Роман Смеклоф – Тридцать один (страница 25)

— Мы почти пришли. — проговорил я. — Можно последний вопрос?

— Спрашивай. — разрешила Оксана. — Только быстро.

— Это перо, которым ты усыпила стражников?

— Перо птицы Сирин. Прикосновение к нему моментально погружает в сон с самыми ужасными кошмарами.

— Понятно.

Мы остановились посреди улицы, втекающей в площадь кузнецов. Оттуда распространялся жуткий шум. Тысячи молотов одновременно падали на сотню наковален, распространяя по округе металлический звон. Снующие между прилавков зазывалы пытались перекрыть гул работы молотобойцев и криков клиентов. Покупатели старались переорать и тех и других. Гвалт стоял такой, что я не мог расслышать даже голема, упорно вопящего мне в ухо.

Оксана взяла меня за руку и потащила в сторону ближайшего здания. Прижалась губами к моему уху так, что у меня мурашки по спине побежали и крикнула:

— Наковальня Дагара.

Я кивнул, знаю такую. В нее я и ходил по поручениям деканов. В этой лавке куют лучшие ножи в Черногорске. Одно я понять не могу, какого поглотителя здесь понадобилось вампиру. На мой взгляд, не самое удачное место. Шумно, пыльно и кушать нечего. Если только ему по вкусу вечно поддатые гномы.

Мы обогнули площадь по периметру, стараясь не оглохнуть, и вошли в магазин «Наковальня Дагара». С закрытием двери на нас упала благословенная тишина.

— На магазин наложено заклинание покоя. — прошептал Евлампий.

— Спасибо, умник. Я догадался.

— Не тыкай мне. — буркнул голем.

Ответить я не успел, к нам, из-за прилавка, вышел хозяин. Самый настоящий гном. Невысокий, с толстой бычьей шеей и плечами по ширине равными его росту. Конечно же, лицо украшала потрясающая борода, заплетенная в две косички, перевитые цветными лентами.

— С новым днем! Что желаете?

Оксана обворожительно улыбнулась и подошла к гному вплотную.

— Дорогой мастер, — проворковала она, наклоняясь к бородачу. — Фамильная реликвия, заговоренное зеркало моей бабушки.

— Что с ним? — просипел, обалдевший от такого внимания, гном, стараясь отвести взгляд от Оксаниного декольте и посмотреть в протянутое зеркало.

— Оправа. — несчастным голосом сказала защитница. — Она треснула!

Гном наконец-то взглянул в зеркальце и его взор застыл.

— Открой то, что скрыто. Покажи истину, око всевидящего!

Проговорила Оксана и хлопнула гнома по лбу. В ответ из зеркала раздался голос:

— Повинуюсь.

Знакомая история. Меня передернуло от нахлынувших воспоминаний, но я сдержался. А вот гному, я не завидую.

Защитница отошла от хозяина лавки и, глядя в зеркало, спросила:

— Вампир Эстет был здесь?

— Да.

— Где он теперь?

— Там же, где и раньше. В подвале. Ключи от дверей на гвозде у входа в мастерскую.

Оксана положила зеркало на стол и махнула рукой. Я пошел следом, а несносный, и что-то больно молчаливый в последние несколько минут, голем гордо поехал на моем плече.

Мы прошли в спрятанный за полками проем и оказались в задней части лавки. Мастерская превосходила размерами сам магазин. К стенам прижались, заваленные металлическими болванками, верстаки. Над ними висели инструменты и заготовки для ножей. У кузнечного горна, занимающего весь центр мастерской, примостился точильный камень и корыта для закалки. Из печи шел сухой жар. Между горнилом и вытяжкой начиналась, уходящая вниз, лестница, ведущая, судя по всему, в подвал.

Ключ висел рядом с дверным проемом. Сняв его с гвоздя, Оксана обошла горн. Я на мгновение отвлекся, чтобы снять зацепившийся за верстак край рубахи, а когда повернулся, с удивлением обнаружил, что у защитницы в руках огромный меч. Как она его держит? Он же должен быть страшно тяжелый. Таких мечей никто не делает. Двух метровой длины и шириной почти метр. Да им же невозможно сражаться. К тому же, Оксана не сняла с него ножны. Может это они широкие, а клинок обыкновенный?

— Откуда у нее все эти предметы. Перышко, зеркало. Теперь, вообще меч. — пробормотал я.

— У нее невидимая бездонная сумка. — ответил на мой вопрос голем. — Очень дорогая вещь.

— А что за железяка у нее в руках, ты тоже знаешь? — съязвил я.

— Конечно. — ничуть не сомневаясь, ответил Евлампий. — Это не железяка, а самый настоящий солнечный меч. Я однажды видел его изображение на стенах чистилища.

— Всезнайка. — еле слышно проговорил я.

Голем уже подтянулся на цепочке поближе к моему уху, собираясь ответить, но в этот момент обернулась Оксана. В ее глазах сверкал пламенный багрянец закатного солнца.

— Вам лучше подождать здесь. — сказала она не терпящим возражения тоном.

— Согласен.

— А я нет. — встрял голем. — Вам может понадобиться помощь.

Оксана покачала головой и спустилась в подвал.

— Идем за ней. — не унимался Евлампий.

— Ты самый сумасшедший голем на свете.

— Не тыкай мне.

Я примирительно поднял руки.

— Давай перейдем на ты. Я уже устал постоянно подставлять «те» в конце слов.

— И что это изменит? — надменно поинтересовался Евлампий.

— Мы станем тыкать друг другу, но при этом пойдем в подвал. Понаблюдаем за происходящим и, если Оксане вдруг понадобится наша помощь, немедленно вмешаемся, договорились?

— По рукам. — согласился голем, выставив свой овалообразный камешек.

Я попытался аккуратно, мизинчиком, стукнуть по его протянутой руке, но он все равно соскочил с плеча, болтаясь на цепочке.

— Аккуратней, оборотень! — закричал он.

Наверное, я совершил страшную ошибку, перейдя с этим кирпичом на неформальные отношения, будущее покажет. В тот момент, я думал, что идея отличная.

— Разве мы сможем ей помочь. — решил я перевести тему.

— Помочь можно всегда! — высокопарно ответил голем.

Тяжело спорить с фанатиком. Ему нельзя противопоставить ни один разумный довод. Ведь фанатик всегда прав. Хотя, в каком-то смысле, мы все фанатики.

— Я не знаю, как работает солнечный меч и поэтому, боюсь.

— О тут есть чего бояться. — согласился Евлампий. — Говорят, что в ножны меча встроен самый настоящий портал, и лезвие постоянно находится на солнце. Оно чистейший солнечный свет. Для любого вампира это верная смерть!

— Ого! — согласился я, подойдя к лестнице в подвал.

— А нас он не сожжет?

— Не должен. — не слишком уверенно проговорил голем, косясь в мою сторону, и пробормотал, кажется «мне точно ничего не будет».

Я решил, что не пойду, но проклятое любопытство взяло верх. Я сошел на две ступеньки, потом еще на три. Из полуоткрытой двери в подвал торчал ключ.

— Поторопись же. — проворчал голем.

Я сделал еще шаг и услышал Оксанин голос.

— Что с принцем?