Роман Злотников – Американец. Хочешь мира… (страница 40)
'… Проблема была в том, что и я был прав. Мои ресурсы были ограничены. Даже денежные, хоть с ними было лучше всего. Но больше всего мне не хватало людей. Особенно тех, кто умел организовать. Хоть что-то. И особенно мало у нас было заводских мощностей, годных для производства оружия.
Думал я перенести производство в Швейцарию, в город Эрликон. Но там производство будет не моё. Да и в ходе войны из Швейцарии пулемёты возить трудно. И сырьё туда. То же касалось и Бельгии, Швеции, Дании, Голландии. Их легко могли захватить или блокировать. Немцы или союзники, всё равно! Те же англичане или французы тупо заберут пулеметы себе! А то и вообще, вывезут всё оборудование в метрополию.
Штаты? Тут всё хорошо! И управляющий тут имеется, и станки заказать несложно, и рабочие найдутся. Вот только… Семецкий говорил про «пару пулемётов на роту». При тогдашней численности пехотной роты получался один пулемёт на сотню пехотинцев. Для пятимиллионной пехоты — уже пятьдесят тысяч. А ведь будут потери, поломки… И на самолёты с броневиками такие пулемёты пригодятся. И союзникам, и новым соседям, и тем же китайцам, когда у них обида пройдёт. Это счёт на десятки тысяч пулемётов, а может, что и за сотню тысяч перевалит. Нет уж, эту прибыль я американцам не отдам!
В итоге решили просто — сначала завод создаётся в САСШ, здесь стажируются наши рабочие и инженеры, а потом завод «почкуется». Одна половина остаётся в Штатах для полковника, а вторая перебирается в Россию, для нас. Я не я буду, если не сумею с неё снять в разы больше, чем полковник!'
— Алексей, к тебе гости! Впустить?
Неожиданная реплика домашнего компа заставила Воронцова вздрогнуть. Что, уже шесть вечера⁈ Ну да, прибыли работники компании, помогающие в организации праздников. Всё же его студия, просторная для одного человека, с трудом может вместить два десятка, которые он позвал на традиционный мальчишник. А эти и лишнюю мебель вынесут на время, и столы со стульями расставят. Да и вообще принесут всё нужное для праздника — посуду, еду, выпивку, музыкальный центр с особо чистой акустикой…
— Впускай!
Так, а вот мемуары предка надо пока в сейф спрятать, от греха подальше. Странно, свободная неделя оказалась набита кучей мелких забот, так что прочесть он не успел. И за завтра тоже не успеет — в обед родители прилетают из Штатов с кучей родни. Вроде бы, даже тётя Мэри может приехать, хотя она вряд ли завтра. Миссис Воронцова, урождённая Мэри Морган слишком занята для разных глупостей. Но всё равно — немного обидно. Ведь дальше свадьба, потом медовый месяц, и в результате мемуары предка могут ждать невесть сколько. А ему уже не терпелось «узнать всё»!
Так, семейная тайна теперь в надёжно запертом сейфе, пора заниматься делами!
Коля Финн вбежал по трапу нашего лайнера минут за пятнадцать до отправления. На все наши упрёки, легко отмахнулся, а потом похвастался:
— Зато я за три часа договорился на поставку сюда наших пикапов! Четыре сотни штук в течении года!
Ну, вот и что с ним прикажете делать⁈ Пикапы у нас делали на базе «бусиков», благо нашлось немало торговцев и мелких предпринимателей, которым вполне себе пригодилась бы машинка, способная везти три четверти габаритного груза в городской черте и стоящая при этом втрое дешевле «нормального» грузовика. А пикапом её уже местные обозвали! От английского «pick-up» — то есть поднимать, подвозить.
— А с бразильцами что?
— Договорились, разумеется. Они калийные удобрения и раньше пробовали, но дороговато выходило. А теперь, раз мы им цену немного скинем, то они с дорогой душой!
А почему бы нам и не скинуть? После того, как по моим воспоминаниям удалось найти и калийные месторождения в бассейне реки Случь, ситуация резко изменилась. Уже со следующего года сначала Белоруссия, а потом и часть Украины, Прибалтика, Венгрия и польские земли начнут переходить на «местное» снабжение. В результате этого часть уральских удобрений надо было перераспределять. Вот и дошла очередь до Бразилии.
По нитратам мы тут чилийцев переплюнуть никак не могли, по фосфору проще было снабжать их с островов, которые передавали мне французы. А калий… Калий пока оставался почти исключительно российской монополией. Немцы едва-едва снабжали себя и Австро-Венгрию со Швейцарией. Между тем Николай продолжал:
— Там ведь основной импортный товар — сахар и кофе. Удобрения и у них урожайность повышают. Я местным экспертам расчёты заказал — вышло, что бразильцы могут вернуться к старой цене «пятицентового кофе», но при этом прибыли получать даже больше, чем сейчас. Им понравилось!
