Роман Злотников – Пришельцы. Земля завоеванная (страница 94)
– Метка есть? Поздравляю, – солдат кисло улыбнулся. – Пройдете, значит.
– Так еще и не всякий может, что ли?
– Конечно, не всякий. Иначе зачем бы мы тут загорали, по-вашему? – раздраженно спросил военный.
– Да, и вправду… Ох, спасибо вам огромное! Отлично, Витенька, это же просто отлично! – радостно засуетился Егор.
– Документы есть?
– Да-да, конечно! У меня есть паспорт, страховой полис, пропуск на работу, у Витеньки – свидетельство о рождении… – Егор начал загибать пальцы.
Лена вытащила из рюкзака пластиковую папку, протянула солдату. Тот, вытащив из поясной сумки блокнот и шариковую ручку, не спеша просмотрел документы, переписал номера. Поднял взгляд:
– Значит, так. С чужими в диалог не вступать. Молча берете лекарство и идете обратно. Антидот применять можно только под контролем врачей, так что выносите его с собой. На выходе сразу же обратитесь к любому постовому, и вами займутся. Ясно?
Егор сосредоточенно закивал.
Лена подошла к завесе. Попыталась дотронуться до нее, но пальцы свободно прошли сквозь дрожащее сиреневатое марево. Она задержала дыхание – и шагнула вперед. На ту сторону.
Под вечер Черный Лог затянуло густым молочным туманом – невозможно было разглядеть даже траву под ногами. Слышно было, как в рощице хрипло каркают вороны, как где-то внизу бьется в каменном русле безымянная горная речка.
Витьке стало лучше – хотя от звука его хриплого, тяжелого дыхания Лене хотелось плакать. Он наотрез отказался ехать в коляске, и ее – грязную, ненужную – оставили на обочине проселочной дороги.
– Пап, ты говорил, дойдем дотемна, – Витька вдруг остановился. – Мы что, заблудились?
Эта мысль приходила в голову и Лене, но спросить она побоялась.
– Просто мы зайдем в гости, – Егор взъерошил Витькины волосы. Тот дернулся, как от удара.
– К кому? – не поняла Лена.
– Ко мне, дурашки.
Точно, у него ведь раньше была дача. Где-то здесь, рядом с Черным Логом.
– А я и не помню, как мы сюда ездили, – зачем-то сказала она.
–
Это и поселком назвать было сложно. Несколько полусгнивших покосившихся домиков на поросшем травой холме.
– Надо же, даже не разграбили, – Егор тепло улыбнулся, глядя на домишко, и Лена почувствовала что-то вроде ревности: им он так никогда не улыбался. – Девять лет тут не был.
Он ускорил шаг. Ловко переступал через сухие ветки, завалившие дорожку. Двигался быстро и бесшумно, как зверь. А они с Витькой плелись следом.
– Мама не хотела бы, чтобы вы тут побывали. Чтобы вы узнали меня. Но теперь все иначе – спасибо серым! Да-да, вам! – крикнул он в сторону леса. – Что, прячетесь? Что ж, это очень правильно, господа!
– Папа, я пить хочу, – прошептал Витька.
– Пить? – словно бы удивился Егор. – А… в рюкзаке возьми.
Он развел костер. Вынес из дома два раскладных табурета, набросил старую куртку на плечи Витьке. Сел напротив Лены, глядя на нее сквозь огонь.
– Вы, наверное, перепугались там, в городе? Решили, что ваш жалкий тихий папка с катушек съехал? – Он подмигнул Лене. – Неприятный был тип, правда? Но его больше нет, дурашки. Да, в общем-то, и не было. Это я сдуру поверил вашей маме и решил, что с таким отцом вам будет лучше. С таким, которого можно любить, а не бояться.
– А надо бояться?
– Нет, – сухо сказал он. – Вы – мои дети. Вас я бы никогда пальцем не тронул. И она знала! Знала – и все равно сбежала. Увезла вас.
– Ты мог бы к нам приезжать, – вырвалось у Лены. – Или хотя бы звонить. А ты сидел в своем Артемьевске, пока мама не умерла… Эй, ты что?
Егор поднес руку к огню. Язык пламени лизнул ладонь. Он вздрогнул, но не отдернул руку – так и замер, отстраненно глядя на пламя.
– Хватит! – не выдержала Лена.
Он опустил руку. Улыбнулся:
– Доча, это ведь не больно. Знаешь, что больно? Не видеть вас. Не знать, где вы и что с вами. Леночка, думаешь, я бы вас отпустил? Это все она виновата. Отнесла свое проклятое заявление…
– Что за заявление?
– Доча, ты правда хочешь знать? Да? – спросил он странным голосом.
Господи, и зачем только она затеяла этот разговор?
– Мне надо знать, – пробормотала Лена.
Он кивнул. Встал и пошел к дому.
– Лен, – окликнул ее Витька. – Мне страшно.
– Мне тоже.
В голове метались безумные мысли: схватить Витьку на руки – и рвануть к лесу, и спрятаться… Если бы только был хоть один шанс, что отец их не догонит. Это его владения. Его мир, если угодно.
– Если что, беги и не оглядывайся, – прошептала Лена.
– Фиг тебе, – шепнул Витька в ответ.
Егор подошел к ним, сжимая что-то в руке. Тыльная поверхность ладони уже покрылась волдырями.
– А теперь, – тихо и торжественно сказал он, – хочешь узнать, чего она боялась? Вот этого, доча. Смотри.
В ладонь Лены легла какая-то веревочка. Отец просто лучился счастьем – как Витька, нашедший карточку.
– Не страшно, правда? Просто талисман на удачу. Здесь ничего и нет, кроме него. А она боялась.
Лена рассматривала пеструю веревочку на свет. На ощупь та была жесткой, колючей. Такие странные нитки…
– Это волосы? – пискнул Витька.
Тут и она увидела. Темные пряди, переплетенные с крашеными светлыми. Волосинки, щекочущие ладонь. Пальцы сами разжались.
– Осторожнее! – отец подхватил амулет у самой земли.
– Кем они были? – только и спросила Лена.
– Слабыми, – по лицу Егора словно тень пробежала. – Здоровыми, наглыми, молодыми. Но слабыми. А ведь у них был шанс спастись. У каждого из них! Но они не захотели. Или не смогли, что, в общем, одно и то же.
– Так ты убийца, значит? – хрипло спросил Витька.
– Можно и так сказать, – Егор потрепал Витьку по щеке. – Но ты не бойся, старик. Тебе и Леночке я никогда…
Он с изумлением уставился на прокушенную ладонь.
– Не трогай меня! – заорал Витька. – Слышишь, ты?
Он выругался – грязно, неумело, сквозь слезы. И побежал к домику.
– Витя? – Егор растерянно заморгал. – Старик, ты чего?
Дверь с треском ударилась об косяк.
– Он маленький, – нахмурился Егор. – Леночка, доча, но ты ведь – понимаешь?
Она замерла. Зажмурилась, затаила дыхание – в напрасной попытке спрятаться, оказаться далеко отсюда, хоть на секунду…
– Это нелегко принять, – отец вздохнул. – Просто сейчас самое время для откровенности. Ты не бойся, сейчас, если что, у меня с законом все в порядке. Они ведь так и не смогли ничего найти! Продержали меня почти год, дебилы, но так и не насобирали улик на сто пятую. Но им же план надо выполнять, так что закрыли на семь лет по сто одиннадцатой – причинение тяжкого вреда здоровью. Был там один в тюрьме… Сам напросился.