Роман Сидоркин – Городской ужас (страница 14)

– Тут не надо ехать – до дороги прямо, потом направо и всё время прямо. Вверх по шоссе подниметесь, там холмы и с левой стороны будет.

– Спасибо.

Он пошёл в направлении, указанном горожанином. Впереди стояло множество церквей, их позолоченные кресты поблёскивали в свете то и дело прятавшегося за облаками солнца. «Этот город больше напоминает пристройку к религиозным сооружениям, чем обычный провинциальный город», – подумал Влад. Трудно судить насколько это отражается на горожанах – у него не было времени поговорить с кем-нибудь, но православное христианство явно оставило большой отпечаток на культуре этого места.

Стены и башни лавры появились в поле зрения сразу, как он преодолел последний подъём. Прямо перед ним расположился большой мощёный сквер, а напротив стены стояла ещё одна, только живая – из часто насаженных высоких деревьев.

Ворота были открыты. По пути к ним стояло несколько попрошаек. Среди них был один человек в чёрной рясе и с длинной бородой. Он очень активно агитировал давать ему деньги.

– Подайте пожертвование на реставрацию храма, – обратился он к Владиславу.

Влад начал доставать кошелёк, но потом сомнения одолели, и он решил спросить что за храм, и не запрещён ли церковью такой способ сбора пожертвований.

– Никольский храм, здесь на окраине города, – скороговоркой проговорил длиннобородый. – Нам не запрещено этим заниматься.

Влад заметил, что глаза на его круглом лице бегали, когда он выговаривал всё это, и молча пошёл дальше.

За воротами оказалось обширное дворовое пространство, за которым была ещё одна стена. В Средневековой Руси такие монастыри были лучшими крепостями. Между стенами расположились торговые лавки, в которых, судя по картинкам, продавалась выпечка и прочие монастырские продукты. Влад решил зайти сюда на обратном пути. За вторыми воротами оказался просторный, очень ухоженный двор с подстриженными кустами и установленной в центре чашей, через края которой перетекала вода. Дальше мощёные дорожки расходились в разные стороны, в конце каждой из которых располагался храм.

– Простите, – Влад обратился к торопливо шедшему куда-то молодому священнику – Вы не подскажете, где работает отец Илларион?

Священник очень долго для своей спешки смотрел на него. Потом, переступив с ноги на ногу, ответил, что сейчас Илларион не принимает, а его служба начнётся в одиннадцать часов.

– Сейчас без чего-то восемь, – сказал Владислав.

– Вы можете подождать у нас в столовой… – как-то неуверенно выговорил священник – или в городе.

– А могу я поговорить с кем-нибудь из вашего начальства?

– Настоятель и все сейчас заняты…

– Вы ведь знаете, чем занимается Илларион? – с раздражением спросил Владислав.

– Знаю, не все у нас это одобряют…

– Мне без разницы. Я к нему по очень важному делу. ОЧЕНЬ, понимаете?

Парень снова долго смотрел на него, колеблясь. Наконец он сказал:

– Вон административный корпус. Но не факт, что вас примут, у людей много работы…

– Спасибо.

Влад быстрым шагом направился в сторону указанного здания.

Снаружи это было довольно высокое, симпатичное трёхэтажное здание с ровными жёлтыми стенами и посвёркивающими окнами с узкими хромированными рамами, но внутри всё оказалось головокружительно роскошно. Влад не был уверен, что это здание предназначалось для посещения посторонними, так что чувствовал себя нарушителем некоей тайны закрытого сообщества. Зелёные стены, обитые бархатом и декоративные колонны из красного мрамора, отделанные золотом бордюры под потолками и тяжёлые пурпурные портьеры произвели на него смешанное впечатление. С одной стороны можно порадоваться за процветание православия, которое в отличие от западного христианства обосновалось в более суровых и политически нестабильных регионах планеты, но с другой: зачем всё это?

Отыскать кабинет настоятеля оказалось довольно легко: это была двустворчатая дверь без каких-либо надписей. Влад постучал, из-за двери ответил приятный баритон, выдававший в его хозяине очень большой ум.

– Да? – спросил он.

Только что Влад понял, что не решил, что будет говорить.

– Мм, разрешите войти, – попросил он.

После очень короткой паузы бархатистый голос сказал:

– Входите.

Если церковные декораторы хотели придавить посетителей этой роскошью, то с Владом это сработало. Внутренность просторного помещения была отделана деревянными панелями, тут тоже присутствовало золото. В одном углу расположился стол с малахитовой крышкой и позолоченными подставками для канцелярских предметов. В противоположном углу расположились низкие кресла с кривыми ножками и роскошной обивкой, расставленные полукругом, видимо для важных гостей Лавры. Однако цель, приведшая его сюда, была слишком серьёзной – он просто не мог позволить себе терять время.

– Меня зовут Владислав, – представился Влад.

– Евстахий, – улыбнулся полный человек с жидкой седой бородой и с очень проницательными глазами, привставая из-за стола и протягивая руку.

Владислав несколько удивился тому, что священник не прибавил к своему имени слова «Отец» или чего-то в таком духе. Этот человек производил очень благоприятное впечатление.

– Присаживайтесь, – также мягко сказал настоятель.

Влад сел на стоящий рядом стул, обитый плотной тканью с вышитыми цветами.

– Я бы хотел поговорить с отцом Илларионом, – впервые в жизни чувствуя неловкость, что переходит сразу к делу, но, не зная, что ещё говорить, сказал Владислав.

– Сейчас он готовится к службе, подождите немного – служба начнётся в одиннадцать.

– Я это знаю, но мне нужно поговорить с ним лично. У меня вопрос… Очень специфический.

– Учитывая специфику работы отца Иллариона, могу себе представить. Вы ведь видели его ролики на «Ютьюбе»? Я хочу сказать, к нему приходит много людей…

Влад понял, что ему намекают на то, что он не один такой, но не знал, как объяснить особенность своей ситуации.

– Моя девушка недавно умерла, – слова сами вырвались из его рта.

На лбу отца Евстахия появилась вертикальная морщина.

– Как это произошло? – спросил он.

– Мы спали вместе. Мне приснился сон…

– Вы давно были вместе?

– Это был первый раз, когда мы спали и до этого были не очень долго знакомы, – он чувствовал, что краснеет.

– Продолжайте.

– Было ощущение, как будто я куда-то проваливался. Такое бывает во снах, я знаю, но тут у меня было чёткое обоснование, почему я должен опуститься туда. Месяц назад я столкнулся с чем-то, что выползло из канализации… – он помолчал – Это сложно объяснить.

– Продолжайте, не беспокойтесь, – мягким голосом, но очень внимательно глядя на Владислава, сказал священник.

– В Москве, на Тверской я столкнулся с чем-то, что торчало из канализационного люка – это были чёрные щупальца. Я потерял сознание и последнее, что помню – это как одно из щупалец берёт и утаскивает шоколадку «Сникерс», которую я держал в руках. Потом начались всякие кошмары. Я почти перестал различать реальность и сон.

– Вы что-нибудь слышали?

– Да. Если бы я был верующим, то назвал бы это пением ангелов.

– Это были точно не ангелы. Продолжайте.

– Оно было таким, что… Если может быть оргазм, не связанный с половым удовлетворением, – проговорил Владислав, несколько смущаясь – то в тот момент случился именно он. Это как какой-то разрыв в голове, несущий непередаваемый восторг, что аж слёзы текут. А потом, как я сказал, из канализации вылезли эти щупальца, и я потерял сознание.

– Помимо смерти девушки, как её звали, кстати?

– Валерия.

– Я помолюсь за неё.

Из глаз отца Евстахия лилось искреннее сочувствие.

– Помимо смерти Валерии, были ещё случаи подобного взаимодействия Ваших близких и этих исчадий?

– Вы думаете их несколько? Мне показалось, что существо было одно, я назвал его Крабусом, а вот влияние его распространилось широко. Да, такие случаи были. Отец поймал руку матери, когда она хотела ударить его спицей во сне. Перед этим она сожгла семейную Библию, напечатанную с дореволюционной орфографией. И ещё одна знакомая говорила о парне, который непосредственно столкнулся с Крабусом. У него было похищено кольцо. Я не знаю что с ним сейчас.

Отец Евстахий глубоко задумался. Он опустил лицо, сцепив руки на животе, и долго сидел в таком положении.

– Что это? – спросил Влад.

– Нечто очень нехорошее, – ответил настоятель – Вам лучше пойти к отцу Иллариону. У нас с ним натянутые отношения, далеко не все разделяют его методы, так что не могу гарантировать, что он вас примет. Попробуйте. Если он не станет разговаривать, приходите к нему на службу. Он проводит обряд изгнания прямо на ней. Предупреждаю, выглядит это странно, некоторые у нас считают, что даже карнавально. Старайтесь не приближаться к людям слишком близко и следите за своими ощущениями. Зло, если является в физическом обличье, старается принимать незаметные формы: это может быть тень на периферии зрения или насекомое.

– А Вы что-то будете делать со всем этим? – спросил Владислав.