Роман Васин – Вернувшийся (страница 45)
– За мной!
Гном действительно побежал, выбрав в качестве маршрута самый дальний тоннель.
Землянин, рассчитывающий за неспешным завтраком расспросить, наконец, все подробности и самого путешествия, и вражды между близнецами, зло сплюнул, и пустился догонять коротышку. Позади послышался топот тролля, не пожелавшего оставаться в одиночестве.
Бежали долго, и быстро. Темп, заданный Хардоном, напоминал тот, что был применён при улепётывании от сектантов. Когда Макар уставал так, что ноги подкашивались, его тащил на плече Вэн-Вэй. Минуты отдыха, когда гном обезвреживал очередную ловушку своих предков, пролетали со скоростью стрелы эльфа.
Даже тролль в конце концов взмолился, требуя отдых.
– Двадцать минут вам, – сжалился гном.
Остановились в каком-то небольшом зале, ярко освещённом системой зеркал. Пока Хардон набирал воду из небольшого фонтанчика, бившего из стены, Макар развалился на каменной лавке.
– О, а она тёплая! – заметил спустя пару минут.
– А что ты хотел? Руны, они такие, работают вечно, – философски заметил Вэн-Вэй, выковыривая застрявший между зубами кусок мяса. Если учесть, что сегодня позавтракать так и не удалось, мясо было вчерашним.
Землянин скривился, и, чтобы отвлечься, принялся искать нанесённые на лавку руны. Нашёл с торца целых четыре штуки. Они оказались не нарисованы краской, как он ожидал, а выдолблены прямо в камне. «Охота же было возиться», – подумал Макар, отмечая краем сознания филигранную работу мастера. Чёткие, одинаковой ширины лини не имели ни одного скола.
Провёл пальцем по ложбинке первой руны. Канавка, где скользнул палец землянина окрасилась бордовым цветом. Макар отдёрнул руку, и покосился на друзей. Гном всё ещё торчал у фонтанчика, тролль глубокомысленно ковырялся в зубах, глядя в другую сторону.
Землянин глянул на лавку. Цвет пропал, вернув руну в первозданный вид.
«Показалось?» – мелькнула надежда.
С опаской вновь коснулся пальцем ложбинки. Ничего. Облегчённо выдохнул, и двинул по руне. Канавка начала светиться. Макар стоически проследовал по всем изгибам, и лишь после этого отдёрнул руку. Вытер выступивший от напряжения пот со лба.
Бордовый цвет в руне заклубился, покрылся белёсым налётом, и выплыл из камня, сохраняя свою первоначальную форму. Повисела пару секунд, словно ожидая от создателя какого-либо действия и, не дождавшись, поплыла к землянину.
Со стороны фонтанчика послышалось перезвякивание упавшей на каменный пол фляги.
– Чего делать-то? – прошептал Макар, неотрывно наблюдая за приближением клубящейся руны.
– Я бы убёг! – признался тролль.
Землянин дёрнулся, но не успел. Кажущаяся медлительной руна вдруг мгновенно приблизилась и, коснувшись, головы, растаяла.
– Ну вот опять! – Макар обречённо присел на лавку. – Хардон, ну ты же многое знаешь! Что происходит?
– Ты Вернувшийся, тебе и разбираться! – Гном подобрал упавшую фляжку, и принялся вновь её наполнять. – И нечего отмахиваться от этого. Даже Вэн-Вэю уже понятно, что ты не просто иномирянин, коих полно на островах Короны, а из другого теста.
– Так, а делать-то что?
– У нас ещё пятнадцать минут отдыха, – Хардон пожал плечами, и развалился на соседней лавке. – Я спать, а ты можешь экспериментировать.
Тролль сел прямо на пол и тоже, казалось, потерял интерес к теме рунистики.
Макар почесал затылок, и решительно обвёл пальцем ту же руну. Вновь бардовое сияние в форме обведённого символа отделилось от камня, но дальше всё пошло иначе. Руна повисела в воздухе секунд пятнадцать, и растаяла.
Землянин повторил попытку. Результат прежний – бардовый символ истаял в воздухе через пятнадцать секунд. Макар хмыкнул и, подумав, провёл пальцем по канавкам следующего узора.
Теперь всё пошло, как в первый раз – руна из бордового облачка, повисев пару секунд, коснулась головы землянина, и истаяла.
– Всё чудесатее и чудесатее, – Макар покосился на гнома, старательно делающего вид, что спит. – А что эти руны означают вообще?
Гном не шелохнулся. Вэн-Вэй подошёл, пошевелил губами, всматриваясь в четыре значка, наконец, ткнул пальцем во второй по счёту.
– Этот точно означает огонь.
– А остальные?
Тролль пожал плечами, и потерял интерес к беседе.
Макар вытащил из мешка найденные в хибарке в горах плашки. Быстро перебрал их, и нашёл ту, на которой изображена руна и рисунок с пламенем. Сравнил с той, что была высечена в камне скамейки. Руны были совсем разные, ни одного общего завитка.
