Роман Титов – Призма тишины (страница 54)
Если, конечно, помочь.
И тот и другая парили неподалеку. Их немного размытые силуэты, обрамленные светом собственных нашлемных фонарей, сами выглядели сущими призраками. Удивляли разве что плазменные горелки, которыми парочка поочередно орудовала, то сгибаясь над распахнутым гробом, то разгибаясь. Они что-то творили с содержимым саркофага, отчего сам я испытал прилив веры в то, что еще не все потеряно.
– Ха! Думаешь, возня твоих дружков поможет?
Хватка на горле сделалась крепче, но я, невзирая на боль, все же сумел пропыхтеть:
– Ты ничто без своей оболочки! А именно ее они и уничтожают! Тебе конец, Паяц!
В мозгу как будто ворвалась петарда, а внутренности шлема затопило громогласным хохотом.
– Наивный дуралей! Твои приятели-тугодумы слишком поздно спохватились. Я уже часть тебя, и никуда уже из этой симпатичной коробочки, которую ты называешь головой, не денусь. Хоть весь этот склеп в пыль разнеси! Ха-ха-ха! Ты думал, столкнулся с затрапезным фантомом? Думал, развеешь моим кости по ветру и на этом конец? После всего, что с такой любезностью открыл мне? Знай же, Сет Эпине, что пока ты ковырялся в моих воспоминаниях, я изучал твои! Я видел все, что ты пережил! Каждый позор, каждое падение, каждый триумф и каждую удачу. Я знаю тебя лучше, чем ты сам. И я знаю, чего хочу от нашего с тобой слияния.
Искорка интереса, промелькнувшая в глубине моего сознания, заставила призрак разразиться новой порцией смеха. Такого же неровного, как корональные выбросы на поверхности звезд. Такого же безумного и неудержимого.
– Поначалу я думал, что наше с тобой единение останется лишь приятным дополнением к моей новой жизни, но ты и вообразить не можешь, на какую жемчужину я наткнулся, переворачивая тонны твоего ментального мусора! Твоя наставница и ее изобретение! Ее Обсерватория! Ха-ха-ха! Я и представить не мог, что на мою голову обрушиться такое счастье! Века и века мучительного ожидания того стоили! О, да! Жирный иланианец хотел с моей помощью прокопать себе путь к величию. Безмозглый кретин думал, будто меня всерьез заинтересует эта подковерная возня. Но не будь я Безымянный Паяц, если б не умел видеть дальше всех. Старина Ри Шенг и ты показали мне, чего на самом деле стоят нынешние лейры. Немногого, если интересно. Пришла пора с этим кончать. Пришла пора вывести Адис Лейр из тьмы, в которую Орден угодил с подачи недальновидных руководителей. Пришла пора измениться. И именно я стану тем, кто положит этому начало. Я вырву гниль, что пожирает нынешних лейров. Я уничтожу всех, кого ты хоть когда-либо считал своими братьями и сестрами! Я разрушу стены Адис Лейр до основания и на обломках их крепости возведу новую! Еще более могучую! Ту, что маяком на всю Галактику возвестит о возвращении лейров и их времени править!
Кое-как утрамбовав в голове смысл этого безудержного словесного потока, я выдавил:
– Ты не сможешь убить всех лейров в одиночку. Никто не сможет!
Ответом мне был ледяной смешок.
– Никто? Ты в этом так уверен? А как же твоя наставница, Сет Эпине? Как же твоя великая Бавкида?
Такой вопрос просто не мог не застать врасплох. И Паяц, похоже, рассчитывал именно на это.
– А-а, – протянул он, – у тебя на руках все ключи, но ты не можешь придать им форму, да? Столько времени провел на борту, но так и не понял сути. Столь верен своему ученическому кредо, что даже не попытался выйти за рамки и не ждать ответов, но получить их самостоятельно. Что ж, в качестве одолжения и прощального салюта, я расскажу тебе, зачем твоя несравненная наставница построила монструозное кольцо и назвала его Обсерваторией.
Я бы сглотнул, если б в горле осталась хоть капля слюны.
– Причина проста, – сказал он. – Все дело в зависти. В этом простом и знакомом любому разумнику чувстве. Часто оно гложет тех, кто не способен спокойно смотреть на благополучие другого. Могущество лейров – их же слабость. Несмотря на годы тренировок и муштры, несмотря на обеты и правила, повелители Теней сильнее прочих во всей Галактике подвержены именно зависти. Их угнетает, что на свете может появиться кто-то куда более талантливый, кто-то куда более способный, кто-то, кто превзойдет тех, кто у руля и отправит их на свалку истории. Понимаешь, к чему я?
Легче было признаться, что нисколько.
Паяц считал ответ с моего мысленного фона и продолжил:
– Власти никогда не бывает достаточно. Тот, кто способен силой мысли сдвинуть паатовый лист через несколько дней захочет поднять в воздух дом. Тот, кто развил в себе навык зажигать лучину, не касаясь ее, через неделю возжелает силы спалить город лишь по мановению собственной руки. Тот, кому дано управлять мыслями одного разумника, через месяц будет жаждать подчинить себе целое племя! Та, которая сочла, что достигла пика, до коего не добирался прежде ни один, теперь считает, будто готова к новым свершениям. Новым возможностям. Новым знаниям, что лежат за границей обозримой реальности. Обсерватория Бавкиды – не станция, чтобы наблюдать за звездами. Обсерватория – замо́к, что способен распахнуть врата к новым и доселе непознанным чудесам. И, разумеется, новым ступеням могущества и власти.
