Роман Терехов – Наши в Скайриме. Книга вторая (страница 20)

— Есть одна непонятка по черным осколкам. Прояснишь?

— Излагай, — согласилась она.

С той минуты, как Сергий раскрыл мне тайну некромантских артефактов, меня волновал вопрос, как был доставлен первый черный осколок Фаренгару.

Как я и подозревал, магичка тоже исследовала степень опасности артефактов как могла. С ее слов выходило, что одиночные осколки почти неопасны. Главное, избегать длительного контакта с кожей. Перчатки, щипцы, контейнер и прочие меры предосторожности.

— Понятно, — облегченно выдохнул я. Дельфина опытный агент и правильному обращению с неизвестными магическими предметами, конечно, обучена.

— По моему опыту, одиночные осколки неопасны для чистых душой людей и сильных магов. А также для тех, кто по каким-то причинам не заинтересовал Совершенного. Но там своя собственная логика…

Рассказчица вдруг напряглась и спросила:

— Что, даже не пошутишь про женскую?

— Женская логика не повод для шуток! — серьезно воскликнул я, но вырвавшийся смешок испортил неплохую заготовку для прикола.

Сальма пренебрежительно махнула на меня рукой. Вот теперь поверил, что ее не подменили. Или не поработил один из осколков, например.

Магичка продолжила выдавать информацию:

— Несколько осколков вместе уже представляют опасность для разума окружающих. Посуда из серебра и двемерита выручает.

Да, в двемерском же кувшине Маруся несла свою партию.

Что касается палача, пихавшего осколки в раны голыми руками, то и тут нашлось разумное объяснение. Случается, живой человек под продолжительным действием осколка превращается в одержимого. Большая часть которых сходит с ума и неспособна осмысленно действовать. Ага, Бренголин тоже говорил о подобном! Но отдельные персоны, вроде палача, подчиняются и служат Совершенным Повелителям осознано. К счастью, они чрезвычайно редки. Иначе некромантам было бы незачем убивать свои жертвы — всех бы превращали в одержимых.

— Не, тут явно что-то еще, кроме тяги к убийствам, — позволил себе сомневаться.

— Не перебивай и узнаешь! — нервно отреагировала данмерка.

Самый слабый некр может поднять двух трэллов и помимо них призывать несколько скелетов в зависимости от перков и артефактов. В их ветке развития Черного Колдовства Парные души можно прокачивать несколько раз. Плюс артефакты, позволяющие увеличить численность подконтрольной нежити до десятка. Трэллы тоже могут призывать скелетов и даже костяных людей.

Чтобы умертвия подчинялись воле некроманта, тот заключает так называемый «Темный договор» с Совершеннным Повелителем с несколькими ступенями посвящения. Количество умертвий по договору суммируется с перком Парные души.

Пока Сальма вещала, открыл дерево навыков школы Колдовства. Некромантия меня никогда не привлекала, но только теперь заметил, что у меня отсутствуют как минимум пара перков в этой школе — Некромант и какой-то еще. То, что у вампиров-лордов и оборотней свои уникальные ветки прокачки, я и так знал, почему бы и некромантам не иметь свои «фишки»?

Сальма продолжала рассказ, который становился все интереснее: у осколков имеется странная особенность — пять или даже семь умертвий, созданных при помощи «запчастей» одного Повелителя считаются одним существом!

Итак, загадка многочисленных некроармий раскрыта. Получается, самый слабенький некромант-попаданец без проблем ведет дюжину умертвий, минимум пару трэллов и несколько призванных скелетов. Плюс по паре костяков добавляет каждый трэлл. Местные некры и драконьи жрецы в силу возраста и своих высоких уровней сильнее пришлых некров и кровососов, пусть те имеют возможность набирать компаньонов.

Другая неприятная новость заключалась в том, что умертвия способны прогрессировать в навыках и некоторые некроманты практикуют тренировочные поединки на призванных существах. Магия таким мертвецам недоступна, но они могут использовать амулеты и зачарованные вещи, повышающие боевые навыки. При желании некромант может их лечить и даже немного повысить устойчивость к магии, кастуя на них магические атаки и излечивая повреждения. Идеальные войска! Просто чудо, что они по тайным ухоронкам сидят, а не мы.

Душевно во всех смыслах поболтали с Сальмой, пока она не извинилась и не ушла помогать Верховной Жрице составлять послания королю Торугу и архимагу Арену. Да, загрузила по полной!

Задумчивого меня нашла Маруся. Присела рядом, положив на плечо голову.

— Почему все так непросто в этой жизни? — задала она риторический вопрос.

Каджитка вдруг представила себя домашней кошкой, попытавшись улечься у меня на коленях. Но поместилась только лапа и голова.

Пришлось отложить визит к Израну за документами, разговор с Сорин Журар, планы по прокачке кузнечного дела, пополнение храмового арсенала и остаться вместе с напарницей. Заодно предупредил ее, чтобы не сильно пугалась, когда увидит управительницу нашего поместья.

