– Я видел такое телешоу, – прокомментировал Лу. – Про водителей грузовиков, которые гоняют по замерзшим морям.

– Там много грунтовых дорог, а они коварны. Иногда деревья падают, а водитель не видит их, пока не становится слишком поздно.

Лу кивнул.

– Мне тогда было около двадцати, так что это было что-то вроде приключения, – продолжил мужчина. – Примерно году в восемьдесят третьем или восемьдесят четвертом меня отправили в Мэнли-Хот-Спрингс, расположенный милях в ста пятидесяти к западу от Фэрбенкса, на реке Танана. Вокруг ничего, кроме забытых старых шахтерских поселков, как я уже говорил. Думаю, в Мэнли жило тогда человек семьдесят, и многие из них, вероятно, были бродягами. От Фэрбенкса до горячих источников Мэнли вело шоссе Эллиотта. Нормальная асфальтированная дорога, когда она выходит из Фэрбенкса, но последние восемьдесят или около того миль просто старая грунтовка. Автоцистерна потеряла прицеп рядом с Мэнли, и меня послали туда, чтобы сфотографировать и составить отчет о происшествии. У этой дороги была печальная слава – авария на аварии, особенно зимой, но та авария произошла в мае, при хорошей погоде. Как бы там ни было, я фотографирую, составляю отчеты – занимаюсь своими делами, и тут слышу за спиной звук движка старой колымаги, которая паркуется на обочине. За все утро мимо меня проехало очень мало машин, так что было чему удивиться, понимаете? Я оборачиваюсь и вижу здоровый коричнево-белый «Додж Монако» с алюминиевым каноэ, привязанным к крыше. Он стоит на холостом ходу, наверное, всего в паре ярдов от моего автомобиля. Я смотрю и жду, пока водитель выйдет, потому что, ну реально, нет причин останавливаться на этом куске дороги, если тебе не нужна помощь или что-то еще, понимаете, о чем я? Может, у него спустило колесо, а может… не знаю… у него сердечный приступ или типа того. Что угодно могло быть.

– И как долго он стоял? – спросил Лу.

– Минут пятнадцать – двадцать. Кроме того, не знаю, знакомы ли вы с «Доджем-Монако», но он выглядел как «Кадиллак» для нищеброда, не тот тип авто, чтобы перевозить каноэ. И вот, двигатель «Монако» все работает и работает, а я вижу за бликами на его лобовом стекле: внутри кто-то шевелится. Но этот парень – он не выходит из машины. Не сигналит, не опускает окно, не машет, чтобы привлечь мое внимание. Ничего не делает, сидит. Я заканчиваю свои дела, кладу камеру и отчеты в машину. И у меня возникает соблазн просто уехать… но потом оглядываюсь на машину этого типа и думаю: «Какого черта, может, этому болвану что-то от меня нужно?» И вот подхожу я к двери водителя. Тот опускает стекло, и передо мной уже скалится здоровенное бородатое лицо лесоруба. «Тебе нужна помощь?» – спрашиваю я его. «Нет, сэр», – говорит он так вежливо-превежливо. На вид он был примерно моего возраста, хотя наверняка трудно сказать, учитывая его всклокоченную бороду. И он ухмылялся мне как-то натянуто, не могу сказать, то ли насмехался надо мной, то ли пытался скрыть, что рехнулся. «Потерял чего?» – спрашиваю я. «Нет, сэр. Не потерял, – говорит он и продолжает улыбаться, как деревянный болванчик. – На самом деле как раз нашел».

Это его слова, буквально: как раз нашел. Тогда-то я и замечаю у него винтовку на пассажирском сиденье – ствол прислонен к подголовнику и смотрит прямо в потолок. У меня в голове колокола начинают бить, я понимаю, что если этот парень возьмет винтовку и выстрелит в меня, мое тело, возможно, никогда не найдут. А глядя на него, я догадываюсь, что типчик-то запросто так и поступит. Эта странная улыбка не сходила с его лица, а глаза смотрели… не знаю… слишком напряженно, наверное. Как будто он изо всех сил старался выглядеть счастливым и убедить меня, что он всего лишь, понимаете, нормальный парень. И я думал об этом не только из-за того, что увидел оружие, – это же Аляска, чертовски далеко на севере, там повсюду пушки, хотя не скажу, что хоть раз видел, чтобы кто-нибудь разъезжал, положив их на пассажирское сиденье. В любом случае все это начало меня пугать. «Что это ты тут делаешь?» – спрашиваю. «Просто проверяю, белый ли ты», – говорит он. Ну, тут уже с меня было довольно. «Хорошего дня», – говорю я ему, возвращаюсь в машину и уезжаю. И примерно неделю спустя снова вижу его здоровенное бородатое лицо лесоруба, только на этот раз в телевизионных новостях. Парня звали Майкл Силка, и он убил девять человек в районе горячих источников Мэнли, включая патрульного, беременную женщину и ее семью. Случилась заварушка, и его застрелили копы всего через несколько дней после того, как я столкнулся с ним на шоссе Эллиотта.