– С чего ты взял, что это правда? Ты ничего не знаешь ни о Бавкиде, ни о ее работе!
Паяц снова рассмеялся, и, сдается мне, потому что я не сумел скрыть сомнения, без спросу просочившиеся в мысли.
– Ты наивный дурачок, Сет Эпине. Столь же простодушный, как и твой почивший Навигатор, считавший, будто одного его статуса главы достаточно, чтобы остановить Бавкиду. Нет, дружок. Твоя наставница неподражаема и мудрость ее действительно велика. И вот именно эту ее мудрость я собираюсь использовать, чтобы Адис Лейр переродились.
Меня обдало диким холодом. Но прежде чем я успел хоть как-то осознать его значение, все мысли и желания рассеялись, а на их месте, будто два героя, сумевшие пережить нечеловеческую резню, остались два слова: это конец!
«Сопли подотри, чипушила!»
Я не поверил, когда услышал это. Где-то на дне затрепетал слабенький огонек надежды.
– Ра?!
«Чему ты так дивишься? Мы с тобой недавно говорили!»
– Так это правда была ты?!
«А ты думал, кто? Идиотина!»
Внутри меня в одночасье забурлило сразу столько всего, что даже попытка разобраться в собственных чувствах на тот момент казалась бессмысленной и неосуществимой. Я не ожидал Ра, это уж точно. И тем не менее на каком-то из подсознательных уровней продолжал верить, что наша с ней взаимная история еще не завершена. Когда-то мы были друзьями, но эта дружба не прошла испытание временем и идеологией. В битве Навигатора и Бавкиды за власть, мы оказались по разные стороны баррикад, и, если начистоту, я все еще не знал, как к этому относиться. Ра сделала немало хорошего, однако мысль о том, что поступки ее были продиктованы заботой о собственных шкурных интересах, нивелировала их значение. А потому казалось вполне оправданным, что я не спешил прыгать от счастья и доверять ей, как прежде.
Само собой, она не могла пропустить все эти мысли мимо внимания и не заметить:
«Как будто у тебя есть выбор».
– И о чем же это мы с таким усердием шепчемся?
Нет, я не рассчитывал на то, что Паяц каким-то чудом пропустит мимо ушей наш с Ра обмен любезностями, и все равно новая порция его насмешек, раздававшихся внутри моего шлема, вызывала желание прочистить собственные мозги стальной щеткой.
– Это было бы весьма жестоко с твоей стороны, Сет Эпине. Но ты ведь не поступишь так со мной, верно? Хе-хе. Нет, конечно. Ты, безусловно, славный малый, однако твой эгоизм нередко перевешивает твое чувство справедливости. А еще ты из тех, кто до последнего верит в возможность исправить ошибки. Думаю, тебе будет интересно узнать, что я нахожу это свойство милым.
– Ага, – процедил я. – Не представляешь, насколько это утешает.
Очередная порция паяцевского хохота затопила шлем, вынуждая сморщиться и понадеяться, что хотя бы не будет больно.
– Распрощайся с подружкой, Сет Эпине, и начнем.
«И то верно, Сети, – снова подала голос Ра, словно не совсем понимая, к чему все идет. – Давай прощаться. На нашу с тобой долю выпало немало забавного, но ничто так не веселило, как твои попытки спрятать от меня мысли о самоудовлетворении».
Где-то в промежутке между очередным призрачным хихиканьем, я обреченно застонал.
– Ра! Ты не могла бы хоть сейчас не?..
«Нет, Сети. Моя цель – раздражать тебя и бесить. И я хочу, чтобы до самого конца, ты помнил об этом. Не смотря ни на что, я хочу, чтобы ты понимал: ты никогда не был хорошим другом. Но лучшим из тех, что у меня когда-либо были. Прощай!»
Я знал, что должен что-то сказать, даже подобрал слова, которые помогли бы в равной степени выразить удивление и признательность Ра и тому, что она сказала, но меня никто не ждал. Все перевернулось с ног на голову, и нить реальности вновь вырвалась из пальцев осознания. Я опять заблудился в зарослях собственных мыслей и, пока продирался сквозь эту дикую чащу, сильнее ощущал, как меняется все вокруг. Острый приступ боли вспорол сознание зазубренным клинком, но не унес меня ни в забвение, ни к очередной цепочке видений. Беспомощней новорожденного, я, стиснув зубы, ждал, когда придет благословенная темнота и мои мучения закончатся.
Однако субъективное время все утекало, а конца этому кошмару по-прежнему было не видать. Что-то творилось вокруг, я это чувствовал, но распознать не мог. Тени вокруг, казалось, сошли с ума, их течение, и прежде хаотичное, теперь напоминало водоворот в центре объятого штормом океана. Я догадывался, чем это грозит, но хоть как-то воспрепятствовать не мог. Во-первых, потому что не представлял, как подступиться, а во-вторых, – чувствовал, что решается моя судьба.