Ещё бы им не понравилось! Недавно у них со Штатами такой скандал был, чуть до войны не дошло! Те ведь — крупнейший покупатель бразильского кофе. И одна из их маркетинговых «фишек» — «чашка кофе за пять центов». Типа, стандартную чашку американского кофе можно, не спрашивая цены, взять в любом месте — на заправке, в аптеке, на железнодорожном вокзале или даже в уличном киоске — она везде пять центов.
И вдруг бразильцы берут и повышают цену. И в пять центов за чашку уже не уложиться. Американцы попробовали надавить и на время прекратили закупки кофе. Мол, куда вы денетесь, основной покупатель всё равно мы⁈ Но бразильцы молча пожали плечами и на той же земле начали выращивать сахарный тростник. Это было выгоднее, чем выращивать кофе и продавать по старой цене.
Тогда дело дошло до обсуждения в Конгрессе, заговорили о посылке американского Флота к бразильским берегам, но — что-то не срослось. И тут мы! С таким роскошным предложением[2].
— Опять же сахар, там тоже удобрения нужны. Они не то, чтобы повышали урожайность, но увеличивают срок эксплуатации поля.
Это тоже понятно! Сахарный тростник — одна из самых производительных сельскохозяйственных культур в мире! Если не самая! А значит, истощает почву. Если вносить удобрения в нужных количествах, поле проработает дольше.
— Ну и вообще. У них полно полей, где можно по два урожая в год снимать, но от этого земля быстро истощалась. А с удобрениями — можно!
— Да ты не тарахти! Что им интересно, я уже понял. И что ты договорился — тоже. Только вот что они нам взамен дадут? Золото, свои реалы или доллары?
— Товары. Тот же кофе, натуральный каучук, который всё равно в некоторых вопросах незаменим, поставки говядины и тростникового сахара для наших Торговых домов в Европе…
— А цены? Не получится, как с теми американцами?
— А я на формулу цены договорился, как меня Наталья Дмитриевна научила. Если растёт цена хоть одного из поставляемого ими товаров, сразу же поднимается и цена на наши удобрения. Так что нам, по большому счету, без разницы, что они с ценой сделают. Товара мы примерно одно и то же количество получим.
— Вот это молодец! — хлопнул я его по плечу. — Хвалю!
Он только пожал плечами, мол, а чего ж вы ждали? Ну да, если кто от скромности и не умрёт, то это Финн!
— Ну а оттуда я быстренько до Колона доплыл, потом на поезд и через несколько часов уже в столице Панамы[3]. Потом быстренько сюда. Приплыли утром, я и думаю, чего время зря терять? И поехал про пикапы договариваться!
Проснулся Алексей снова без будильника. И вдруг осознал, что уже достаточно бодр, чтобы снова почитать историю Американца. Странно, вроде выпили вчера немало, и веселились почти до полуночи. Потом пришлось ещё дожидаться, пока сотрудники всё той же компании привели унесли всё принесенное ими, вернули хозяйскую мебель на место и привели помещение в порядок. Особенно умилило Алексея, что ему даже помогли застелить постель и поставили рядом с кроватью большую бутылку с водой, стакан и средство от похмелья. Профессионалы, чёрт побери! Приятно иметь дело. Разумеется, он не поскупился на чаевые. По недавно возникшей традиции — только в золотых и серебряных монетах, что вызвало у него не одно воспоминание из истории предка.
Так, теперь сварить себе кофе покрепче, достать из холодильника пару бутербродов и можно продолжить чтение.
Пока автомат заваривал кофе, молодой человек снова удивился. Ведь на мальчишник он звал самых близких — друзей детства и отрочества, приятелей по Физтеху, пару коллег из наиболее близких… И сходился он только по принципу «человек должен быть интересен и приятен», но поди ж ты! Среди друзей и приятелей оказались Ваня Менделеев-Горобец и Костя Тищенко, Даня Гребеневич и Влад Сикорский, Саня Бари и Олег Рябоконь. Ну и разумеется, великолепный Юрий Семецкий «сын земли Кашгарской».
Хотя как именно он сошелся с Семецким, Лёша и сам бы объяснить не смог. Просто отдыхали как-то семьёй на Крите, играли в пляжный волейбол, он и оказался в паре с этим мальчишкой. Ох и дали они тогда жару! Играли «на вынос», и пять кругов их пара продержалась. Пока противниками не оказались две симпатичные девчонки. Тогда уж, конечно, пришлось проиграть!
Ну что же, кофе готов, впереди есть около трёх часов часов… Не стоит терять времени!
Примечания и сноски к главе 20: