Роман Суржиков – Лишь одна Звезда. Том 1 (страница 120)

На следующий день были похороны. Эрвин прочел отходную над телами двухсот воинов, после чего их уложили на пирамидки из поленьев и подожгли костры. Традиция Дома Ориджин: в походе сжигать погибших, а не хоронить. Так заведено со времен Лошадиных войн: тогда западники имели чудесную привычку выкапывать погребенные тела северян и отдавать шакалам или развешивать на деревьях.

Затем Эрвин велел вывести пленников на площадь, залитую кровью после вчерашней казни. Отделил мужчин от будущих вдов, дал им напоследок поглядеть друг на друга, а сам истратил эти минуты, чтобы снова попросить Агату о чуде. Светлая Праматерь услышала его – Дойл открыл ворота. Вечером того дня пьяны были все, кроме часовых: северяне праздновали победу, путевцы – спасение своих жизней и родного города. От общей радости в душе Эрвина слегка просветлело, и тогда он сообразил в полной мере, что означает спасение леди Аланис.

Приарх Галлард – союзник императора – контролирует Альмеру: богатейшую землю Империи и вторую после Ориджина по военной силе. Как назло, Альмера расположена так, что, наступая на столицу, Эрвин вынужден будет оставить ее сбоку от себя, на правом фланге. Если Галлард пошлет владыке в помощь хотя бы один полк альмерцев, то легко отрежет Эрвина от снабжения. А если отправит пять-шесть полков, то сможет и вовсе опрокинуть войско северян фланговым ударом. Но теперь наследница герцогства жива, а значит, Галлард лишился законных оснований для власти. Осталось придумать, как разыграть эту карту. Прямое оповещение в духе: «Возрадуйтесь, люди: Аланис жива!» – ничего, разумеется, не даст. Галлард не откажется от герцогства из-за такой мелочи, как уцелевшая племянница. Часть его вассалов будет недовольна и, возможно, даже восстанет, но он задавит их. Нужен иной план…

Так или иначе, Светлая Агата заслужила благодарности. Два подарка за день – это дивная щедрость! Эрвин поговорил с Агатой, пообещал возвести в столице собор в ее честь и украсить его фресками ничуть не хуже, чем та, в Первой Зиме. Агата, кажется, осталась не слишком довольна. Возможно, Праматери не нравилась фреска в Первой Зиме: на ней Агата выглядела весьма умной, но одинокой и печальной.

– Ладно, – пообещал Эрвин, – обсудим подробности в столице. Я все сделаю, как ты пожелаешь. Захочешь – на каждой иконе будешь смеяться от счастья, плясать и пить вино. Только давай сначала захватим Фаунтерру, идет?..

Агата согласилась.

Тогда Эрвин вернулся мыслями от Праматери рода к ее правнучке. Аланис следовало надежно охранять и бережно опекать. Требовалась женщина, причем такая, которой можно довериться. К счастью, кайр Хэммонд, один из лучших воинов отряда Деймона-Красавчика, взял с собой в поход жену – благородную Маргарет. Эрвин поручил леди Аланис заботам четы Хэммондов.

– Кайр, личность моей гостьи должна храниться в строгой тайне. Не могу доверить секрет никому из черни. Поэтому я вынужден просить вашу супругу выполнить роль ее… помощницы и компаньонки.

Эрвин аккуратно обошел слово «горничная». Хэммонд кивнул:

– Как прикажете, милорд. Ваше доверие – честь для Маргарет.

– Охрану и обеспечение гостьи поручаю вам. Вы получите двадцать бойцов и пятьсот эфесов золота. Следите, чтобы гостья не нуждалась ни в чем, будь то постель, платье, вино или кофе. А если она пожелает украсить комнату цветами – найдите ей чертовы цветы. И главное, кайр. Если хоть один волос упадет с ее головы… Мне не хочется выдумывать угрозы. Просто пообещайте.

– Клянусь сердцем, милорд. Ни один волос с головы вашей пленницы.

– Гостьи.

– Да, милорд.

– Повторите.

– Она – ваша гостья, милорд.

– Прекрасно. Вижу, что вы поняли ситуацию.

Леди Аланис проспала целые сутки, изредка просыпаясь, чтобы поесть. Потом почти день провела в горячей ванной, а вечер – примеряя платья, которые доставила ей Маргарет. Ближе к полуночи кайр доложил:

– Милорд, гостья хочет вас видеть.

Аланис преобразилась: отпечаток болезни, ранения и близкой смерти еще лежал на ней, но не осталось и следа дороги, усталости, голода. Она вошла пружинисто, глаза сверкали, волосы блестели, как нити платины. Одета была в черное от шеи до пят, с изящными вкраплениями серебра. Выглядела она где-то на половину от себя прежней… и это было очень немало.

Эрвин сказал, как рад видеть ее в добром здравии. Аланис поблагодарила кратко и сухо. Прежде она была воплощением страданий и печали, теперь – решимости.

– Мне сказали, милорд, что я проспала два дня. Значит, это время потеряно впустую. Хочу немедля поговорить о деле. Я пришла с предложением союза: мы должны объединиться против общих врагов.

Эрвин ответил:

– У меня один враг – император Адриан. Я буду рад любой помощи против него. Но еще не сообразил, как именно вы могли бы мне помочь.

– Я – герцогиня, вы забыли?! – воскликнула Аланис. – Мне принадлежит целая земля с доходами и войсками!

– Есть ли вассалы, готовые пойти за вами вместе со своим войском?

– Пф!.. Любой честный рыцарь герцогства Альмера с радостью пойдет за мной, едва узнает, что я жива!

– Перефразирую: многие ли рыцари Альмеры знают о вашем спасении и готовы за вас сражаться?

Эрвин подозревал, каким будет ответ. Недаром же Аланис пришла к нему без эскорта, в обществе одного лишь священника.

– Никто из людей, лояльных к отцу, не знает… К большому моему сожалению. Потому мы сделаем следующее. Вы отправите людей в Альмеру к моим прим-вассалам. Я напишу им письма с требованием поднять войска. Первым делом мы с вами уничтожим самозваного правителя Альмеры – моего дядю, будь он проклят. А затем общими силами пойдем на Фаунтерру!

Эрвин качнул головой. Император уничтожил всех ориджиновских осведомителей в столице, однако Галлард в Алеридане не сделал этого – был слишком занят приручением вассалов покойного Айдена. Потому Эрвин исправно получал сведения из Красной Земли и знал: приарх добился клятвы верности от трех четвертей вассалов. И то были не просто слова, какие легко нарушить. Клятвы хорошо подкреплены: страхом, еретиками на кострах, баснословными взятками, браками, детьми-заложниками, наемными гарнизонами в замках вассалов. Вряд ли воскресшая Аланис перетянет многих на свою сторону. Если бы воскрес сам герцог Айден, тогда, возможно, вышло бы иначе. Но Аланис – не полководец и не политик, всего лишь красивая девушка, а ставки слишком высоки, чтобы глупо рискнуть.

Стало быть, большинство вассалов останутся на стороне Галларда. Если Эрвин сунется в Альмеру, его встретит отличное войско, уступающее северянам опытом, но не числом и не качеством оружия.

– Мне нужно обдумать ваше предложение, миледи, – мягко сказал Эрвин.

– О чем тут думать?! Галлард – тиран и подонок, как и Адриан! Мы должны стереть его в порошок! После его гибели все рыцари Альмеры подчинятся мне.

– Здесь, миледи, определяющее слово – «после». Галлард не погибнет без нашей помощи. Сколько лордов Красной Земли откликнутся на ваше воззвание и восстанут против Галларда?

– Все!

– Да?..

– Ну, все кроме Блэкмора, тьма его сожри.

– Полагаете?

С каждым вопросом Аланис хмурилась все сильнее.

– Черт возьми, многие! Больше половины. Достаточно, чтобы уничтожить Галларда.

– Больше половины?

– Ну, половина. Около того.

– На чем основана ваша уверенность? На их лести в ваш адрес или на подарках, которые лорды слали вам ко Дню Сошествия?..

– Рыцари Альмеры – благородные и храбрые люди! Они не пойдут за подонком, вроде Галларда!..

Эрвин лишь смотрел на нее, склонив голову набок.

– Едва узнают, что я жива, они поднимут восстание! Законы чести требуют этого!

Эрвин продолжал молчать.

– Тьма бы вас, милорд. Да, вы правы. Всякий боится за свою драную шкуру. Только четверть лордов будет на нашей стороне. А может, и пятая часть…

– Стало быть, остальные четыре пятых выйдут против нас с оружием в руках?

Аланис встряхнула платиновой гривой, упрямо задрала подбородок:

– И что же?! Армия Севера с поддержкой части Альмеры под командованием самого герцога Ориджина не сможет разбить старую сволочь в мантии?! Чушь! Мы сметем Галларда на поле боя! Учтите мою помощь, милорд! Я знаю дядиных вассалов: кто труслив, кто жесток, кто безрассуден; у кого сильна кавалерия, у кого – пехота, у кого – лишь доспехи блестящие, а бойцы – дрянь. Мы выстроим войско так, что просто не сможем проиграть! Потом, клянусь, я помогу вам взять Земли Короны и свергнуть Адриана! Я верну себе Альмеру, а вы удвоите свою армию! Какие могут быть сомнения?!

– Миледи, поверьте мне – полководцу с маленьким, но все же опытом. Сомнения есть всегда. Если ты их не испытываешь, значит, движешься прямиком на Звезду. А в данном случае сомнения особенно сильны. Я подумаю, что можно сделать, и тогда продолжим беседу.

– Право, не вижу поводов для размышлений! Посоветуйтесь с вашими офицерами, любой подтвердит, что у Галларда нет шансов против нас!

– Полагаю, да, они подтвердят… – мрачно кивнул Эрвин. – Беда в том, что мои офицеры не считаются с потерями. Если в землю лягут три тысячи северян и пять тысяч альмерцев, мои офицеры назовут это победой. Я никак не могу разделить их взгляды.

– Вы не слыхали поговорку о яичнице и яйцах?

– Слыхал. Не люблю яичницу, миледи.

Больше ничего важного в тот вечер не было сказано. Эрвин обещал подумать, Аланис удалилась, хмурая и раздраженная.