Рональд Келли – Хэллоуинский магазинчик и другие истории в канун Дня всех святых (страница 15)
- Конечно же, она! Ведь вы её класс! Её драгоценные дети... любовь её жизни... причина, по которой она делает то, что делает, день за днём.
Троица не могла быть уверена, но в голосе мужчины чувствовалось сильное негодование.
Мэдисон сделала шаг назад, когда мужчина громко рыгнул. Она могла сказать, что он был пьян. Не пиво. Нет, это было нечто гораздо более сильное. Что-то вроде бутылки Jack Daniel’s, которую её отец и её дядя распивали после ужина в честь Дня Благодарения каждый ноябрь. Запах алкоголя, казалось, буквально исходил из пор мужчины.
- Я думаю, вы готовы к угощениям, не так ли? - он искоса посмотрел сквозь свою маску бледного грима. - Ну, подойдите поближе.
Они сделали пару шагов.
Он ухмыльнулся во мраке.
- Ближе.
Энди посмотрел на Мэдисон, а она на Джеффа. Было ясно, что каждый из них думал об одном и том же: им действительно нужно убираться отсюда.
На полу, между огромными ногами клоуна, валялся большой чёрный мешок для мусора - большой мешок на пятьдесят галлонов, который можно было купить в Home Depot. Его руки в перчатках нырнули в мешок и исчезли из виду.
- Вы знаете, вы, дети, её замечательные ученики, - это всё, о чём она говорит. Какие вы умные, какие послушные и просто замечательные. Неважно, что я хочу поговорить о работе, футболе или любых других моих интересах. Это всегда о вас. Она никогда не думает о моих желаниях и потребностях. Только её двадцать три маленьких ангелочка из начальной школы.
Джефф посмотрел на лестницу и площадку наверху. Там было темно и неподвижно.
"Где она? - думал он. - Она и мистер Абернати подшучивают над нами?"
- Я... я думаю, нам пора идти, - сказала Мэдисон, вторя мыслям двух других.
Чаклз сделал вид, что не слышит её.
- Каждый раз она ложится спать далеко за полночь, проверяя домашнюю работу и составляя планы уроков. И где я? Один в постели, ожидая её. Бóльшую часть ночей я не могу даже заснуть, если не поцелую её на ночь. Но вы думаете, её это беспокоит? Конечно нет. В конце концов, всё дело в её драгоценном классе. Вот что важнее всего.
Неловко, все трое отступили на пару шагов.
Глаза клоуна немного расширились, он выглядел остекленевшим и дезориентированным.
"Я думаю, он сейчас потеряет сознание или что-то в этом роде", - подумал про себя Энди.
Но он этого не сделал.
- Знаете, что она говорит? Она всегда говорит: "Мой долг поощрять и вдохновлять их. Конечно, они только в пятом классе, но они такие умные и любознательные, что могут вырасти кем угодно. Врачом, учёным... даже президентом Соединённых Штатов. Я хочу произвести впечатление, которое изменит их будущее... дать им частичку себя, чтобы они несли её с собой всю оставшуюся жизнь". Я всегда думал, что это бред. Но вы знаете, что? Я согласен с ней сейчас. Я думаю, это именно то, что она должна сделать.
Они отступили ещё на несколько шагов. Мэдисон оглянулась через плечо. Входная дверь - всё ещё открытая - казалась за милю отсюда.
Маленькие глазки Чакла, казалось, снова сфокусировались.
- Как вы думаете, что вы должны сделать? Подойти сюда.
- Мистер Абернати... нам действительно нужно...
- Я сказал... идите сюда.
Испугавшись, они сделали, как он сказал.
- А теперь протяните свои мешки, - приказал он. - Миссис Абернати сказала мне передать вам что-то особенное... вместе с её посланием.
- Э-э-э... ладно, - пробормотал Джефф.
Он держал свой мешок с конфетами открытым. Бумажный пакет зашуршал в его дрожащих руках.
Клоун Чаклз широко ухмыльнулся, демонстрируя противные, испачканные табаком зубы. Он залез в мешок для мусора и вынул что-то, бросив в глубину мешка Джеффа. В гостиной было так темно, что мальчик не мог точно сказать, что именно. Какой-то полиэтиленовый пакет.
- Миссис Абернати говорит, что двенадцать дюймов равны одной стопе.
Когда Джефф отошёл, к нему подошла Мэдисон. Угощение было помещено в её мешок, достаточно тяжёлое, чтобы её мешок провис.
- Миссис Абернати говорит, что ты заслуживаешь её рукопожатие за то, что помогаешь ей точить карандаши и следишь за чистотой её доски.
Затем настала очередь Энди. Потребовалось две руки, чтобы выкопать лакомство из глубины мусорного мешка. Когда его бросили в мешок Энди, ему показалось, что туда положили шар для боулинга.
- Миссис Абернати хочет, чтобы ты преуспел в учёбе. Изучал уроки и всегда имел светлую голову.
Трое детей постояли какое-то время, не зная, что делать дальше.
Чаклз громко рассмеялся. В нём было что-то совершенно лишённое юмора или доброй воли.
- Ну, что же вы ждёте? Вы получили то, за чем пришли. А теперь убирайтесь к чёрту отсюда!
Без дальнейших колебаний они сделали то, что им было сказано. Мгновение спустя они уже были далеко от этой тёмной гостиной и снова снаружи. Они спрыгнули со ступенек и добрались до тротуара внизу. Внутри дома они могли слышать, как мистер Абернати, он же Чаклз, смеётся и разговаривает сам с собой.
Они достигли усыпанной листвой аллеи Макларен-авеню и остановились там в бледном свете уличных фонарей.
Джефф нервно рассмеялся.
- Это было так странно!
- И не говори! - сказал Энди. - Что он нам вообще дал? Мне кажется, что мой мешок весит тонну!
- Я не знаю, - Мэдисон полезла в свой мешок и пошарила вокруг.
Она нашла угол полиэтиленового пакета и подняла его. Он был тяжёлым... медленно хлюпал жидкостью.
Она почти вытащила его из мешка для угощений, когда уличный фонарь осветил его содержимое. Галогеновое сияние обнажало бледную белую плоть и сверкающее сияние бриллиантового обручального кольца. Ногти были выкрашены в румяно-розовый малибу... любимый цвет миссис Абернати.
Энди смотрел, как девочка уронила полиэтиленовый пакет и швырнула мешок на землю. Её лицо побледнело от шока. Он повернулся и увидел, как на синих джинсах Джеффа расцвело тёмное пятно, а его друг уставился в свой мешок с угощениями и застонал.
Почти боясь взглянуть, Энди всё же посмотрел в свой мешок с конфетами. Его полиэтиленовый пакет был больше, чем у них, на два галлона. Края пакета разошлись, и из щели торчала прядь вьющихся светлых волос. Он был знаком с этим цветом, потому что видел его каждый день, с понедельника по пятницу, с восьми утра до двух сорока пяти дня.
В ужасе все трое бросили свои мешки и побежали домой так быстро, как только могли нести их ноги.
Полиция прибыла в дом Абернати через двадцать минут, но клоуна Чаклза нигде не было.
Они искали его бóльшую часть ночи Хэллоуина, прежде чем наконец нашли.
В конце концов, у него был список школьного класса миссис Абернати и ещё много угощений, которые нужно было раздать.
"ЦИСТЕРНА"
Удивительно, но всё было так же, как он помнил это в последний раз.
Ну, почти так же. Конечно, через двадцать лет должны были произойти изменения. Старый театр "Риджленд" был заменён новым бакалейным магазином, а на торжественном фасаде "Кембриджского банка и займа" из серого камня теперь красовался вполне современный банкомат, но всё остальное оставалось неизменным и постоянным. Это соответствовало ярким воспоминаниям его детства, как фотография, которая каким-то образом осталась верной с течением времени, сохранив своё великолепие, а не потускнев до разочаровывающей серости, как он боялся.
Джексон-Ридж, штат Теннесси, был родным городом Джада Симмонса с рождения до двадцати одного года. Он провёл счастливое детство в его мирной живописной обстановке. Но, как и многие раньше, Джад покинул свою удобную нишу спокойствия и с головой погрузился в городские крысиные бега и порочный круг стресса, беспокойства и потенциальных коронарных заболеваний. На самом деле Джад даже не подумал заехать в Теннесси по пути с деловой конференции в Атланте. Он ехал по шоссе, когда перед ним замаячил знак.
СЛЕДУЮЩАЯ ОСТАНОВКА - ДЖЕКСОН-РИДЖ
Ностальгия неожиданно охватила его.
"Интересно, у них всё ещё проводится фестиваль на Хэллоуин?" - подумал он.
Джад постучал по монитору на приборной панели, вызвав октябрьский календарь. Да, это были выходные, и фестиваль всегда проходил по выходным. Мгновение спустя он свернул на съезд и поехал по двухполосной просёлочной дороге через старый мост, пока, наконец, не оказался там.
Джад медленно проехал мимо забегаловки "Сытый Чапмен" и низкого кирпичного здания начальной школы Джексон-Ридж, поражаясь одинаковости всего этого. Он ехал вдоль усеянной магазинами улицы, пока не добрался до заросшей травой городской площади со старинными дубами, двухэтажным зданием суда и потускневшей бронзовой статуей преподобного Калеба Джексона, лютеранского священника, основавшего город в начале 1700-х годов.
Главная улица была необычайно тихой даже для маленького городка, но тротуары, насколько хватало глаз, были забиты автомобилями. Джаду посчастливилось найти свободное парковочное место прямо перед зданием суда. Помимо фестиваля на Хэллоуин, была ещё одна достопримечательность, которую он больше всего хотел увидеть снова. Когда он заглушил двигатель, он сидел и задавался вопросом, было ли это всё ещё там?
Ну, конечно, это было. Это всегда было и всегда будет там.
Он оставил взятую напрокат машину - Ford Fusion - и пошёл к восточной оконечности заросшей травой площади, наслаждаясь свежестью осеннего дня. Он подошёл к широкой плите из гладкого камня и известкового раствора, которая лежала под указательной памятной табличкой.