Рона Аск – Янтарная тюрьма Амити (страница 149)

— Если из некроманта вытянуть всю жизнь, останется лишь тлен, — вдруг произнес директор.

Я вскинула на него взгляд и увидела, как он на меня смотрит.

— Вы… — выдохнула я со всей злостью и крепко стиснула зубы, а директор поднял ладонь и призвал оранжевый огонек.

Язычок пламени принялся стремительно белеть, сжиматься, громко трещать и вскоре превратился белую сферу, к которой потянулись все фиолетовые молнии, что ударялись тут и там. Благодаря ним сфера стремительно росла, расширялась и когда уже почти перестала помещаться у директора на ладони, он кинул ее под ноги Сенжи и стремительно увядающему Кирэлу.

Раздался грохот.

Вся накопленная сферой магическая энергия взорвалась и раскидала некромантов, прервав странное заклинание. Кирэл рухнул на землю и мешком прокатился по ней, поднимая пыль, а когда остановился, его, словно затянутые бельмом, глаза быстро прояснились, и он закашлялся. С каждым хриплым вдохом его истощенно тело сотрясалось и по нему пробегали редкие язычки черного пламени, точно искали источник столь серьезных повреждений, но никак не могли найти. А Сенжи, отлетев назад, точно кошка приземлился на ноги и вновь устремился к Кирэлу, отчего я подалась вперед и закричала:

— Нет!

Он резко остановился и обернулся. Его пылающие белым глаза широко распахнулись, а с губ слетело неуверенное:

— Лав…

Но не успел он договорить, как на поле боя хлынули подоспевшие некроманты с амулетами. И вопреки моим ожиданиям, рванули не к Сенжи, а к Кирэлу. Сенжи скрутили лишь два куратора, чему он даже не стал сопротивляться. А вот на медленно поднимающегося Кирэла навалилась сразу куча некромантов. Они начали быстро надевать на него медальоны, которые взрывались и разлетались осколками, отчего черное пламя становилось то слабее, то сильнее, а воздух в гробнице заметно похолодел.

— Церара! — раздался совсем рядом крик Дамиана.

Он лежал на земле, скорее всего тоже сбитый с ног фиолетовым кольцом, а Церара металась в сомнениях, явно не желая вот так бросать Дамиана и ослушиваться приказа директора.

— Поторопись! — крикнул ей Дамиан, а когда она обернулась, кинул медальон Кирэла.

Церара поймала его одной рукой и, скрыв в кулаке, решительно кивнула, а из уст Кирэла раздался яростный рык. Казалось, будто ему наконец-то выпал шанс ощутить боль, которую он не в силах стерпеть.

— Хватит! — взревел Кирэл.

Из толпы некромантов вылетело несколько человек, которые приземлились в паре шагах от общей толпы некромантов и покатились по земле, а я наконец-то смогла разглядеть стоявшего на коленях истощенного Кирэла. На его шее висело штук двадцать медальонов, из которых около десяти было разбито.

— Я сказал, хватит! — вновь яростно повторил он, отталкивая от себя еще одного некроманта, попытавшегося нацепить на него очередной медальон.

От сильного толчка парень пролетел мимо меня с директором и угодил прямиком в Церару. Она не стала уклоняться, а, напротив, поймала его. Ее ноги зашуршали по земле, а под кожей промелькнули черные вены, которые исчезли сразу, как только она с парнем на руках остановилась. Кирэл тем временем отбросил от себя еще двух кураторов и нескольких ребят, после чего схватился за голову и рявкнул:

— Оставьте меня! Я справлюсь! Я…

Стиснув зубы, он сорвал с шеи три медальона из восьми и повторил тише:

— Не подходите ко мне.

Церара, было, вновь рванула к нему, но директор вскинул руку, остановив ее, после чего покачал головой, что увидели другие некроманты и тоже послушно замерли.

Глаза Кирэла то вспыхивали красным, то гасли. Черное пламя пробегало по вздрагивающему телу, исцеляя все раны, кроме крайнего истощения. Сверкающие золотом волосы превратились в пыльные сосульки и частично скрыли лицо. А на шее по очереди взорвались и осыпались еще два медальона. Но Кирэл продолжал бороться.

Он держался за голову и часто, тяжело дышал, пока остальные некроманты напряженно ждали. Как вдруг его подрагивания прекратились.

— Я… сильнее… — спустя мгновение хрипло выдохнул Кирэл, выпустив изо рта черное облако, и, не поднимая головы, шатко поднялся с колен.

Он сделал шаг, отчего все дернулись и посмотрели на директора, который ничего не сказал, а Кирэл уверенно двинулся в нашу сторону.

Сенжи впервые попытался вырваться из хватки Азеса и еще одного мужчины, отчего двум другим кураторам пришлось идти на помощь, а я похолодела от страха, когда все такой же истощенный, похожий на скелет и с нависшими на лицо волосами Кирэл остановился возле меня.

— Прости, — произнес он скрипучим, старческим голосом. — Тебе, наверное, было страшно.