– Чёрт! – землянин озадаченно поскрёб заросший уже приличной щетиной подбородок. – А ну ка…
И провёл пальцем по рисунку на дощечке. Руна заклубилась, и проделала уже знакомый Макару путь от рисунка до его головы. Чего-то подобного он ожидал, а потому выказывать свои эмоции бурными «ахами» и «охами» не стал.
Покосился на гнома. Приоткрытый левый глаз коротышки сразу схлопнулся. Макар усмехнулся, и принялся водить по рунам всех плашек. Первой после огня попалась та, на которой была изображена снежинка. Руна привычно материализовалась воздухе и растаяла, коснувшись головы. Затем настала очередь плашки с изображением капли, зелёного листка, птицы, облака и камня.
Макар интуитивно выбирал те, рисунки которых читались однозначно. Под конец остались деревяшки с чем-то странным. На одной было нарисовано две ступни. Что они могли означать? Шаг? Движение?
С «впитыванием» рунической информации неоднозначной плашки проблем не возникло – всё прошло штатно.
Осталось две. Одна, с какими-то завитушками, могла означать как ветер так и рябь на воде. На последней была просто жёлтая полоса. Что это? Дорога? Луч? Просто обозначение жёлтого цвета?
Разболелась голова, но Макар решил довести начатое дело до конца. Ведь оставались ещё две руны на скамейке, да и значение первой не мешало бы узнать.
– Хардон, нужна помощь!
Никакой реакции.
– Я знаю, что ты не спишь! Скажи мне, что означают эти руны на скамейке?
– Я не хочу иметь дело с незнакомой мне магией! – отрезал гном, не открывая глаз.
– А при чём здесь незнакомая магия? – опешил землянин. – Я же тебя спрашиваю про ваши, гномьи руны, нанесённые на лавку.
– Наши руны понятны, – буркнул гном, и принял всё же сидячее положение, – но то, что ты с ними делаешь, мне не знакомо, а потому не нравится!
– Ну скорее это они со мной что-то делают, а не я с ними, – заспорил Макар, но вспомнив о логике коротышки лишь махнул рукой, – ну скажи, трудно что ли?
– Вторую Вэн-Вэй тебе верно назвал. Это руна огня, а если быть точным, то руна «Омн».
– Почему «Омн»?
– Потому что так она нас слушается, – пояснил Хардон, но видя непонимающее лицо иномирянина, счёл нужным добавить. – Нас так учили.
– Ну ладно, «Омн» и «Омн»…, а остальные?
– Первая, это руна «Зыч». Её ставят перед словом, которое не нужно понимать буквально. Третья – «Сэт», означает сдерживание, ограничение. Ну, и последняя – «Тай», хранение.
– И почему так? Хотя постой, дай сам догадаюсь! – принялся рассуждать Макар. – Огонь, но не буквально… Жар? Допустим. Сдерживаемый жар, ага… это у нас получается тепло. Ну и хранение. Не понял, лавочка хранит тепло?
– Не лавочка хранит тепло, – снисходительно поправил гном, – а тепло в лавочке хранится, то есть навсегда.
– А в целом то всё верно? Почти гений, да? – тролль удивлённо переводил взгляд с человека на гнома и обратно.
– Да ладно, пустяки, – засмущался Макар.
– Ну, я вот, к примеру, так разбирать их рунистику не умею.
– Так, засиделись вы, я посмотрю! – помрачнел Хардон. – Руки в ноги и бегом!
Он мгновенно закинул свой мешок за спину, схватил прислонённую к стене секиру и никого не дожидаясь, метнулся из комнаты отдыха.
«Психолога бы тебе», – злясь на какие-то неуместные смены настроения у гнома, Макар принялся спешно спихивать в свой рюкзак разбросанные по полу плашки с рунами.
– Догоняй, – Вэн-Вэй убежал вторым.
Макар, матерясь, кинулся следом. Шагов через десять вспомнил о посохе, небрежно закинутом под лавку. Вернулся. Задержка вышла боком – друзей в поле зрения не было, лишь топот да сопение тролля примерно давало хоть какие-то ориентиры. Припустил на звук что есть силы, однако как ни старался, увидеть спины бегущей парочки не удалось. Землянин постарался надбавить, но сделал только хуже – дыхалка не справлялась.
Да ещё и зеркала, освещающие тоннель начали редеть. В конце концов, пришлось сбавить темп, чтобы не наткнуться на что-нибудь ненароком в темноте.
Апофеозом стала развилка. Туннель раздваивался и уходил в разных направлениях. Топот Вэн-Вэя всё ещё был слышен, и исходил, как показалось Макару, из левого ответвления. Однако стоило пробежать по нему метров пятьдесят, как всякий звук исчез.
Макар недоверчиво остановился, прислушиваясь. Ведь вот только ещё прекрасно было слышно, как топает серокожий гигант, и вдруг тишина. Опрометью бросился обратно. Пулей донёсся до развилки, замер. Есть звук! Но доносится он из правого рукава. Как он мог так ошибиться?