Роман Злотников – Схватка (страница 38)

– Как ее рука? – несмотря на раздрай, возникший между русским и киолкой, спали они по-прежнему вместе… то есть в одной комнате. Но вряд ли в одной постели. Ямамото, как и любой мужчина, очень плохо понимал женщин, но одно он усвоил твердо. Женщина не может продолжать сердиться на мужчину после того, как разделила с ним постель. Никогда. Она может затеять новую ссору. Это запросто! Но продолжать прежнюю – нет… Иван поморщился.

– Все по-прежнему.

– И даже девочка не сумела ее переубедить?

– Нет, – вздохнул русский. – Хотя Ук тоже страдает. И из-за того, что у нее болит рука, и из-за… – и он замолчал, не закончив. Адмирал вздохнул.

– Иван, возможно ты обидишься, но я должен это спросить. Ты возглавляешь атаку на ключевом направлении, так что если твои эмоции помешают тебе…

Русский набычился.

– Ну вот не надо путать теплое с мягким, Исороку! И смешивать личное с общественным. Я не первый год на войне. Так что насчет этого не волнуйся. Все будет нормально…

– Мне бы твою уверенность, – хмыкнул адмирал. Они некоторое время сидели молча, думая каждый о своем, потом Ямамото тяжело вздохнул. Иван покосился на него.

– Что, все думаешь, как бы у них турели выбить?

– И это тоже, – кивнул адмирал. – Очень неудачно все складывается. Нет, шанс на то, что удастся не только освободить Избранных, но и уничтожить Маяк, есть, и неплохой. Судя по тому, что нам рассказал пленный, с дисциплиной у них дело обстоит не очень… Слабый контингент, по большей части состоящий из сосланных сюда, в этот, как у них считается, дальний тыловой гарнизон за какие-то провинности солдат и офицеров. Скука, расслабленность, да и захват Избранных тоже повлиял. Отрываются твари… – последнее предложение Ямамото произнес как выплюнул. Но продолжил уже более спокойным тоном: – А к чему приводит подобная расслабленность, хорошо видно на примере Перл-Харбора. Так что шанс есть. Но если мы не найдем способ нейтрализовать автоматические турели до начала атаки или хотя бы не сможем отключить их централизованное управление – потери будут страшными.

– А может, я рискну и попытаюсь пробраться через периметр? Все-таки у меня восемь выбросов в тыл. Когда Выгонический мост рвали, фрицы там знаешь какую охрану выставили? И ничего – взорвали за милую душу. Ни пулеметы не помогли, ни часовые, ни три ряда колючей проволоки…

Но адмирал резко мотнул головой.

– Нет, судя по тому, что нам рассказал пленный, – у тебя нет никаких шансов. Сенсорный комплекс охраны периметра… – Но тут дверь зала для совещаний распахнулась, и на пороге появилась Пламенная. Оба землянина тут же вскочили на ноги. Тэра стремительно подошла к ним и, гордо вскинув голову, произнесла:

– Адмирал, я требую, чтобы вы дали мне шанс еще раз обратиться к «желтоглазым».

Оба землянина переглянулись. Вот ведь неугомонная. Ведь говорено уже переговорено… Но Пламенная с жаром продолжила:

– Я не требую отменять операцию, просто прошу вас дать мне возможность еще раз попытаться. У меня точно есть шанс! Я много беседовала с пленником и, как мне кажется, сейчас гораздо лучше представляю рисунок танца, который сможет пробудить их души. Поэтому я считаю, что способна…

Ямамото едва заметно скривился. Эта женщина… о, да – она обладает сильной волей и непоколебимой уверенностью в собственной правоте. И это достойно уважения. Но она уже отправила под откос все их тщательно разработанные планы и… Тут адмирал отвлекся и озадаченно уставился на русского. Уж больно ошарашенным у него был вид. Вернее, не то что ошарашенным, скорее это было похоже на то, что ему в голову пришла какая-то мысль, которая… В этот момент, заметив, что Ямамото смотрит на него, Иван отчаянно закивал головой и замахал руками.

– М-м-м… – задумчиво начал адмирал, не совсем понимая, что от него требуется. Но следующий жест русского кое-что прояснил. – Я готов выслушать ваши предложения.

Пламенная, совершенно уверенная в том, что ей придется яростно сражаться за свои идеи, запнулась, окинула его удивленным взглядом и, слегка нахмурившись, начала:

– Понимаете, мы зациклились на нашем традиционном понимании гармонии, забыв, что гармония чрезвычайно многогранна. И та ритмика, которая присуща нашим мелодиям, может восприниматься представителями другой цивилизации, воспитанной в другой музыкальной культуре, с некоторым диссонансом. И… – тут она развернулась к русскому, – я очень благодарна тебе, Иван, потому что я поняла это после того, как ты прочитал свое стихотворение. Оно позволило мне взглянуть на ситуацию с неожиданной стороны, вследствие чего у меня и появились новые идеи.

– Это не мое, – смутился русский, – это – Симонов.

– Неважно. Оно было написано в совершенно другой ритмике. И я некоторое время привыкала к ней, а в самом начале она немного резала ухо непривычностью. – Тэра вновь развернулась к адмиралу. – Но дело не только в ритмике. В каждой культуре имеются определенные традиции в одежде, движениях, пластике. Например, Шаркизар дал мне очень ценный совет, предложив выступать обнаженной. Это позволит полностью нивелировать… – Но в этот момент позади нее послышался скрип зубов Ивана. Тэра осеклась и с удивлением развернулась к русскому. Тот на мгновение замер, а потом вымученно улыбнулся и развел руками, пробормотав:

– Ну-у-у, мы тут не специалисты и всецело полагаемся на тебя, – после чего вскинул взгляд на Ямамото и с некоторым нажимом добавил: – Не так ли, адмирал?

Исороку кивнул с непроницаемым лицом. Что придумал русский – он не знал, но Иван в их маленьком коллективе выходцев с Земли уже не раз выдавал такие идеи, которые на первый взгляд казались абсолютным бредом, зато потом удивляли своей эффективностью. Хотя поначалу большинство его затей они все встречали в штыки. Вернее, нет, не все. В то время когда они вдвоем со Скорцени пытались объяснить этому упрямому русскому, что его предложение не соответствует не то что каким бы то ни было правилам и канонам абсолютно любой области человеческого знания, от психологии до военного дела, но и просто здравому смыслу, Банг просто ржал… Так что, вполне возможно, очередная идея, которая, похоже, пришла ему в голову вот только что, окажется вполне удачной.

– Но, Тэра, – продолжил между тем русский, – в таком случае, тебе надо будет непременно хорошо подготовиться. Я не думаю, что этот новый танец можно будет построить по какому-то уже отработанному рисунку. А это вряд ли получится, если ты будешь упорствовать в своем отношении к регенератору.

Пламенная окинула его недоверчивым взглядом, а потом повернулась к адмиралу.

– То есть вы принимаете мое предложение?

И снова первым ответил Иван.

– М-м-м… скорее всего. Нам нужно будет обсудить его и понять, как сделать так, чтобы, во-первых, твое выступление увидело как можно большее количество «желтоглазых», и во-вторых, чтобы в случае если тебе не удастся достучаться до их… э-э-э… зачерствевших душ, за это не пришлось бы расплачиваться жизнями «руигат». Ведь ты же тоже не хочешь этого?

– Как ты мог такое подумать?! – возмущенно вскинулась Тэра.

– Вот-вот, я и говорю… – согласно закивал Иван. – Так я дам команду готовить регенератор?

Пламенная несколько мгновений мерила его недоверчивым взглядом, а затем медленно кивнула.

Когда она покинула зал, адмирал указал подбородком на табурет напротив себя и коротко приказал:

– Рассказывай, что придумал.

Иван довольно осклабился.

– А скажи-ка, мой дорогой друг и командир, как нам обеспечить полный и безоговорочный аншлаг выступлению лучшей танцовщице Киолы?

Ямамото несколько мгновений недоуменно пялился на Ивана, после чего его лицо озарила вспышка понимания, и он зачарованно прошептал:

– Многофункциональный проектор…

– Именно! – с довольным видом расхохотался русский.

За воплощение своей идеи Тэра принялась с воодушевлением. Носимый регенератор справился с уже слегка поджившей травмой всего за сутки, которые она, кстати, тоже не бездельничала, вытребовав у адмирала пленного и почти все это время просидев с ним, отбирая варианты музыкального сопровождения. «Желтоглазый» проявил полную готовность помочь, хотя музыка, которая показалась ему наиболее подходящей, саму Пламенную не сильно вдохновила. Под нее, скорее, удобно было маршировать, чем танцевать. Но ее личные вкусы в этом проекте были на последнем месте…

Однажды вечером после очередной выматывающей репетиции она выползла из душевой, расположенной рядом с их с Иваном комнатой, и присела на ближнюю из скамеек в общем коридоре, почти скрытую ветвями деревца, растущего из огромного вазона, которыми была густо заставлена вся терраса. «Руигат» уже, считай, совсем обжились в Бункере, максимально приблизив окружающую обстановку к той, к которой они привыкли на Киоле. С густой сочной листвой растения стояли и в спальных помещениях, и поблизости от тренировочных полигонов. Что, кстати, обескуражило уроженцев Олы. Для них-то зеленые насаждения с детства являлись, скорее, источником опасности, нежели составляющей комфорта… Тэра откинулась на спинку скамейки и устало прикрыла глаза, поэтому не сразу услышала, что кто-то подошел.

– …может, передумаешь? – Тэра вздрогнула. Голос был негромкий, но знакомый. Но кто именно говорит, она в первый момент не узнала.