Я так и не смогла ничего произнести, просто с ужасом и шоком на него взирала, как вдруг почувствовала, что в моих волосах что-то закопошилось, а потом увидела, как нечто маленькое и черное выбежало на плечо.

«Паук!» — пропищала мысленно и крепче стиснула зубы, когда Кирэл поднял руку.

Восьминогое чудище, бодро сбежало по моему плечу, перепрыгнуло на ладонь хозяина и спряталось у него в рукаве. А Кирэл довольно дернул уголком губ и обернулся к Сенжи, которого кураторы прижимали к земле.

— Он не ядовитый, — таким же сухим и ломанным голосом произнес он. — Но умеет больно кусаться.

Вспомнив, как после первого знакомства с Мушенькой по мне бегало множество жуков, один из которых оказался очень кусачим, я невольно передернула плечами. А Кирэл, больше не обращая на меня внимания, отвернулся и продолжил идти. Однако поравнявшись с Церарой, он на мгновение задержался. Осторожно, стараясь случайно ее не коснуться, забрал свисающий из ее руки медальон и произнес:

— Спасибо за заботу, — после чего окончательно двинулся прочь.

Стоило ему покинуть гробницу, как все словно разом выдохнули. Кто-то из некромантов облегченно опустился на землю, кто-то зашептался, а кто-то продолжал молчать и задумчиво смотреть туда, где Кирэл скрылся. Все понимали, что тот был на грани. И некоторые даже со страхом косились на Сенжи, которого продолжали удерживать кураторы, в чьих глазах тоже теплилось опасение, хотя он больше не сопротивлялся и спокойно лежал на земле. Лишь, пожалуй, Азес не был в ужасе и выглядел так, будто ему довелось прикоснуться к невиданному ранее сокровищу.

— Сделаем перерыв, — произнес все еще придерживающий меня директор. — Азес, отведи Сенжи к Кирэлу. Пусть он вернет ему то, что забрал.

— Да, профессор, — охотно откликнулся Азес и помог Сенжи подняться, когда остальные кураторы поспешили отступить.

А я вырвала руку из хватки директора и устремилась навстречу другу.

— Сенжи!..

— Флоренс, — перебил меня строгий голос директора, и я остановилась. — Прошу вас не задерживайте сейчас Сенжи. Вы сможете поговорить с ним немного позже. За ужином.

— Ужином? — я злобно на него оглянулась. — После всего, что тут случилось, вы хотите, чтобы я…

— Лав, — раздался мягкий голос подошедшего ко мне вместе с куратором Сенжи. — Все хорошо.

— Хорошо? — процедила я сквозь зубы и воскликнула: — Это ты называешь «хорошо»?

Я бы еще добавила, что на нем живого места нет, для пущего эффекта, да вот только Сенжи всем своим видом излучал здоровье! О том, что битва все-таки была, говорили лишь его пыльные и всклокоченные волосы, да надорванная и с пятнами крови одежда.

— Вы сейчас чуть не попереубивали друг друга, а он, — ткнула я пальцем в директора, — еще на профессора Реджеса что-то…

Не успела я договорить, как меня за локоть схватил Дамиан.

— Не надо, — произнес он, держась за ушибленный бок и, видя, что я готова взорваться, покачал головой.

Я бы была не я, если не поняла, что он не хочет, чтобы я продолжила говорить про Реджеса. Причины мне были отчасти ясны, но от злости и обиды они не избавляли. Потому что из-за жалобы директора, который сам подвергает не просто учеников — а некромантов! — опасности, Реджес теперь может никогда не вернуться в Академию!

Вновь выдернув руку, но на этот раз из пальцев Дамиана, я еле сдержалась, чтобы не выругаться. Стиснула зубы, опустила голову и отступила, перестав заграждать путь Сенжи и Азесу.

— Лав, — слегка надломленным голосом произнес Сенжи, отчего я напряглась, но головы не подняла. А он вздохнул и почти прошептал: — Я рад, что ты в порядке.

Я наконец-то на него посмотрела, но Сенжи уже был ко мне спиной. А когда он проходил мимо Церары, она подалась к нему, но вдруг остановилась и стиснула рукой, которой к нему потянулась, свое плечо.

— Флоренс, — услышала я голос директора.

Он устало вздохнул, когда я не скрывая ярости обернулась.

— Я понимаю ваш гнев, но уверяю вас: иначе было нельзя. Скоро вы и сами все поймете.

Он поднял ладонь в приглашающем жесте:

— Уделите вместе с Флэмвелем немного вашего внимания?

— Я могу отказаться?

— Нет, — все так же спокойно произнес директор.

— Тогда к чему создавать видимость выбора? — фыркнула я, а он улыбнулся и мягко парировал:

— Из вежливости.

Директор первым пошагал к проходу, в котором недавно скрылись Сенжи и куратор Азес, а мы с Дамианом угрюмо переглянулись и поплелись следом. В отличие от всех некромантов, покидающих гробницу обычным путем, мы двинулись другим: более извилистым и замысловатым. И если Дамиан шел спокойно, то я старалась запомнить каждый закуток, чтобы в случае опасности найти выход.

— Каково ваше мнение о Сенжи? — вдруг поинтересовался неспешно шагающий директор.