Роман Злотников – Царь Федор. Трилогия (страница 87)

— Ответ прост. Еще батюшка моего господина мечтал открыть в Москве университет. И мой господин считает, что настало время воплотить в жизнь его мечту.

После этого заявления хозяин дома снова впал в задумчивость.

— Университет… — протянул он спустя некоторое время. — Хм, довольно забавно… Но с чего вы взяли, что я на старости лет соберу в кучу свои больные кости и отправлюсь в вашу дикую, жуткую и холодную Тартарию, где займусь этим вашим чертовым университетом?

— А чем еще вам заниматься? — удивился гость. — Сидеть у камина и жаловаться на судьбу? Это вам-то, мой лорд? Да побойтесь Бога!

Хозяин дома насупился. Похоже, гость действительно знал его довольно хорошо, поскольку никаких возражений на этот его посыл у хозяина дома не нашлось.

— Но почему именно я? — вновь спросил он, но уже гораздо более спокойным тоном.

— А кто, сэр? — Судя по выражению лица гостя, этот вопрос его просто шокировал. — Кто еще? Ведь мой господин хочет не просто учредить еще один университет, да к тому же расположенный где-то на задворках Европы. Нет, он считает, что достойным памяти его отца может стать только самым лучший, самый блистательный, самый великолепный университет всего христианского мира. И кому еще можно поручить его организацию, как не вам, сэр? — Он наклонился к своему собеседнику и произнес доверительным тоном: — Хотите знать, сколько мой господин ассигновал на организацию университета?

Хозяин дома поощряюще кивнул.

— Миллион рублей!

— Рублей… а сколько это будет в фунтах стерлингов?

Гость ответил.

— Мой бог, — пораженно воскликнул хозяин дома, — да этого хватит, чтобы пять лет содержать все университеты Англии и Шотландии вместе взятые! — Он покачал головой. — И кто будет распоряжаться этими деньгами?

— Вы, сэр, — коротко ответил гость.

— Я?

— Да.

— И… насколько свободно?

— Полностью свободно. Причем в эту сумму не входит стоимость зданий факультетов, которые уже обустраиваются. В самом центре Москвы. Рядом с резиденцией моего господина — Кремлем.

Хозяин дома потрясенно покачал головой.

— То есть если я захочу положить все эти деньги в карман…

— Они окажутся в вашем кармане, — кивнул гость. — Если, конечно, вы найдете способ создать лучший в мире университет, не задействовав ни пенни этих денег. Моему господину нужен университет, все остальное он оставляет на ваше усмотрение.

Хозяин дома некоторое время сидел задумавшись, затем грузно поднялся с кресла и, скинув плед, прошелся по комнате. Гость усмехнулся:

— А как же ваша подагра?

— Ах, оставьте… — досадливо сморщился хозяин дома. — Мой бог, ваш господин — настоящий сумасшедший! Тратить деньги на подобное… — Он зарычал. — Ну почему Господь не дал Англии такого короля?! Наш умеет только делать долги и грызться с парламентом! Знаете, какую сумму должна королевская казна? — в запальчивости начал он, но тут же осекся.

— Знаю, — спокойно отозвался гость, — миллион фунтов стерлингов.

Хозяин дома рассмеялся.

— Ну да, конечно, кого я вздумал спрашивать? Вы знаете о том, что происходит в старой доброй Англии, едва ли не больше, чем мы, англичане… И почему это вы еще не в Тауэре?

— Может быть, потому, что мы не враги, — спокойно отозвался гость.

— Не враги… да, пожалуй, пока не враги. Но кто знает, как оно повернется в будущем?

— Кто может ведать будущее? — усмехнулся гость. — Один Господь. Но пока, — он подчеркнул это слово голосом, — мы не враги. Пока мы как минимум партнеры. Причем во многом благодаря терпению и воле моего государя и вопреки глупости некоторых подданных вашего короля.

— Да успокойтесь же наконец, столько лет прошло, — устало отозвался хозяин дома. — Вы же знаете, что это была инициатива этого ублюдка Карра. Он вообще был большим любителем ядов. Да и ваш господин тоже хорош… Одним махом отправить на тот свет столько подданных короля… И вообще, — в тоне хозяина дома послышались сварливые нотки, — у вас странный способ уговаривать меня принять предложение вашего господина. Припоминая старые обиды…

— А я не уговариваю.

— Вот как? И почему же?

Гость улыбнулся.

— Да потому, что вы его уже приняли!

Хозяин дома несколько мгновений изумленно пялился на гостя, а затем громко расхохотался. Так, что дверь кабинета даже приоткрылась и в узкую щель заглянул встревоженный дворецкий.

— Нет, ну вы наглец, наглец… Если все агенты вашего господина такие же, я понимаю, как вам удалось обскакать на повороте нашего малыша Карла и уломать эту итальянскую сучку пообещать отдать вашему господину руку ее младшей дочери. — Он замолчал и некоторое время сверлил гостя взглядом. А затем внезапно подошел к креслу, уселся в него и накрылся пледом. — Да, вы правы, — произнес он уже вполне спокойным голосом, — я принял его. Но… вас не смущает, что я под эдиктом?

Гость сделал рукой некий неопределенный жест.

— Нет. К тому же не думаю, что это надолго.

Хозяин дома слегка подался вперед.

— Не думаете или…

— Не думаю, — спокойно отозвался гость. — Ну посудите сами — после таких обвинений такого должностного лица его либо отправляют на плаху или уж в самом крайнем случае в Тауэр, либо… в конце концов прощают. — Гость демонстративно окинул взглядом кабинет, в котором они находились, как бы намекая, что это место никак не может быть Тауэром. — А вот в политику вас несомненно больше не пустят. Если только в качестве чьей-то марионетки. Впрочем, вы и сами это понимаете и, я думаю, на марионетку никогда не согласитесь. А торчать в своем поместье, ожидая, когда за вами придет смерть, противно вашей деятельной натуре и острому уму. Так что… — И он развел руками, показывая, что у его визави нет иного выхода.

Хозяин дома несколько мгновений переваривал его слова, а затем усмехнулся.

— Я должен благодарить Бога, что вы не подданный британской короны, иначе всю мою карьеру вы были бы одним из самых опасных моих противников… — Он замолчал, пожевал губами и спросил: — И когда для меня будут доступны деньги, обещанные мне вашим господином?

— Когда пожелаете, — пожал плечами гость.

— Вот как? То есть уже сейчас это тоже возможно?

Гость в очередной раз улыбнулся.

— Ну… всю сумму я с собой не захватил. Очень, знаете ли, обременительно ходить по Лондону с миллионом рублей в кошеле, но если вы соблаговолите принять вексель…

Хозяин дома покачал головой.

— Да уж… — Он помолчал и решительно махнул рукой. — Нет, пока не нужно. Для начала мне необходимо списаться с некоторыми людьми. Ведь для того, чтобы создать лучший университет, его кафедры должны возглавить лучшие профессора. А… вы имеете возможность переслать деньги, скажем, в Италию или в Соединенные провинции?

— В Соединенные провинции — без проблем, да и в Италию тоже, — кивнул гость.

— Ну да, у вашего господина такие нежные отношения со штатгальтером… да и связи ваших… — Тут хозяин дома слегка напрягся и искривил рот, поскольку то, что он собирался произнести, явно напрягало его непривычным произношением, но сумел-таки выговорить: — Торговых товариств с ломбардскими банкирами также не являются таким уж секретом. Эвон как вы опустили цены на венецианские зеркала… Кто бы мог подумать, что московиты научатся делать зеркала лучше венецианцев! Интересно, как вам удалось заставить венецианских мастеров поделиться секретами? И уж не на эти ли деньги ваш господин собирается организовывать этот университет? — Он рассмеялся, показывая, что это шутка, а если и нет, то ему происхождение этих денег не так уж интересно.

Гость ничего не ответил, вежливо улыбнувшись.

— Ну ладно, хорошо! — Хозяин дома энергично кивнул. — Я сделаю вам университет. Действительно лучший в мире. Такой, что все ахнут. Но имейте в виду: это будет не совсем такой университет, какими их все привыкли видеть! Не тихая заводь для престарелых пасторов и теологов, не видящих далее собственного носа и продолжающих из года в год вдалбливать в головы студентов давно избитые истины! Нет! Знание — сила! Господь дал человеку разум, дабы он проникал в суть сотворенных им вещей…

Его гость сидел и молча смотрел на вещающего хозяина дома, время от времени кивая или поддерживая его страстный спич одиночными возгласом. Он читал «Новый органон», более того, он переправил его своему государю, и тот прислал ему огромное письмо с развернутыми комментариями и требованием приобрести еще не менее пяти экземпляров сего труда. Так что сейчас хозяин дома не сообщил ему ничего нового. Но пусть… Как видно, ему надобно выговориться. К тому же, похоже, государь в очередной раз угадал с мечтой. Сидевший перед ним человек явно мечтал создать нечто, способное пережить его в веках. Но не просто абы что, ну чтоб говорили, а то, что двинет вперед главное детище его жизни — процесс познания человеком природы вещей. Ну а что могло сделать это лучше, как не созданный им и по его собственному усмотрению и разумению университет?

— Так как? — спросил хозяин дома, когда наконец выговорился. — Ваш господин окажет мне поддержку на таких условиях?

— Должен вам сообщить, — спокойно ответил гость, — что мой господин читал ваш «Новый органон».

— Вот как?

— Да, и оценил его весьма высоко. И именно вследствие своего согласия с изложенными там мыслями он и принял решение поручить организацию университета именно вам. Так что вы можете полностью рассчитывать на его поддержку.