Роман Синицин – Необычайно обычные люди (страница 5)
Да вот, к этой бабушке и положим. Здесь принято с родственниками лежать. На новом кладбище не хотят хоронить. Всем поближе к родне подавай. Хотя уже какая разница для них? Душа уходит, а здесь одно тело лежит, – сказал Лёха.
А что, так можно? Это же вандализм какой-то.
Да, можно, если больше пятнадцати лет уже прошло.
На памятнике было фото улыбающийся во весь рот старушки в косынке. И надпись – Булгакова Фросья Петровна, 1895-1994. Внизу было подписано: «Хорошо мне, я уже там, а вы всё мучаетесь здесь.
Прикольная бабушка, – сказал бригадир и сфотографировал памятник на телефон.
Не фига себе, 99 лет прожила, – удивился я.
Да тут почти все так долго живут. Только вот последнее время молодёжи много помирать стало. Алкоголь и наркотики. А вот поколение постарше долго живут, – поделился Игорёк.
А у нас в городе редко до 70ти доживают, и то женщины, а мужики и того раньше помирают. Дай Бог, до 65ти дожить. Ну, а о молодых и не говорю, – ответил я.
Свернув надгробие, мы стали копать, сначала Дима, потом Игорёк, а потом начал копать я. Земля была как пух. Точнее, песок, а не земля. Я копал, а он всё обваливался, делая могилу всё шире и шире. Вскоре я откопал тазобедренный сустав, потом руку, потом череп, потом туфельки. А потом ещё череп и ещё чьи-то ботинки и ещё ногу.
Ты соседей-то прекращай выкидывать. Запихивай обратно. И так уже тут лишку накидал. Их же надо будет потом обратно прикопать, – велел мне Алексей.
Он выложил на земле три пирамидки из черепов и косточек сфотографировав их.
Да это же Верещягин! Апокалипсис сегодня, – прокомментировал Дима.
Апофеоз войны, бездарь, – ответил бугор, – реализм, мать твою за ногу.
Ну а я продолжил докапывать, попутно распихивая косточки и не сгнившие остатки одежды в стенки могилы. Точнее уже небольшого котлованчика. Пока я копал, Алексей решил развлечь меня рассказом:
Прикинь, Ромыч, вчера приезжаем к одной вдове на квартиру. Тело лежит в комнате на кровати, одной спинки нет, ноги на табуретках. Длиннющий, зараза, метра два поди. Мы его и так и сяк, в гроб не влезает, коленки выпирают. А нам надо с пятого этажа уже в гробу вынести. На улице полгорода стоит попрощаться. Ветеран какой-то, орденоносец, заслуженный деятель. Короче, без крышки не спустить, выпадет, а крышку закрыть ноги не дают. Так жёнушка что удумала. Принесла нам ножовку, вы, говорит, ноги ему отпилите и рядом положите. А я, говорит, вам расписку дам, что согласна, даже не сомневаетесь.
Ну и что, отпилили?
Да ты что. Нас бы сразу по соседству с кладбищем переселили (стены зоны находились буквально в ста метрах от погоста).
Ну и как вопрос решили?
Да Игорёк всем телом на крышку налёг, а мы с Димоном заколотили. У подъезда открыли, он там уже поумялся, принял нужное положение. Второй раз уже закрывать проще было.
В завершение Лёха запрыгнул в яму, откопал там нишу и зарыл оставшиеся черепа и кости. Попутно подправил стенки, и стало похоже на могилу. Мы положили покаты (палки, на которые ставится гроб) и пошли в храм, забирать тело после отпевания.
К телу ещё прилагалось человек 60 родственников, с которыми мы дружной процессией, во главе с батюшкой, и отправились обратно на встречу с улыбчивой бабушкой.
Мы поставили гроб на покаты. И батюшка толкнул речь. Про то, что все мы смертны и смерть тела дана нам Богом за наши грехи. А вот душа будет жить вечно. И за свои греховные поступки надо каяться ещё при жизни, а там уже поздно будет. Но вот именно этот человек обязательно попадёт в рай и вся епархия за него будет дружно молиться, ходатайствуя перед Господом. Ну и так далее. Денег в гроб не кидать, а лучше отдать на богоугодные дела святому отцу. А уж батюшка то знает, какие дела богоугодны. Водку на кладбище не жрать, не полагается. А только на поминках слегка пригубить. Законопослушная паства кивала головой, типа конечно, батюшка, всё так и будет. Святой отец безусловно им поверил (он же верующий) и удалился со спокойной душой, выполнив свою миссию.
Мы продёрнули верёвки под гробом и собрались уже отпускать тело усопшего в могилу. Но тут появился новый оратор. Дедок, лет под 90. Он залез на самую высокую насыпь и начал голосить, махая кепкой, как Ленин на броневике. Про то, какой нелёгкий жизненный путь пришлось пройти его другу. Про то, как ещё будучи мальчишкой, в гражданскую, Пантелеймон подавал пулемётные ленты будёновцам на тачанках. И как Семён Михалыч лично целовал Пантелея в засос, вручая ему орден. А потом была война в Испании и Пантюха лично чуть не подстрелил Франсиско Франко из снайперской винтовки. Целился в глаз, но по касательной зацепил ухо.
А я наблюдал, как насыпь потихоньку стала осыпаться обратно в могилу. Но было неудобно отвлекать человека. Наш оратор всё продолжал – потом была финская, а потом отечественная, на танке и в самолёте. Кто-то крикнул из толпы:
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.