Роман Титов – На границе вечности (страница 28)
«Извращенка», – бросил я с досады, и больше на ее бездарные насмешки не отвечал. Ра глумилась еще где-то с полчаса. Время от времени, все во мне так и зудело, подталкивая придумать какой-нибудь едкий ответ, и только дисциплина ума, которой я обучался с самого детства, помогла удержаться от этого.
Освободив сумку от пожитков, на ее дне я неожиданно отыскал три старых томика сочинений Мекета, с которыми не расставался, пока жил в Цитадели. Видно, Бавкида бросила их с одеждой, когда самолично собирала меня в дорогу. Улыбнувшись этому весьма необычному для нее порыву, я бережно положил книги у изголовья кровати, а сам отошел к окну. Стало грустно. Глядя на пустынные, чуть прикрытые алой дымкой, равнины Паракса, я ощутил всю тяжесть одиночества, свалившегося на меня многотонным грузом. Вспомнились полузабытые слова риоммского философа:
А за ними пришел ответ:
Следующие три дня прошли весьма однообразно. Даже по меркам Паракса. Я просыпался с утра пораньше, одевался и, под непрекращающийся бубнеж Ра, поднимался в маленькое уютное кафе на третьем этаже рыночного квартала. Там я брал чашку кои, две свежие сдобные булочки, и с удовольствием проглатывал все это. Далее пускался бродить по городу, с любопытством изучая окрестности. Естественно, лишь те, куда допускались пришлые. Но и этого, надо сказать, оказывалось вполне достаточно, чтобы занять мой день наполовину. Я бродил, прислушиваясь к токам Теней, и составлял в уме ментальную карту этого малого мира, обуреваемого нешуточными страстями.
Те, кто жил здесь и работал, мало обращали на меня внимания; в основном в тех случаях, когда я сам подходил с каким-нибудь вопросом. Например, что означает сложная вязь, выведенная по всем стенам от нижнего уровня и до самого шпиля, или кого изображают угрюмые статуи, нависавшие над галереями, ну и все в том же духе. Однажды мне даже довелось краем глаза увидеть один из религиозных ритуалов, когда анаки, облачившись в длинные бордовые одежды, встречали восход семнадцати лун. Жаль, выяснить, что он означает, я так и не сумел, поскольку на все вопросы, касательно своей веры, местные попросту отказывались отвечать, считая инородцев недостойными сих сакральных знаний.
Впрочем, один из них со мной все-таки заговорил. Ухватив меня под руку и утащив в дальний угол, он, приблизив лицо вплотную к моему уху, сказал:
– Ты отмечен недоброй силой и сам не понимаешь ее значения. Иди отсюда. Улетай. Это место не для тебя. – А затем совершенно бесцеремонно вытолкал меня взашей, как какого-то баловника. В чем тут было дело, я понять не смог.
После обеда, проведенного в том же кафе, и состоявшего из легких блюд преимущественно риоммской, а значит более привычной, кухни, я возвращался к себе, где коротал часы за чтением. Потом шел в душ и снова отправлялся на прогулку, которая обычно завершалась ужином, а после – довольно беспокойным сном.
Веселого в том было мало, это точно. Но, чтобы ни говорила Ра, я, даже если бы и захотел, не мог поступить иначе. И вовсе не потому, что не представлял, куда себя деть. Увеселений для иноземцев анаки обеспечили с излишком, немало нахватавшись у Риомма. О чем весьма красноречиво говорили некоторые полутемные квартальчики, предлагавшие далеко не целомудренные игрища на любой вкус. Такими вещами мой разум было не занять. Но, и это самое главное, я должен был как следует проникнуться атмосферой Тиропля, чтобы затем бросаться на поиски убийцы.
Четвертый день начался точно так же, как три предшествовавших, с небольшой только разницей в виде грозы и шквальных порывов ветра, настолько сильных, что могли бы без труда сбросить с платформы «Шепот». Корабль был единственным моим имуществом, и за его сохранность я беспокоился сильнее, чем за собственную жизнь.
Забыв обо всем на свете, я подлетел к терминалу и лихорадочно вбил номер коммуникатора Кита. C минуту пришлось провисеть на линии. Отобразившееся на экране лицо механика выглядело несколько помятым со сна и довольно раздраженным. Но, видно, у меня самого вид был не лучше, поскольку в следующее мгновение тот уже ухмылялся от уха до уха. Выслушав мои переживания с абсолютно невозмутимым видом, Кит заверил, что с кораблем все в порядке и что тот в целости и сохранности стоит под крышей ангара, где никакой шторм ему не страшен.
Утихомирив волнение, я направился в душ, по дороге, как обычно, попросив Ра не подглядывать.
«Вряд ли ты удивишь меня чем-то новым, Сети, – тут же огрызнулась она. – Только воздержись от непристойностей ладно? Я знаю, мальчики твоего возраста любят безобразничать в д
Я презрительно скривился, поскольку не мог припомнить случая, которого бы эти ее обвинения касались, хотя, в плане целомудрия, был вовсе не невинен. И все равно почувствовал, как предательски заалели кончики ушей.
«Ты, Сети, как не выпендривайся, а все же человек, – сказала Ра, – живой и, судя по тому, что я имею счастье наблюдать по утрам, вполне дееспособный…»
Оторопев на мгновение, я угрожающе произнес:
– Ра, ты лучше заткнись!
«… и ничего плохого в этом нет, – не обращая внимания, продолжала она. – Ты б все же повнимательней пригляделся к тому кварталу, куда тебя так тянет по ночам… Уверена, даже с твоими запросами, там нашли бы развлечение по душе».
«Поверить не могу, что обсуждаю с
«Мы с тобой, можно сказать, единое целое, так что погоди – то ли еще будет!»
Ее смех все еще отдавался в голове, когда я наконец встал под теплые водяные струи и принялся смывать с себя хмарь минувшей ночи, полной призрачных тревог. Однако даже намылиться толком не успел, как услышал звонок в дверь.
Я удивленно замер. Ра, согласно уговору, пока я был голым, показывать себя не спешила. Кому могло понадобиться искать меня в такую рань, предположить оказалось непросто. Посетителей я не ждал, а о моем появлении на Параксе знала всего пара местных, да и те могли выйти на связь через терминал.
Выключив воду, я вышел из душевой кабинки и обмотал вокруг бедер полотенце. Сам не знаю с чего, но я весь напружинился, точно по ту сторону двери стоял целый отряд вооруженных до зубов убийц. Погрузив разум в клубящиеся потоки Теней, я, к собственному стыду, не сумел определить посетителя.
Звонок повторился. Кому-то явно не терпелось войти.
В конце концов, я решил, что глупо тянуть гокки за хвост и, приблизившись к двери, резко распахнул ее.
Отряда убийц, вопреки ожиданиям, снаружи не оказалось. Впрочем, сей факт не помешал мне обмереть на пару мгновений. Никак не ожидал застать на собственном пороке Эйтн Аверре.
Глава 13
Предложение
С минуту, не меньше, я стоял и пялился на представшую предо мной женщину. Причем, «пялился» здесь будет самым уместным словом, поскольку в обычной ситуации так не смотрят: выпучив глаза и приоткрыв от изумления рот. Прибавьте ко всему еще и тот факт, что на мне не было никакой одежды, кроме полотенца, опоясавшего бедра короткой белой юбочкой, и можете с легкостью вообразить степень нелепости сцены. Сама госпожа Аверре, впрочем, намного лучше справлялась с ситуацией, искривив алые губки в еле заметной, слегка презрительной улыбочке.
Она же, собственно, первой и заговорила:
– Видимо, я не вовремя.
Потратив еще некоторое время на то, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце и обрести способность говорить, я не очень внятно высказался:
– Видимо… – Но тут же добавил: – Я бы сказал, ты даже не к месту.
– Что ты здесь делаешь? – спросили мы одновременно и снова замолчали: я от смущения, а она… Кто знает, отчего умолкла она?
– Я рассчитываю, что ты все-таки пригласишь меня войти, – сказала Эйтн, когда новая пауза затянулась.
Точно повинуясь приказу, я сразу же посторонился, а она, шурша пышной юбкой, медленно проплыла внутрь. В момент, когда Эйтн проходила мимо, невольный вдох позволил мне ощутить все тот же легкий аромат цветов, не приторно-сладкий, а немного терпкий и легкий, источаемый ее белой кожей. Сердце ускорило темп.
Госпожа Аверре остановилась, царственно прошествовав на середину комнатушки, окинула беглым взглядом скромное жилище и только потом сосредоточилась на мне самом.
– Все хорошо? – поинтересовалась она с наигранной озабоченностью.
И думать было нечего, к чему этот вопрос. Своим внезапным появлением племянница покойного наставника застала меня врасплох и теперь от всей души явно наслаждалась моментом. Знала же, какое впечатление производит всей этой своей… красотой и грацией.
– Нормально, – буркнул я, прокашлявшись.
Эйтн улыбнулась и возвратилась медовым взглядом к обшарпанным стенам квартирки.
– Здесь довольно мило. – Пройдясь мимо кровати, она на секунду заинтересовалась оставленными там книжками. Ничего не сказала, только загадочно улыбнулась и так же плавно отошла к окну. – И вид очень… завораживающий…
В ответ я нервно усмехнулся:
– Ну да… – Потом все-таки вспомнил, что не одет: – Ты не против?..
– Конечно, – кивнула Эйтн, изящным жестом заложив за ухо темно-золотистую прядь. Это выглядело до того невинно и одновременно эротично, что я едва не провалился сквозь пол, пока хватал с кресла разбросанные вещи.
Закрывшись в ванной, я первым делом плеснул на лицо холодной воды и только затем приступил к одеванию. Однако стоило лишь натянуть штаны, в голове сразу же раздался заинтересовано-недоуменный голос Квет Ра: