Роман Суржиков – Лишь одна звезда (страница 39)
– Я с…согласен, чиф.
– Мое имя – Марк Фрида Стенли, – сказал Ворон. – Стенли – так звали моего отца в те давно забытые годы, когда он еще был жив. Как звали мою бабку по матери – понятия не имею. Мама ее боялась, как огня, и никогда не поминала всуе, словно повелителя тьмы. Вышла замуж, лишь бы сбежать от нее.
– К чему вы это?
– К тому, приятель, что я – не дворянин. В высшей степени не дворянин, если можно так выразиться. Учти это, когда будешь слушать мое предложение. А предлагаю вот что: сейчас мы доедим, выйдем отсюда и свернем за угол: ты – направо, я – налево. Я поеду в Первую Зиму, а ты… куда угодно, но не туда, где правит Янмэй или Агата. Можешь в Нортвуд или на острова. Если хватит денег, сядь на корабль, что идет в Шиммери… И главное – не говори мне о том, куда собираешься. Просто уходи.
– А… а вы, чиф?
Марк ухмыльнулся:
– Устарел титул. Забудь о нем.
– Да, п…постараюсь… Так что же будет с вами? Вы тоже с…скроетесь?
– У меня есть дела на Севере, как ты знаешь. Я направлюсь туда. Но ты не обязан. Ты мне больше не подчиненный, и уж тем более – не вассал. У твоей дворянской чести нет ни единой зацепки, чтобы заставить тебя сунуть голову в петлю.
– П…приказ его величества, – ответил Итан.
– Владыка – человек результата. Ему важно, чтобы мятежник умер. И неважно, сколько из нас последуют за Ориджином на Звезду. А твое присутствие все равно не добавит мне шансов.
Итан покачал головой.
– Я давно вас знаю, сударь. У в…вас имеется для меня какая-то роль. Будь я так б…бесполезен, вы бы отослали меня без вопросов.
– Я даю тебе полное право убраться подальше и жить долго и счастливо, – сказал Марк. – Но если вдруг решишь остаться, то есть одно маленькое дельце… Ты можешь мне пригодиться в качестве знатока.
– Знатока ч…чего?
– Леди Глории Нортвуд, конечно. Ведь ты эксперт в данном вопросе?
– О-оо…
Итан поперхнулся. Марк стукнул его по спине:
– Ну-ну, спокойно. Я направляюсь в Первую Зиму… но не сказал, что сразу. Пансион Елены-у-Озера лежит в предгорьях Кристальных – считай, по пути. Наша милая дама проучилась там три года… из четырех необходимых. Хочу узнать, почему.
– Л…леди Сибил забрала дочь из пансиона в год императорской свадьбы…
– Да. А зачем? Чтобы Глория совала нос куда только можно, притягивала внимание протекции, сверкала при дворе, очаровывала императора и портила сватовство Минерве из Стагфорта? Что из этого на руку Медведице?..
– Н…ну, она могла не ожидать…
– От Глории? Помилуй, это же ее дочь! Медведица знала, чего ждать от девушки, и все же привезла в столицу. Понять бы логику этого поступка.
– И вы направляетесь в пансион Елены?
– Там полно народу, кто хорошо знаком с Глорией. Возможно, она откровенничала с кем-то. Может быть, что-то говорила о матери.
– Сударь, а з…зачем вам это? Вы считаете, это личные дела Нортвудов… так не все ли равно, почему да как?..
– Я намерен кое-что кое-кому доказать, – ответил Марк. – Дело чести, знаешь ли.
– Я с вами!
Ворон поскреб столешницу ножом, издав противный скрип.
– Видишь ли, какое дело. Елене-у-Озера покровительствуют Ориджины. Традиционно управительница пансиона на короткой ноге с герцогом. Мы ступим на порог, Эрвин узнает об этом через час – столько летит голубь до Первой Зимы. Может статься, пути обратно для нас не будет. Так что если в твоей голове осталась хоть унция мозгов – последуй моему совету: беги, куда глаза глядят. Сейчас.
– Н…нет, сударь. Я с вами.
– Ты же понимаешь, что Глория Нортвуд не оценит твоей жертвы? Просто потому, что никогда не узнает о ней.
– Понимаю, сударь.
– Что ж, дело твое.
Марк отнял нож от дерева. На столешнице осталось вырезанным вороново перо.
Они заночевали в Эльфорте, а следующим утром сели в другой дилижанс. За день проделали двадцать миль, пересекли бойкую речушку – нижнюю из двух Близняшек, задержались на пограничной станции. Забавное место… или тревожное – как посмотреть. Не остров, а лоскут суши между двух речек всего шагов пятьсот шириной. На севере искрится Верхняя Близняшка, на юге плещется Нижняя. Обе видны, как на ладони, обе перепоясаны бревенчатыми мостами. Мост, ведущий в Южный Путь, охраняет массивный форт: полощутся флаги, маячат на стенах стрелки, торчат мачтами в небо рычаги требушетов. Мост, ведущий в Ориджин, не охраняет никто. За Верхней Близняшкой – открытая дорога, что уходит в холмы. Где-то вдали белеют среди зелени крестьянские избушки, пасутся овечки. Идиллия: въезжай, любуйся… Ориджины не стерегут границу – незачем. Ни один лорд Южного Пути не рискнет потревожить покой северных овечек.
До пансиона оставалось несколько часов пути. Марк с Итаном провели ночь на постоялом дворе между Близняшек, а на рассвете пустились в дорогу. Нанятая бричка перевезла их через верхнюю речушку, по сторонам развернулись холмистые сочно-изумрудные луга.
– М…мне кажется, или стало холоднее? – спросил Итан.
– Вроде, нет, – сказал Марк и поежился.
Главная дорога уходила к Фейрису и Лиллидею, но возница свернул на северо-восток, минуя крохотные хутора, рассыпанные среди лугов. Холмы становились все круче, а на горизонте все яснее проступали вершины, увенчанные снежными коронами. Их очертания были резкими, угловатыми, гранеными, будто кристаллы хрусталя или соли. Порода искрилась на солнце, усиливая сходство.
– Впервые здесь?
– Да.
– Красиво?
– Б…будет красивее на обратной дороге.
Дорога пошла вверх, бричка забралась на седловину меж двух возвышенностей, оттуда и открылся вид на пансион.
Озеро, давшее имя пансиону, было малюсеньким – не то пруд, не то перекормленная лужа. Однако бросалось в глаза сразу, поскольку находилось на склоне каменистого холма, у самой вершины. Какой-то родник, пробиваясь сквозь толщу земли, избрал трудный путь и вскарабкался на высоту добрых семисот футов. За века он промыл среди утесов чашу и наполнил зеркальной, сапфировой водой. К чаше прильнули корпуса пансиона.
Зодчий постарался придать строениям самые ажурные контуры, привести в согласие с изяществом природы. Здания из белого камня были узки и высоки, словно дополняли, подтягивали к небу вершину скалы. Архитектурные излишества превращали пансион в картинку из детской сказки: стрельчатые окна, мансарды, шпили, декоративные стройные башенки, арочные мостики, соединившие корпуса… Все задумано так, чтобы постройка выглядела легкой, эфирной. Но в сравнении с крохотным озером пансион все равно казался тяжеловесным – будто седло, одетое на котенка.
Дорога привела на каменную площадку, где стоял гостевой дом и флигель охраны. Здесь, впервые в землях Ориджина, попались на глаза вооруженные люди. Двое молодых мечников прохаживались вдоль парапета – статные парни в блестящих кольчугах и белых плащах. Один из них встретил путников и провел в приемный покой. Небольшой, но очень уютный зал: темный мореный дуб, белый камень, прудик со смешными головастыми рыбками. Марк и Итан расположились в бархатных креслах, служанка предложила им кофе с печеньем и попросила ждать, пока леди Марта Валерия не выйдет к ним. Кофе оказался вкусным до чертовой тьмы.
– Послушай, приятель, – шепнул Марк, – давай-ка ты у нас будешь за главного.
– Я?..
– В этаком местечке простолюдина, вроде меня, точно не примут за человека. Ты будешь дворянин, а я – твой секретарь. Уяснил?
Итан поправил кружевной воротничок, потеребил эфес шпаги.
– Вот-вот, – кивнул Марк.
– К…как думаете, что это за леди Марта Валерия?
– Мрачная грымза-гувернантка. В пансионах служат только старые перечницы, ты не знал? Их подбирают по внешности: если дама хоть немного краше клыкана, ее не возьмут.
Итан сдавленно хохотнул.
– Приветствую вас, господа. Надеюсь, дорога была легкой.
Гости подняли глаза на старую грымзу. Марк облизнул губы, Итан проглотил язык.
Леди Марта Валерия имела за плечами от силы двадцать два года и была сложена, как богиня спортивных игр. Строгое платье в пол, призванное замаскировать формы тела, совершенно не справлялось с задачей. Из-под тонких удивленно изогнутых бровей смотрели роскошные изумрудные глаза, присущие роду Люсии. Единственный изъян немного портил картину: крупное родимое пятно на шее. Ворон зацепился за него глазами и восстановил дар речи:
– Доброго здравия, миледи! Меня зовут Марк.
– Мое имя – Марта Валерия Эдна, – с поклоном сказала дама. – Чем могу служить, господа?
– Итан Г…ледис Норма, – представился секретарь и оказался в тупике сразу, едва отзвучал последний слог его имени. – М…мы к вам по делу… э… которое можно назвать шшш…чекотливым… Я н…не знаю, с чего начать…
Марта Валерия созерцала его потуги с видом безграничного терпения.
– Позвольте мне, милорд, – вмешался в беседу Марк. – Видите ли, миледи, мой господин имеет честь служить в имперской канцелярии Фаунтерры. К несчастью, он рано осиротел, и его леди-сестра – прелестная Дженифер – оказалась целиком на попечении брата. Сейчас ей исполнилось тринадцать, и мой господин со всей дальновидностью задумался о будущем девочки.
Марта Валерия понимающе улыбнулась: