Роман Терехов – Наши в Скайриме. Жизнь и самые обычные приключения имперского нобиля Теллурио Валерия и его верной компаньонки Ма`Руссы (страница 50)

Вражеские маги не собирались оступать и давать нам передышку. Еще один выродок взялся пощекотать нас молниями, но вышло слабенько, на уровне ученика. Мой ответный болт угодил вампиру в ногу и тот рухнул на дымящиеся костяки, временно расхотев колдовать.

В плечо ткнулась едва стоящая на ногах Маруся.

— Я вижу… их еще дохрена! Нам крышка? — жалобно спросила каджитка. Как она что-то различала в вонючем тумане сгоревших костей и испарившегося снега?

— Мы славно пожили там, теперь обязаны еще лучше пожить здесь. Все только начинается! Верь мне.

Как раз успел перезарядить арбалет.

— Обязательно портить момент этой тупой фразой? — искренне возмутилась Маруся, передразнивая финал моего ответа.

В многострадальный стальной щит звякнула стрела.

— Но так в сценарии! — выкручивался я, стараясь перекричать вопли боли и ярости сражающихся за свою жизнь людей.

Болт сорвался с направляющих. Драугр на «том конце» сломался, выронив лук.

— Вот как? А что там дальше? — едко поинтересовалась кошка, — Жили они долго и умерли счастливо?

— Пока не знаю. Но в следующей сцене ты рекламируешь шампунь от блох!

Арбалет снова готов к стрельбе. Долго искать цель не пришлось.

— Сволочь! Гад! — ругалась Маруся, тыкая меня в бок здоровой лапкой.

— Позвезди мне тут! Лучше врагов бей!

— Как? Я не могу стрелять!

— Волка призови!

Во вражеских рядах жахнуло еще дважды, только ошметки костей и металла полетели в стороны. Жрица разошлась не на шутку, то ли пыталась выбить вражеских магов, то ли спалить как можно больше высокоуровневых драугров.

Сквозь шум битвы до нас донеслась молитва Верховной жрицы:

— Никакое зло не коснется меня, ибо меня ведет мудрость Азуры!

Безответного избиения не вышло, вампиры призвали ледяного атронаха в тыл Страже Рассвета и еще одного на нашу площадку. Пришлось взяться за меч.

Били зловредного элементаля всем миром. Фалдрус сменил посох на стеклянную палицу, выбивавшую целые куски льда из чудовища. Джи`Барр с Марусей ковыряли самоходного «ледовика» кинжалами, но каджитка по моему совету натравила своего призрачного волка. Аурика отличилась парой попаданий из арбалета. Целилась долго, опасаясь задеть кого-то из своих. Не выдержала, выскочила из-за обугленного укрытия и запулила во врага струей огня. Отстрелявшись, скрылась обратно. Все строго по моим заветам.

Новая напасть стоила мне половину с таким трудом восстановленного здоровья. Когда ожившая гора льда рассыпалась на куски, пришлось присесть за обломки баррикады и подлечиться. Затем, используя «Исцеляющие руки» поправил здоровье соратникам. Им тоже досталось и от редких стрел, и от атронаха.

Тем временем вражеский маг, что бил по нам электричеством, оклемался и собрался сбежать. Без малого десяток стрел, торчавший из него, не слишком убавил ему прыти, гад хлебал одно зелье за другим. Как офисный алкоголик в вечер пятницы.

— Ты же лопнешь, деточка!

Бросил в него Захват душ и тут же долбанул из арбалета. Болт просквозил попутным ветром его горбатую спину и в следующее мгновение черный камень со свистом и мельтешением потоков энергии заполнился. Жрица будет довольна.

Среди атакующих баррикаду Стражи оказался скелет-маг и драконий жрец. Они замерли на мосту и принялись обрабатывать полуживых гвардейцев Азуры холодом. Во второй раз за вечер наметился по-настоящему опасный момент. Наши лучники наносили колдующей нежити слишком незначительный урон. Неизвестный маг вновь призвал в тыл Страже Рассвета ледяного атронаха. Я бросился на помощь защитникам с исцеляющим заклинанием в одной руке и мечом в другой. Атронаха мы дружно и быстро вернули обратно в Обливион, но один страж лежал без движения, еще двоим требовалась моя срочная помощь. Как же медленно восстанавливается мана!

Зловредного драконьего жреца подожгли банальными бутылками с маслом, а затем каджит точным попаданием в колено сшиб пылающий костяк с моста. Лишенные страха драугры преодолевали объятый пламенем мост, добегая до молотов и мечей Стражи с изрядно просевшими хитпойнтами.

Ту’ум драугра-повелителя раскидал баррикаду, отбросив обессиленных бойцов Стражи Рассвета. Несмотря на очередной локальный успех, невольно посочувствовал штурмующим. Что им стоило «фусродахнуть» по первой площадке перед атакой мертвого тролля и запустить в прорыв самых сильных древних мумий? Вместе с десантом атронахов нам в тыл? Сейчас бы мы уже отступали внутрь Храма или бы в прямом смысле мешались под ногами… А так повелителя расстреляли лучники и одним ударом своего молота добил Толан.

Пользуясь тем, что штурмующие вновь забуксовали на мосту, отлечил четверых уцелевших Стражей. Помощь приняли с благодарностью, кольца регенерации, у кого были, уже не справлялись. Пришлось мне выхлебать последний флакон восстановления маны. Каджиты восстановились и продолжали уничтожать врага. Маруся скрипела зубами от боли, каждый выстрел давался ей невероятным напряжением силы воли. Именно в этот момент забрезжила радость надежды. Да, мы выстоим, защитим Храм, а враг потеряет свои лучшие силы.

Вдруг драугры из задних рядов начали разворачиваться к новой угрозе. Наши костры и факелы почти прогорели, запасы магической энергии исчерпались, лестница почти погрузилась в темноту… Которую разогнали вспышки в тылу армии мертвецов.

Как минимум двое магов обстреливали грозовыми заклинаниями остатки штурмующих. Несколько секунд мы наблюдали скоротечный магический поединок. Верховная жрица еще раз создала грозовую бурю, накрыв последний очаг сопротивления.

Стражники сменили арбалеты на клинки и с радостными воплями бросились теснить нежить. Так идут в бой люди, которым терять нечего, а войти в народный фольклор на правах легенды страсть как охота. Фалдрус, потрясая стеклянной булавой, присоединился к атаке, но узкий мост теперь работал против защитников.

Я оказался хитрее прочих, что совсем не удивительно. Вытащил веревку, обвязал вокруг трофейного клинка, вбитого между камней. Заодно скинул в ближайшую бочку из инвентаря все ранее собранное добро, высвобождая место для предстоящей мародерки.

— Куда без меня? — вцепилась в пояс Маруся и сунула мне свиток Дж’зарго. Отличная идея, киса, чтобы обеспечить плацдарм для остальных.

Ловко спустился на поле боя во фланг зажатым между двух огней мертвецам. Драугры и умертвия продолжали сражатся так, словно не понимали, что уже проиграли. Оно и понятно, приказ отступать отдать некому.

Едва оказался на земле, меня немедленно атаковали невесть как уцелевший скелет с двуручником и пробитая стрелами драугрица с древним топориком. Активировал «Огненный плащ» и рубанул горящего скелета поперек грудины. Меч добавил еще огоньку — только кости полетели! Пока разбирался с безносой анорексичкой — валькирией, спустился Джи’Барр, за ним — Маруся. Чтобы не повредить своим магическим плащом компаньонам, вышел вперед, шинкуя мечом всех подранков и недобитков без скидок на пол, возраст и былые заслуги перед Скайримом. Каджиты поддержали мой наступательный порыв меткими выстрелами. Вместе мы разобрали еще пятерых противников. Рядом со мной рвали мертвую плоть призрачными челюстями два призванных питомца. Обернувшись, заметил, что отряд за спиной заметно вырос: Фалдрус, Аурика и парочка ополченцев, расстрелявших свои и чужие стрелы.

С нашей стороны лестницы штурмующих уже почти выкосили, но тут на нас сплошным потом посыпались драугры, теснимые Стражами на древних каменных ступеньках.

Как мне удалось заметить в перерывах между обменом ударами с нежитью, дела у охотников на вампиров на узкой лестнице шли не лучшим образом. Тяжело бронированные бойцы, орудуя щитами и молотами, не столько уничтожали врагов, сколько спихивали их на землю. Видимо, сказывался низкий запас сил. Драугры падали на кучи костей и железа, поднимались на ноги и вновь, как заведенные, бросались в атаку вверх по лестнице. Вся нежить с нашей стороны немедленно попадала под град ударов и быстро уничтожалась.

Боевые порядки штурмующих под нашей площадкой пришли в полное расстройство. Временами я больше сражался с наполняющей воздух тошнотворной вонью сгоревших костей и завалами из останков, оружия и брони, в которых путались ноги. Чтобы не переломать их, повесил над головой светящий шар заклинания. Все равно вражеских лучников уже не осталось.

Наконец, последняя группа мертвецов двинулась на нас сплошной стеной. Так мне показалось сначала. Эта атака заняла отряд на какое-то время, но, когда мы перемололи их в пыль, остальная некро-армия тоже перестала существовать как организованная сила. На поле боя остались единичные умертвия и драугры, на которых набрасывались гурьбой воодушевленные победой стражники и едва вооруженные ополченцы. И откуда их столько набежало? Хватило ума выжить, теперь хватило, чтобы подбирать щиты и предметы брони у убитых врагов, атаковать мертвецов сообща.

Я не забывал кастовать на избиваемых драугров и скелетов захват душ, наполняя тут же подобранные с тел камни. Некоторые послушники, кто владел заклинанием «Свет свечи», последовали моему примеру, другие зажгли факелы и фонари. Поиски недобитых врагов требовали больше света, не всем так повезло с ночным зрением, как кошколюдям.

Мы остановились совершенно без сил неподалеку от высокой кучи костей перед лесницей. Лишь каджиты, не в силах побороть природную склонность, забив на усталость, подбирали ценности с поверженных противников. Аурика и раньше любовью к мародерству не отличалась, а грабить нежить брезговала вдвойне.