Роман Злотников – Ответный удар (страница 95)

— Держи его на прицеле! — крикнул Лось, стремительно снижаясь.

Предосторожности оказались излишними: когда они с трудом отвалили искореженную переднюю дверцу сбитого глидера и выволокли пилота наружу, тот находился в нокдауне после падения, почти ничего не соображал и не оказал никакого сопротивления. Преследователи быстро запихнули его в свою машину, и Лось тут же увел ее к крышам небоскребов. Пока в кварталах, примыкающих к зданию Хайтауэр-билдинг, им не попалось ни одного полицейского патруля, однако увлекаться безнаказанностью не стоило. Публичное уничтожение муниципальной собственности в форме рекламного щита могло серьезно заинтересовать блюстителей порядка.

— Проблемы? — озабоченно поинтересовался Коготь пять минут спустя, когда понял, что Лось даже не собирается приземляться.

— Нет, показалось… Вдруг решил, что нам сели на «хвост».

— Тогда найди наконец какой-нибудь укромный переулок, и мы в тишине и спокойствии потолкуем с этим типом.

Лось послушно опустил глидер возле пустынного сквера и затонировал стекла.

— Итак, — проговорил Коготь, — вопрос первый и главный. Кто распорядился ликвидировать Глама Саггети?

Пришедший в себя беглец, надежно заблокированный им на заднем сиденье, угрюмо молчал, глядя в потемневшее окно.

Коготь резко, с оттяжкой ударил его по лицу. Мафиозо дернулся.

— Каждый следующий раз будет вдвое больнее, чем в предыдущий, — с нажимом проговорил майор службы безопасности. — Повторить вопрос?..

— Грег, — развернувшийся с водительского сиденья Лось озабоченно постучал пальцем по циферблату наручных часов, — времени вообще нет. Надо возвращаться.

— Пожалуй. — Коготь побарабанил пальцами по подлокотнику, затем полез в карман и достал оттуда небольшую коробочку вроде портсигара. — Вообще-то это на самый крайний случай, — пояснил он, — но похоже, крайний случай как раз наступил.

Он щелкнул замком коробочки и извлек из нее крошечный инъектор. Быстро, не давая пленнику опомниться, всадил ему инъектор в сонную артерию.

— Минута, — сказал он, изо всех сил прижимая задергавшегося мафиозо к спинке кресла. — Не больше.

— Допрос четвертой степени? — криво усмехнулся Лось.

— С применением химических спецсредств, — кивнул Коготь.

Пленник вдруг обмяк, прикрыл глаза, тяжело засопел. Коготь пощелкал пальцами перед его глазами — мафиозо не отреагировал.

— Готов, можно начинать, — прокомментировал майор. — Контрольный вопрос. Эй, слушай меня! — Он похлопал задержанного по щекам, тот испуганно встрепенулся, приоткрыл глаза. — Отвечай на контрольный вопрос. Мастурбируешь часто?

— Каждый день! — отозвался неудавшийся убийца. Хватанул воздуху широко раскрытым ртом, попытался стиснуть зубы, но все-таки добавил: — Иногда по два раза, утром и вечером…

— Действительно готов, — уважительно констатировал Лось. — Вот что наука с людьми делает!

— Итак, — продолжил допрос майор, — отвечай на следующий вопрос, четко и быстро. Кто приказал устранить Глама Саггети? Вопрос ясен?

— Ясен… — страдальчески проскрипел пленник. Коготь отпустил его, но он по-прежнему сидел в неудобной позе, словно его продолжали прижимать к спинке сиденья. — Приказал… Это… — Казалось, ему мучительно не хочется говорить, он яростно борется с собой, но слова прорываются из его глотки помимо воли.

— Не мямли! — прикрикнул Грег.

— Оззи… Оззи Пастор…

— Хоп! — Коготь ткнул пальцем в Лося, но тот уже и без лишних напоминаний поспешно набирал номер босса. — За каким чертом? — Он снова уперся острым взглядом в мафиозо, распятого на спинке заднего сиденья.

— Оззи… хотел стать новым главой клана…

— А ты на кой в это полез, кретин?

— Меня он хотел сделать… новым руководителем… службы безопасности…

— Идиот, — проговорил Лось, нетерпеливо вслушиваясь в гудки вызова. — Ты для него был бы слишком опасен. Он пришил бы тебя сразу после того, как ты со своими придурками пришил бы Глама.

— Я боялся… догадывался… — Циркулирующая в венах бандита сыворотка правды заставляла его воспринимать любую чужую реплику как понуждение к очередной порции откровений. — Но я надеялся… из жадности… а-а-агх-х-х!..

Его лицо внезапно исказилось, словно от сильной боли. Он резко согнулся вперед, стукнувшись лбом о спинку переднего сиденья. Коготь попытался поддержать его, но пленника вырвало, и службист брезгливо отстранился.

— Психоблок, — грустно сказал Лось, наблюдая за агонией бандита. — Причем поставленный каким-то коновалом. Правильный психоблок должен отключать сознание или, как мы видим в данном случае, жизнедеятельность сразу после того, как мозг пациента принимает решение раскрыть запретную информацию. Этот же нам целую поэму прочитал…

— Ты, брат, недооцениваешь возможности современной фармакологии, — заметил Коготь, отпихивая бездыханное тело пленника. — За те годы, что ты хоронил себя заживо в захолустье, медицина здорово продвинулась вперед. Новый препарат правды не только заставляет пациента выкладывать все начистоту, но и серьезно утормаживает психоблок, если таковой установлен.

— Босс! Босс! — закричал Кенни, который наконец связался с нужным абонентом. — С вами все в порядке?

Снаружи вдруг донесся глухой стук, будто в заднюю часть глидера одновременно с силой ударились два тяжелых тупых предмета, и Коготь резко обернулся, пытаясь через поляризованное стекло разглядеть источник шума.

— Босс, слушайте меня очень внимательно! — продолжал Бампер. — Серьезная опасность! Оззи Пастор…

Ослепительное термитное пламя полыхнуло в задней части глидера, заслонив в глазах Кенни всю окружающую вселенную, — и вдруг резко схлопнулось, оставив после себя только непроглядный мрак, невесомость и оглушительное безмолвие.

— Кто это был? — поинтересовалась Джулия. Она, как обычно в таких случаях, стояла за спиной своего мужчины и босса, положив ему ладони на плечи, и время от времени задавала дурацкие бабские вопросы, после которых Глам Саггети вдруг серьезно задумывался и резко менял тактику.

— Кенни Бампер, — сосредоточенно отозвался Глам, не отрываясь от мониторов. Он сразу по уходу хозяина кабинета с головой погрузился в руководство обороной здания, и ему сейчас было не до пустяков. Разумеется, он серьезно поговорит с Джулией, но позже. Позже.

— Что хотел?

— Я толком не понял. Связь была очень плохая. Кажется, он сказал, что Оззи Пастору угрожает какая-то опасность, а потом нас разъединили. Я так и не расслышал как следует.

— Пастор воюет в том крыле здания, где мятежникам удалось вывести из строя все видеоблоки наблюдения. — Джулия с неудовольствием посмотрела на крайние в ряду мониторы — пустые и темные, на которые не транслировалось никакого изображения, только из динамиков прорывался изредка пронзительный визг плазмомета. — Боюсь, там сейчас жарко…

— Ничего, милая, совсем скоро мы и их выбьем, — сосредоточенно сказал Глам.

Глава 13

Казимир Витковский, он же Лось, он же Кенни Бампер, очнулся от резкого, едкого, раздирающего ноздри и легкие запаха. Он пошевелился, попытался приподняться, опираясь на руки, однако выяснилось, что его запястья крепко стянуты за спиной пластиковыми наручниками. Тогда Лось поднялся на колени, опираясь лопатками о стену. Голова раскалывалась от контузии, перед глазами плавали черные точки. Повертев головой, он выяснил, что находится в глубоком металлическом резервуаре метров пяти в диаметре. Края колодца маячили на недостижимой высоте, еще выше виднелся грязно-серый потолок с сырыми разводами и кругами плесени. На полу было по щиколотку густой зеленоватой слякоти, в которой он успел перемазаться с головы до ног, пока барахтался. Слякоть издавала омерзительную химическую вонь, от которой слезились глаза. Рядом валялся без сознания майор Артемов, он же Коготь, он же Грег Челюсть, его руки тоже были скованы за спиной, лицо оказалось исцарапано осколками глидерного стекла, под носом запеклась кровь.

— Грег! — тихонько позвал Казимир. — Грег, очнись!..

С трудом протащив связанные руки под собой так, что они оказались впереди, он принялся точечно воздействовать ногтем большого пальца на активные точки на лице Артемова, чтобы привести напарника в чувство. Майор Второго управления затряс головой, скривился и открыл глаза.

— Ну и разит, — первым делом проговорил он.

Лось помог ему сесть возле стены и тоже переместить руки из-за спины вперед.

— Ну да, некоторое амбре, — согласился он. — Топливо. Глидерное. Было когда-то. Пся крев! Долго мы тут не протянем.

Артемов задрал голову, разглядывая края ловчей ямы, в которой они оказались.

— Значит, будем выбираться, — деловито произнес он. — Ты массивнее меня, будешь снизу.

— Я уже понял.

Витковский встал возле стены, упершись в нее ладонями. Оскальзываясь, Артемов быстро вскарабкался по его могучей спине, наступил перепачканными в вонючей слизи ботинками ему на плечи и пожаловался:

— Низковато! Давай на вытянутые руки.

Лось подсунул сцепленные вместе ладони под одну из подошв напарника, с натугой начал выжимать его вверх: тот тоже весил прилично. Артемов мучительно тянулся к краю резервуара.

— Еще немного! — прошипел он.

— Все, максимум, — придушенно ответил Казимир. — Руки у меня не телескопические.

— Черт! — Приподнявшись на цыпочки, майор снова отчаянно потянулся к краю. — Сантиметров двадцать всего не хватает! — Он длинно и замысловато выругался, потом замолк, что-то прикидывая. — Знаешь что? — произнес он после паузы. — Попробуй толкнуть меня вверх.