Сидели, смотрели на пляшущие язычки пламени на свечах, молчали. Гладил ее за ушами, а она мурчала, словно вновь стала котенком.

Глава 11. Победа любит подготовку

Назавтра рано по утру ушел в кузницу с полным инвентарем предметов для апгрейда. Категорически настроенный продуктивно поработать. Для разминки сделал колчан двемерских стрел и колчан стальных, опять упершись в нехватку перьев, хотя скупал и собирал их везде, где можно. А каджиты, где нельзя. Надо же им развивать скрытность?

Кстати, обещал моим ловкачам наделать воровского инструмента! Марусин способ прокачки на сундуках опустошил ее запасы. С одного железного слитка у меня получился десяток отмычек. Первая партия подарила хорошую долю опыта, но с каждой последующей навык прогрессировал все меньше и меньше. Зато отмычки стоят дорого и в свободной продаже встречаются редко. В основном мы их собирали с тел разного криминального элемента и в сундуках с ценностями.

Переключился на гвозди-петли-замки для нужд Фалдруса. Потом из сундука достал местный полу-сет: ожерелье и кольцо молодого кузнеца. С моими перчатками навык повышался на тридцать шесть процентов, что весьма заметно. Хорошо бы еще броньку для комплекта зачаровать, но для этого придется пожертвовать перчатками, поскольку у Сергия покупать эти чары оказалось довольно накладно. Но напрасно я пожадничал, напрасно!

К тому же мне до результата в двенадцать процентов навыка на предмете нужно еще как следует попотеть над пентаграммой душ. Создать два волшебных предмета это, конечно, неплохая прокачка, но пара больших камней и зелья зачарователя будут истрачены с низкой эффективностью. Возникла очевидная мысль, обратиться к Сальме. Тем более, что артефакты в кузне явно с ее помощью появились. Видеть Сальму в кузнице не доводилось, поэтому при высоком Зачаровании артефакты ее производства поднимали владение Кузнечным делом так скромно? Или сделала их раньше для развития навыка? Вчерашнее игривое настроение колдуньи и один недосет на всех кузнецов толсто намекали сходить на поклон. Вопрос, не дешевле ли выйдет опираться на свои возможности?

Первым в кузню пришел Джи’Барр с рулоном собственноручно выделанной кожи подмышкой. Парень демонстрировал неплохие задатки кожевника и собирался серьезно поработать с трофейной легкой броней, которую я принес из Башни.

Отыскав в своих вещах отобранный у попаданца-некроманта том «Выживания в Скайриме», вчера вечером скопировал в него все известные мне рецепты и сейчас презентовал каджиту. Тот от радости подпрыгнул выше головы. Подумать только! Мудрая книга настоящего героя Нирна в его руках!

Как и договаривались, он начал с производства сапог. Им впоследствии отводилась роль ходового товара, а пока необходимо переобуть участников предстоящего антипиратского рейда.

Как раз улучшал сапоги из арсенала гарнизона для последующего зачарования, когда Релина с Одрасой прибыли в мое распоряжение.

Далее чередовал работу в кузнице с тренировками начинающих магичек. Кастовал им атронаха в распахнутую дверь и снова брался за молот.

Еще в Винтерхолде заметил, что уровень навыка призывающего заметно влияет на силу питомцев и опыт, с них получаемый. Поединки с питомцами Маруси и Аурики мне перестали приносить опыт совершенно, после того, как мы сравнялись в навыке Колдовства. Для большего эффекта занятий пришлось в библиотеке сегодня прочесть «Месяц начала морозов». Еще на единицу навык поднялся в процессе учебных поединков.

Уничтожали моих атронахов при помощи молний. Лед тоже годился, но как по мне, странный выбор атакующего заклинания для Скайрима, где у большинства населения природный иммунитет и в наличии масса врагов, на которых холод никак не действует. Благодаря расовому сопротивлению темных эльфов огню, от ударов моих питомцев они не слишком страдали. Главное, прокачка школы Разрушения у магичек шла бодрым темпом, что и требовалось.

Включившиеся в процесс обучения Маруся с Аурикой, взяли заботу о прокачке данмерок на себя, позволив мне полностью сконцентрироваться на создании двемерских луков. На копирование трех изделий гномьего военпрома у меня ушло прилично времени. Девицы во дворе успели устать, поболтать и заскучать, а каджит улучшил дюжину кожаных предметов экипировки. Подросший навык вкупе с артефактами позволил мне дополнительно увеличить урон двемерскихстрелялок на семь единиц. Прежде, чем выдать улучшенное оружие каджитам, что уже тянули к нему свои мохнатые лапки, необходимо наложить чары огня. А до этого следовало подтянуть соответствующий навык еще немного. Собственно, для чего я отобрал пару десятков предметов, которые потом подарю или продам Фалдрусу для оснащения бойцов и паломников. Оставил Джи’Барру перчатки и местный полу-сет кузнеца, а сам осмотрел кузницу, не забыл ли чего?