Роман Суржиков – Фантазии (страница 21)
Дориан Эмбер уже сам заглянул в книгу и узнал конец истории.
– Ложь, интриги, трупы, черви – то, что нужно! Именинница придет в восторг.
Леди Тальмир поджала губы:
– Милорд, вы ужасны. Уточняю: это не комплимент.
Позорный провал в библиотеке заставил иксов изменить тактику.
– Нужно что-то сделать с луной, – сказал Фитцджеральд и показал друзьям круглый фонарь. – Заклеим стекло бумагой, будет белый свет – точно лунный.
– Еще нужна девица, – добавил Шрам. – Бабы чутки на все потустороннее.
Обри разыскал Мередит:
– Сударыня, вы нужны войску Первой Зимы. Помогите нам поймать призрака.
– Как – поймать?..
– Изловить, допросить и поместить в темницу душ – то бишь, на службу к Минерве.
– Простите, сир, но я боюсь…
– Поймаем гада – и у вас наладится с Эмбером.
– Уже не наладится, он меня считает истеричкой.
– Тем более, отомстим ему!.. В смысле, призраку, а не баронету.
Кайр сломил сопротивление барышни и привел ее вечером в надвратную башню замка. По слухам, именно здесь обитал Тот Кто Воет. Греи ночной вахты нередко слыхали его жалобные стоны. Нынешний часовой показал иксам помещение, где они раздавались, – комнату с подъемным механизмом моста. Часовой предупредил, что кроме духов в башне водятся крысы и коты – все они тоже умеют издавать унылые звуки. Пожелал удачи и ушел в караулку. Кайры взялись за дело.
Прикрыли створки на бойницах, чтобы спрятать надгрызенный месяц. Подвесили ложную луну в виде фонаря, поставили свечку. На сей раз начал Шрам:
– Тот Кто Воет, мы призываем тебя…
Фитцджеральд встрял:
– Имя назови.
– Я и говорю.
– Думаешь, его зовут Тот Кто Воет?
– Меня зовут Шрам, и что теперь?
– Ладно, давай.
– Тот Кто Воет, срочно на верхнюю палубу. Я, кайр капитан Шрам, командир второй иксовой роты, имею к тебе вопрос. Явись и расскажи про того духа, который всех пугает.
Ветер не издал ни звука, только что-то скреблось внутри подъемного механизма. Вероятно, мышь.
– Я слышала, нужно сказать о себе что-нибудь интересное, – шепнула Мередит.
– Так назвал же имя и чин, чего еще?
– А можно, я попробую? Когда училась на третьем курсе, вышел забавный случай. К нам в пансион приехали двое сыщиков…
Обри стал ее слушать. Шрам и Фитцджеральд, уверенные в неспособности девицы сказать что-либо ценное, глазели по сторонам. И тут Фитцджеральд заметил странность: огонек свечи клонился не к бойнице, и не от нее, а в сторону. Где-то в стене имелась щель, создававшая сквозняк.
– Дайте-ка…
Лейтенант сам взял свечу в обе руки, обошел подъемный механизм, приблизился к стене. Язычок пламени находил путь, словно нос ищейки. Один камень в кладке стоял неровно, и раствор выкрошился, образовав черную щель. Огонек тянулся туда.
– Помолчите, сударыня.
Мередит умолкла, и все услышали тонкий свист из щели между камней. Кайры навострили уши. Ничего особенного: там свистело, тут скребла мышь.
– Ну, призрак, говорить будешь?
И вдруг Мередит изменилась в лице:
– Он уже говорит…
Кайры разинули рты:
– Что?! Где?!
– Тихо! Он еле шепчет… Достаньте… достаньте… достаньте…
– Кого достать? Кончайте шутить, сударыня.
Она явно не шутила. С ужасом и вниманием девица смотрела на щель между камней.
– Достаньте… помогите…
Обри всадил кинжал в щель. Шрам помог с другой стороны. Выскребли остатки раствора, поддели камень, налегли.
– Достаньте! Достаньте!.. – повторяла Мередит, точно завороженная.
Камень со скрежетом выдвинулся из кладки. Кайры ухватили его и вытащили прочь. Мередит охнула. В нише находился череп человека. Он был обращен затылком к иксам, его покрывали комки волос, отпавших при гниении плоти.
– Холодная тьма, его замуровали!
Под черепом виднелись верхние позвонки хребта. В толще стены находился целый скелет, но через проем виднелся только череп. Он припадал лицом к наружным камням кладки. Так, будто пытался сквозь камни увидеть что-то за пределами замка.
Обри указал острием кинжала:
– Глядите, там еще одна щель!
Верно: между наружных камней стены, как раз перед глазницей черепа, имелся просвет. Он-то и порождал сквозняк, затронувший свечу. Неведомое число лет мертвец провел в стене, глядя сквозь щель на дорогу перед замковыми вратами.
– Зверство, – сказал Фитцджеральд. – Прямо как в Лиде.
– Это и есть лидец… – пролепетала Мередит.
– Почем знаешь?
– Он говорит… Молчите, молчите… Он – лидский генерал, пытался захватить Первую Зиму… Его разгромили и замуровали. По лидскому обычаю… Оставили щель, чтобы видел ворота, в которые никогда не войдет враг…
– Ну и ну! Вот так дела…
– Ужасно!
– Ага… Спроси его: это он всех пугает?
– Нет. Он не может покидать стену… Дух намертво прикован к костям. Пока скелет не похоронят, или пока кто-нибудь не возьмет штурмом этот замок.
Фитцджеральд повернул череп лицом к себе:
– А не врешь? Поклянись Агатой, что это не твоя работа!
– Он клянется Глорией… – прошептала девушка.
– Лидец, – буркнул лейтенант.
– Он просит… – сказала Мередит. – Похороните… Достаньте и предайте земле…
Иксы переглянулись. Лейтенант постучал рукоятью кинжала по стене. За исключением вынутого камня, она смотрелась весьма прочной. Обри налег плечом. Какое там! Даже Персты Вильгельма не пробили эти стены…