Роман Злотников – Рассвет (страница 69)

Оправившись от приступа испуга, Ирка поспешила себя успокоить: ничего удивительного, обыкновенный сквозняк. Однако где-то на задворках сознания родилась и окрепла мысль: вовсе это не обыкновенный сквозняк. Это заработал сконструированный Фимой канал.

– Это… поможет ему? – робко спросила она.

– Определенно, – уверенно кивнул Амфибрахий Сатаров.

Олега точно что-то толкнуло. Он поднял голову и вдруг почувствовал в себе силы встать полностью.

И встал.

А затем и пошел.

И очень скоро сменил ломкий шаг на ровный и скорый бег.

– Теперь… все будет хорошо? – спросила еще Ирка.

– Еще… нет, – ответил Фима. – Еще… нужно самое главное…

И Фима снова, кажется, перестал воспринимать ее. Будто опять переключился на иной режим, и темнота расступилась перед ним. Он побежал по коридору, заглядывая в каждый кабинет. Ирка отправилась за Фимой. Опасаясь повредить открывшемуся каналу, она внимательно смотрела себе под ноги. Сквозняк слышно гудел, змеясь по полу, странным образом взбирался на стены, вился по ним.

Она нашла Фиму в одном из кабинетов. Он возился с офисным стулом на трех снабженных колесиками ножках. В тот момент, когда в кабинет вошла Ирка, он оттолкнул от себя стул со словами:

– Необходимо четыре колеса…

Искомое количество колес обнаружилось у журнального столика, стоявшего здесь же. Фима взялся обеими руками за столик и пару минут очень сосредоточенно катал его по какой-то особой, ему одному известной траектории. Затем выпрямился и толкнул его в открытую дверь. Столик, постукивая своими колесиками, скрылся в коридорном мраке.

И тотчас сама по себе со страшным грохотом захлопнулась дверь. И разом обрушились со стены застекленные рамки: то ли чьи-то портреты, то ли какие-то благодарственные письма – разобрать конкретнее, что именно, оказалось невозможным, потому что поток воздуха от захлопнувшейся двери потушил огонек свечки.

– Это… значит что-то плохое? – раздался в кромешной темноте дрожащий голос Ирки.

Амфибрахий Сатаров ответил не сразу:

– К-кажется, да… – пробормотал он.

Наконец-то впереди показалась машина. Первый автомобиль за добрых пятнадцать минут, пока Охотник бежал по трассе прочь от города Кривочки – бежал тяжело, несколько раз замедляясь до неровного раскачивающегося шага. Он был крайне измотан, Охотник. И увидев приближающийся автомобиль, не смог сдержать ликующего возгласа.

Он остановился на середине дороге, размахивая руками.

Автомобиль оказался громадным джипом, из тех, что обладающие машинками помельче пренебрежительно кличут «сараями на колесах». И водитель был своему автомобилю под стать. Неправдоподобно здоровенный кавказец с шикарнейшей кучерявой иссиня-черной бородой, делавшей его похожим на какого-нибудь древнего ассирийского царя. Охотник, истрепанный и измотанный, смотрелся в этом джипе, будто кот в великанском замке.

– Куда собрался-то? – осведомился водитель, разглядывая Охотника с веселым удивлением. – Праздник, а ты бегаешь…

Тот неопределенно махнул рукой.

– Я ж в обратную сторону еду, э? – не отставал кавказец. – Ты ведь в Саратов бежал, а я оттуда.

– А мне как раз в обратную и надо, – ответил Охотник. – Ты не думай, – добавил он, – у меня деньги есть, отблагодарю. Много денег.

– Да не в этом дело. А чего такой?.. Побили, что ли?

– Подрался, – не стал спорить Охотник. – Еле ноги унес.

Водитель джипа оказался человеком участливым.

– Если помощь нужна, – сказал он, – только намекни. Я этих шакалов, которые побили… немножко резать буду. Э?

Охотник промолчал. У него мелькнула мысль выкинуть кавказца из машины и ехать дальше самостоятельно. Или, скажем, сделать так, чтобы он больше никаких вопросов не задавал, чтобы превратился в бездумный и послушный механизм, управляющий автомобилем. Но ни на то, ни на другое у него сейчас не было сил. Надо было хотя бы несколько минут передохнуть.

Но и этих нескольких минут у него, как тут же выяснилось, уже не было.

Впереди, в свете фар возник человеческий силуэт, бегущий им навстречу прямо посередине дороги. Охотник, узнав человека, охнул.

Не может быть! Этого просто не может быть! Откуда у этого проклятого Трегрея столько энергии? Он ведь уже должен если не сдохнуть, так находиться при смерти!..

– Дави! – выкрикнул он, схватившись за руль. – Ну?! Это он – обидчик! Ну?! У меня деньги есть! Я тебе столько денег дам, сколько ты за всю жизнь не видел! Я тебя самым богатым в этой стране сделаю!

– О-о!.. – с непонятной интонацией протянул кавказец.

И потянул на себя рычаг переключения скоростей. Джип рванулся было вперед, но тут же задергался, закашлял и стремительно стал терять скорость.

– Что ты делаешь?! – взвизгнул Охотник.

– Чтоб я еще раз сел за баранку этого пылесоса!.. – темпераментно рыкнул водитель, грохнув кулачищами по рулю.

– А? – не понял Охотник. – Причем здесь пылесос?..

И тут же в голове его будто лопнул шарик, наполненный чернилами. В непроглядной тьме захлебнулся мозг Охотника.

Бородатый кавказец вытащил из машины безвольно обмякшее тело, безо всяких церемоний швырнул его под ноги Трегрею.

– Будь достоин, Олег! – сказал он.

– Долг и Честь, Мансур, – выговорил Олег, щурясь от света фар, отступая от него во тьму.

– Хотел сюрприз сделать! – сообщил Мансур, поглаживая новооприобретенную бороду. – Да под Новый год на дорогах такое творится, э!.. Опоздал.

– Нет, – сказал Трегрей. – Ты как раз вовремя.

– Да я уж сообразил. Что тут у вас такое творится? Веселиться надо, а ты за всякими субчиками по трассам гоняешься… – Тут Мансур осекся, рука его, поглаживающая бороду, вдруг сжалась. – Это ведь он, да? Охотник да?

– Он, – подтвердил Олег. – Надобно сюминут привести его в чувство и допросить.

– Зачем сюминут? – удивился Мансур. – Зачем прямо здесь? Отвезем в Кривочки, там… с чувством, с толком, с расстановкой. При всех наших… Я его качественно вырубил, он еще с полчаса в отключке будет. И к чему спешить? Если это на самом деле Охотник, значит, времени у нас полно…

– У вас – да, – просто ответил Трегрей. – У меня – совсем немного…

Мансур непонимающе моргнул, а затем шагнул ближе к Олегу. Только сейчас он разглядел, в каком тот состоянии. А разглядев, закричал, замахал руками:

– «Скорую» надо! В больницу надо!.. Это ж… Как ты еще на ногах держишься?.. В палестру надо! Вон она – в двух шагах отсюда!..

– Ничего не надо, – проговорил Олег. – По крайней мере, не сюминут.

– Я ребятам звоню! – решительно заявил Мансур. – Они мигом сюда домчатся!

Охотник пошевелился и открыл глаза.

– Крепкий… – с ненавистью пробормотал, кинув на него взгляд, Мансур.

– Не убивай… – прохрипел Охотник.

– Не убью, – коротко пообещал Олег. – Если будешь говорить.

Охотник колебался совсем недолго.

– Буду!.. – приподнявшись, произнес он.

– Вы их называете Хранителями? Они и есть хранители. Всего нашего мира хранители. Мир – как и всякий чрезвычайно сложный организм – должен управляться единым разумом, неужели это непонятно? При таком управлении исключаются случайные войны, случайные конфликты: из-за ресурсов, из-за территорий, да и просто – из-за амбиций отдельных мелких властителей. Войны из разряда стихийных бедствий переходят в средство контроля над ресурсами и населением… с целью более выгодного на определенный момент их перераспределения…

– Выгодного для кого? – перебил Охотника Трегрей. – Для мировой элиты? То бишь для самих Хранителей?

– Стабильное существование этой элиты разве не гарантия стабильного существования всей планеты? Поймите вы: чтобы жить в мире, довольстве и спокойствии, необходимо сохранять существующий порядок вещей. При изменении хотя бы одного компонента этого порядка неминуемо возникает угроза хаоса. Для того, чтобы беречь незыблемость мирового порядка, Хранители создали нас…

– Охотников?

– Пусть будет так – Охотники. Изначальное название нашей организации… К чему оно теперь? Ведь все равно… – Охотник не договорил, сморщился, закашлялся, пустив кровь изо рта на грудь.

– И ваша задача – незаметно, исподволь устранять тех, кто создает или способен создать новые технологии и новые идеи? Маскируя убийства под несчастные случаи, чтобы не возникало ни малейшего резонанса? Это вашими силами не дается развить использование альтернативных источников питания? Вашими силами оказались свернуты… низвергнуты до уровня профанации космические программы? Вашими силами научно-исследовательские центры превращаются в кружки по интересам для умничающих невежд? Вашими силами любая здравая идея по изменению общества теряет истинных и деятельных последователей, опошляясь до очередной клоунады?..

– Миру не нужно ничего нового! Для мира опасно новое! Всякое «новое» должно быть согласовано с Хранителями, работать на цели Хранителей. Да, нашими силами свернуты космические программы. Но нашими силами и приостановлено на определенном – условно-безопасном – уровне развитие ядерных технологий. Комфортная и безопасная жизнь человечества – вот конечная цель Хранителей!