Роман Злотников – Хочешь мира… (страница 26)
— И что же в этом хорошего? — удивился Тищенко. — Денег нет, покупать товары им не на что… Да и населения, как я понимаю, немного?
— Позвольте, Олег Викторович, я расскажу вам одну притчу! — первым ответил Семецкий. — Два коммивояжера от обувной компании по очереди попали на остров в океане. Один сбежал в первый же вечер и рассказал, что делать там нечего, все ходят босиком, на обувь спроса нет! А второй тут же радировал: «Тут все ходят босиком! Срочно шлите два парохода с обувью! Перспективы колоссальные!!!»
Все посмеялись, даже те, кто эту притчу давно знал. Причём не из вежливости! Уж так умел Семецкий рассказывать анекдоты и травить байки!
— Убедим мы их! — резюмировал Семецкий. — Будут растить и продавать нам коней, сдавать молоко на молокозаводы, баранину на производство консервов, шерсть и кожу… А наши там понастроят железных дорог, обводнят часть пустынь и будут взамен везти им рис и перловку для плова, табак, чай, лекарства, сахар и сладости… вырастят на месте морковку и прочие овощи… И продадут множество галош, дождевиков и топлива.
— Именно так! Им, чтобы стать богаче, не хватает хорошего сбыта, дешевых товаров и хороших поливных земель. А мы им поможем это преодолеть! Уж что-что, а железные дороги строить и организовывать полив наш Холдинг хорошо научился!
Семецкий довольно заулыбался, Тищенко даже коротко хохотнул. Остальные тоже довольно закивали! Как говорится, «сам себя не похвалишь…» Но ведь чистая правда, что приятно!
— И в результате, что характерно, не только мы денег наживём, но и они станут жить лучше! — подвёл итоги я. — с врачами, школами для детей, с полноценным питанием… И пусть не зажиточно, но существенно богаче, чем раньше!
И переключился на «сладкую парочку» одесситов:
— Только вот не пойму я, почему вы оба от такой сладкой полянки раньше времени сбежали?
Рабинович крякнул смущенно, подумал, и сформулировал ответ:
— Мы там Николая Ивановича встретили.
— Что⁈ — почти хором вскричали мы с Семецким. — Он же по Турции специалист! Что ему там-то делать?
— Вот и мы удивились! Только… Вы же знаете, наверное, туда вместе с российскими частями и иностранные волонтёры зашли! Так вот они почти все из ведомства Николая Ивановича были!
Семецкий исподлобья зыркнул на слишком разговорившегося одессита, но промолчал. И даже сделал неопределённый жест рукой, мол, чего уж там, продолжай.
— В какой-то момент, говорят, китайцы ухитрились троих таких волонтёров в плен взять. Начали допрос, интересуются личностью и гражданством. Первый и отвечает: «Ангел Хилко́в, подданный Османской империи!» И паспорт показывает. Они ко второму! Оказалось — «Армен Акопян. Подданный Османской империи». И тоже паспорт турецкий суёт. А третий в ответ спросил: «Я-таки сильно извиняюсь, но ви с какой целью интересуетесь?» И у него тоже турецкий паспорт нашли. Ну, китайцы рукой махнули, и направили этих неожиданных иностранцев к начальству в тыл. Дескать, сами решайте, что с ними, такими красивыми делать!
— И что? — весело поинтересовался я.
— Так не доехали! — всплеснув руками ответил Марк. — Перехватил кто-то!
Я глянул на Семецкого. Ага, поня-я-ятно!
— Нам Николай Иванович, понятное дело, ничего не сказал. Не положено! А вот штабс-капитана Алексея Ухтомского командиры этих волонтеров тихо предупредили, что им велено тут дела сворачивать да в Одессу выдвигаться. Вот мы и рассудили: человек, всю жизнь поддерживающий борьбу с османским игом, вдруг требует, чтобы обученные передовым навыкам военного дела армяне, греки, болгары и наши соплеменники к середине лета собрались в Одессе. А при этом Турция уже воюет с Италией. Вернее, защищается от неё.
Ну да, снова понятно. Самое время кому-то из соседей попробовать освободить ещё немного земель, давно и плотно оккупируемых турками. И такие добровольцы точно на этой войне пригодятся.
— Интересно, кто ещё нападёт на турок? Болгары? Сербы? Черногорцы? Или греки? — поинтересовался я вслух.
— Скорее всего, это будет союз! Может быть даже, что общий! — тихо ответил мой тёзка. — Все вы видели карту.
Это да, карту я видел. И офигел. Было от чего! Вы тоже офигели бы! Ничего привычного!
От Стамбула к западу до самого Эгейского моря тянулся узкий «турецкий рукав», занимающий современные мне Албанию, Македонию и ещё часть земель. К югу от этой «кишки» была Греция, а с севера — Черногория, Сербия и Болгария. Да сама география говорила, что если ударить, как следует, да всем вместе, то у турок земли в Европе существенно поубавится! А может, что и вообще не останется, включая столицу. Греки-то много веков мечтали освободить Константинополь!
— Интересно, соответствующий союз уже оформлен? — спросил я, не обращаясь ни к кому конкретно. — Или наш общий друг узнал обо всём загодя?
Но тут все отмолчались. И Юрий коротко пожал плечами. Понятно, никто не знает[40].
— Я-таки думаю, что эта война делает для всех для нас, тут присутствующих, большие и интересные перспективы! — твёрдо сказал Полтора жида.
— Для того и готовились! — тут же ответил Семецкий. — Нам есть, что обкатать. Лёгкие пулемёты сами по себе поменяют тактику. А есть еще броневики, тягачи, самозарядная винтовка Токарева[41]! Опять же самолёты. Да и у противника, в отличие от Японской войны, тоже будут и миномёты, и гранаты, ручные и винтовочные. Надо опыта набираться!
Я оглядел присутствующих. У всех в глазах горел азарт. Наши финансисты рассчитывали прилично нажиться на войне, кредитуя и поставляя всё, что нужно.
А Семецкий с отсутствующим здесь Клембовским просто жаждали обкатать новую тактику, оборудование и вооружение. Уже с учетом опыта поддержки национально-освободительных движений бывших китайских провинций. И собрать статистику современной войны.
Наверняка, и Алексей Ухтомский, брат моей Натали, попросится. Он давно бредит идей «сменить простого коня на железного»! А тут целый бронеотряд на обкатку отправим! И снова — «с учётом опыта».
И Артём Рябоконь просто как создан чтобы стать в том отряде зампотехом. Хоть тут пока и слова-то такого нет. Но он уже пару лет, как по военному ведомству числится, и с сыном Менделеева разные заготовки под бронетехнику обкатывает. Так что в армию его легко оформят и меня даже не спросят!
И молодой Артузов, троюродный брат Кирилла Бенедиктовича, тоже недаром у нас тренируется бомбы с самолётов бросать. Станет первым «комэска»!
Ну да, бомбы! Причём, что меня крайне удивило, идею выдвинул не я! Я-то был заинтересован впервые применить их только в ходе Первой Мировой. Причём сразу массово применить! Всё, что я читал о войне, говорило о том. что настоящий эффект именно так и получается — при неожиданном для противника и массированном применении. Ну и опыт бизнеса говорил о том же — больше всего заработаешь, пока у тебя монополия. И сразу массово открыв продажи!
Причём я ведь был уверен, что боевое применение авиации началось только в ходе Первой Мировой. Может, в моей истории так и было, но тут подгадили итальянцы, напавшие на Турцию. Они ещё прошлой осенью и воздушную разведку провели, и первую бомбардировку с самолётов[42]. А уже в декабре мой покровитель и Шеф авиации Великий Князь Александр Михайлович, он же — Сандро, потребовал от меня приспособить самолеты для разведки и бомбардировки.
Чёрт, и ведь не удержишь их! Да я и не собираюсь. К войне готовятся в первую очередь именно так — набираясь опыта. Я ещё и медиков пошлю — хирургов, анестезиологов, специалистов по переливанию крови. И поручу статистики ранений собирать, а также смертей от ран, исцелений полных и частичных и тому подобное.
Опять же радистов пошлём на тренировку и шифровальщиков с «Энигмами». Чёрт, надо будет с Ксанкой переговорить, сколько человек она сможет выделить? Ведь у неё девчонки в основном, а женщинам на войне не место!
— Ну, некого мне вам отдать, Юрий Анатольевич! — ныла Ксанка. — Сами знаете, у меня всё больше девчонки, да и штат не такой уж большой. И заняты они по самую маковку! А вы парней просите! Да ещё четверых!
— Именно так. По одному в отряд у болгар, сербов и греков. Плюс один при штабе. А в идеале еще один к черногорцам нужен.
— Софья Карловна, вы же в курсе! Скажите им! У меня в шифровальном отделе только Сеня служит! Но он и молод ещё, и по здоровью к службе не пригоден!
Госпожа Гребеневич ответила сумрачным взором, будто сама была недовольна тем, что сейчас скажет.
— А в подотделе расшифровки? Там у тебя трое выпускников да один студент старших курсов!
— Что⁈ — буквально взвыла Рябоконь. — А работать дальше кто будет? Именно эти четверо главную работу делают! Если их отдать, то всего три девчонки останутся. Старательные, конечно… Но там же и ум особый нужен! И знание языков! И что, мне потом план давать прикажете⁈
— Тебе это будет затруднительно! — улыбнулась моя «половинка». — Рожать когда?
— В августе готовимся. А там как Бог даст! — всё ещё не переключившись, угрюмо пробормотала начальница шифровального отдела. — Да не в том дело. Я и сама не потяну! Там чутьё нужно иметь. И языки знать! А я только немецким и русским на нужном уровне владею.
— Значит так! — решительно сказал я. — Прекращаем дискуссию! Софья Карловна! Найдите ей в отдел хотя бы ещё одного головастого студента. И троих девчонок. Чтобы было кому работать.