Рон Хаббард – Судьба страха (страница 15)

Однако налитые кровью глаза Ютанк вскоре, я знал, засветятся радостью.

Я достал медальон и, подняв его вверх, возмущенно сказал:

– Смотри, с чем играли твои чертенята!

Праведно хмурясь, я отдал ей медальон.

Взяв его, она очень придирчиво рассмотрела вещицу, затем устремила взгляд на меня.

– Это мальчишки-то? – заговорила она, и тон ее мне не понравился. – В мой ящик для украшений им не залезть. Он заперт! А это означает только одно: ты это утащил, ты (…)! – Она повернулась к двум ноющим маленьким негодяям: – Эта скотина вас ударила?

– Он испортил нашего змея! – взвыли оба в один голос.

Ютанк подошла к дорожке и наклонилась. Я проницательно разгадал ее намерение и был уже на полпути к ближайшему углу дома, когда она запустила в меня горстью крупного гравия.

Я уже почти достиг своего укрытия, как двое маленьких сорванцов присоединились к обстрелу, тоже швыряя в меня гравием. Залп был силен, но прицел – неточен. Заскочив за угол дома, я облегченно перевел дух: ну вот я и в безопасности.

Бросив еще по горсти-другой камней – это уж так, злобы ради, – они наконец унялись.

– Он испортил нашего змея, – ревел «Джеймс Кэгни».

– Это был такой красивый змей, – вторил ему «Рудольф Валентино».

Оба, конечно, врали. Кто же запускает хрупкого змея на сильном ветру да в зимнюю пору. Это делают только весной. Сами во всем виноваты.

Ютанк как-то не очень обращала на них внимание. Она сосредоточилась на медальоне, а потом повела себя совсем по-чудному: опустилась на колени, притянула ребят к себе и сказала:

– Вот вам, милые, берите его себе. Делайте с ним что захочется.

– Правда? – хором вопросили они, выпучив глаза на медальон и моргая от удивления.

– Конечно, – ободрила их Ютанк. – Это ведь только копия настоящего, что хранится у меня в сейфе. Такие копии специально делают для того, чтобы носить вместо оригинала, на случай, если нападут грабители. Наденьте на собаку или придумайте еще что-нибудь. Это подделка и притом довольно плохая.

Глядя, как она снисходительно-ласково похлопывает их по головкам, я прорычал про себя: «Ну погодите. Вы увидите, как кое-что переменится, когда я стану купаться в этих жутких деньжищах!»

Глава 5

Исключая такие незначительные проколы, как с медальоном, можно было сказать, что мой план развивался достаточно гладко.

Я вернулся назад по туннелю, чтобы проверить работу строителей. У них все шло нормально. Ко мне подошел Фахт-бей и стал возмущаться:

– Что вы такое надумали? Эти материалы и люди находятся в ведении Аппарата. Ими лучше не пользоваться в своих личных целях.

– Это в интересах компании, – с искусно изображенным праведным гневом возразил я.

– Очень подозрительные интересы, – заметил он. – Никогда еще не видел, чтобы люди по вашему приказу работали с таким усердием. Или вообще работали, уж коль на то пошло.

– Приказ Ломбара Хисста, – сказал я. – Дело чрезвычайной важности.

– Надеюсь, что так, – проговорил он с долей сомнения. – А вы что-нибудь знаете о кражах героина с нашего склада?

– Они еще продолжаются? – спросил я и, когда он кивнул, как-то странно посмотрев на меня, закончил: – Перед тем как я пошлю рапорт господину главному инспектору, тебе лучше разобраться в этом досконально.

– Это, – сказал он, – меня совсем не колышет. – И зашагал прочь.

Его реакция задела меня за живое. Он явно считал, что я ворую тот самый героин, который мы должны отправлять Ломбару Хиссту. Терпеть такое было нельзя. О, но теперь-то уж кое-что переменится. Только подождите, когда у меня будут все эти деньги.

Мне предстоял долгий и опасный путь, я это знал, а потому решил немного отдохнуть, пока есть возможность. Я прилег, но был настолько взвинчен, что сон ко мне не приходил. В голове непрестанно кружились долларовые купюры. Уже перевалило далеко за полдень. В двенадцатый раз заявившись в ангар, я обнаружил, что там все затихло и не горела ни одна паяльная лампа. Работа была сделана. Краска светопоглощающего покрытия уже подсохла. Произведя осмотр, я остался доволен.

С виду она представляла собой плоскую толстую платформу из тяжелой стали – конструкцию из массивных балок и огромных опоясывающих болтов. Но между тем, что казалось, и тем, что было на самом деле, имелось два различия: во-первых, конструкция состояла из алюминиевых балок; во-вторых, верхние плиты можно было снять – конструкция была полой.

Чтобы показать вам, какое важное значение я придавал сему проекту, признаюсь, что и в самом деле заплатил начальнику строительства две сотни обещанных ему долларов. Ради успеха дела я готов был идти на любые жертвы.

Я вошел в «Бликсо» и разыскал помощника капитана. Он собрал всех, кто еще оставался на борту. Я отпер хранилище, и ящики с золотом мгновенно перекочевали на платформу, а там, через открытый верх, в полое пространство конструкции, где их надежно закрепили канатами. Триста ящиков слитков, весом в шестьсот пятьдесят фунтов каждый, занимали изрядное место. Но золото с виду обманчиво: вы бы, наверно, подумали, что двенадцать с половиной тонн – это целая гора. Это не так. Но тем не менее последний ящик вместился туда с трудом. Когда поставили на место и закрепили верхние плиты, конструкция снова стала всего лишь высокой сплошной платформой из балочных ферм.

Следующую операцию мне пришлось проделать самому. Она была очень утомительной. Я достал ручную тележку и за несколько ездок перевез фальшивое золото из своей потайной комнаты по туннелю в ангар и навалил его на платформу сверху. Все волтарианские ярлыки я уничтожил. Помощник капитана оказался сговорчивым и привязал и эти девять ящиков с восемнадцатью пятидесятифунтовыми слитками покрытого золотой краской свинца. Удостоверившись в том, что сделано все надежно, и чтобы лишний раз показать, насколько важным я считаю этот проект, я отдал ему еще сто долларов, чему тот, конечно, был рад. Очень скоро он со своим экипажем налижется вусмерть – ведь недаром он в первую очередь отправился звонить по телефону. Это означало, что, когда антиманковцы вернутся, разговаривать он с ними не будет.

Я взглянул вверх и сквозь создаваемую электроникой иллюзию горной вершины увидел, что день угасает.

В Турции в январе солнце садится рано; к тому же мы находились выше тридцать восьмого градуса северной широты.

Я прошел по туннелю к себе и, быстро проглотив ужин, прицепил к лодыжке кобуру с секретным кольтом. Карманы заполнил другим сокрытым от глаз оружием. Препоясался ремнем для «Ругера Блэкхока» и, проверив барабан, засунул оружие в кобуру. Затем перекинул через плечи два патронташа, скрестив их на груди и прикрепив нижними концами к поясу с патронами для моего табельного пистолета.

Закончив вооружаться, я позвонил Прахду. Да, антиманковцы уже давно готовы к отправке. Я позвонил таксисту и велел ему ехать за ними.

Перспектива встречи с этими головорезами, во время которой я должен быть убедительно спокойным, действовала мне на нервы. Накинув на плечи медвежью куртку, я взял обрез и спустился в ангар.

Антиманковцы, вышедшие из барачного туннеля, казались беспокойными и раздраженными. Я пожалел, что не догадался посоветовать Прахду обработать их каким-нибудь успокоительным газом. Ну или меня, коль уж такое дело.

Я встретил их у края платформы.

– Черт знает что такое! – вскричал капитан Стэбб. – Этот (…) издырявил нас, как подушки для иголок!

– Он снабдил вас эпидемическими справками? – строго спросил я.

– Дал какую-то (…) бумажку, – прорычал Стэбб и протянул ее мне.

Я взял справку, пробежал по ней глазами и положил в карман.

– Не дело, – сказал я, – если вас схватят при ограблении банка и посадят за то, что у вас нет соответствующего карантинного свидетельства.

Это произвело желательное действие на капитана Стэбба. Его маленькие блестящие глазки загорелись от алчности.

Антиманковцы сгрудились в тесную кучку. Я знал, что так оно и будет, когда дело идет на лад.

– Завтра, – заговорил я, понизив голос, – мы произведем разведку. У меня есть замечательный план. Для того чтобы завладеть золотыми запасами Швейцарии…

– Золотыми запасами Швейцарии? – так и ахнули они, объятые благоговением и жадностью.

– Именно так, – подтвердил я, обращаясь к капитану Стэббу, но позволяя слушать и остальным. – Для того чтобы что-то украсть, необходимо узнать, где оно лежит.

Они закивали.

– Поэтому, рискуя головой, я как раз это и собираюсь сделать.

– Но как? – прошептал Стэбб.

– Взгляните на платформу, – велел я.

Они взглянули и увидели то, что и предполагалось: стальную платформу с привязанными наверху девятью ящиками со слитками.

– Золото в этих ящиках, – продолжал я, – вовсе и не золото. Это просто-напросто свинцовые чушки, выкрашенные в золотой цвет. Проверьте и убедитесь сами.

Они отвязали один из ящиков и, осторожно орудуя кинжалами, удостоверились в правоте моих слов. Я достал небольшой молоток и поправил поврежденное место.

– Но как мы ограбим Швейцарию? – недоумевал Стэбб.

– Очень даже просто, – сказал я. – Вы доставите меня вместе с этим в Цюрих, в аэропорт Клотен. Ящики заберут в банковские подвалы, я пойду вместе со служащими, точно узнаю, где у них стальные сейфы, и когда мы. потом детально разработаем план налета, то вернемся туда и поднимем все это добро фронтовым «прыгуном»!