Роман Савенков – Отмеченный молнией (страница 4)

Тяжелая входная дверь грохнула о косяк, возвестив о том, что грозный служитель закона вернулся на место преступления. Хозяин заведения машинально перетирал пивные кружки, всех посетителей разогнали по домам, как и было условлено. Физиономия владельца была мрачной. Умом он понимал, что обвинение в убийстве ему не грозит, однако сердцем страшился последствий сегодняшних событий. Ведь под его кровом сегодня прикончили не рядового забулдыгу, а человека известного, с положением.

Каждая таверна в предместьях имеет этаж, а то и два со съемными комнатами. Кто-то не рассчитал свои силы за столом и теперь желает проспаться; кому-то срочно понадобилось уединиться с возлюбленной или уличной девкой; кроме того, есть возчики, распорядители купцов и масса проезжего люда, которому требуется не только пища, но и кров. Одну из таких комнат снимал джентльмен вольной профессии по прозвищу Седло. Говорили, будто бы в юности он работал конным объездчиком в Зомердаге, отсюда и кличка. Этот достойный деятель отвечал за всю криминальную жизнь в окрестных кварталах. Отвечал, пока кому-то не пришла в голову мысль его прикончить. И вот теперь его труп медленно остывал в съемной комнате наверху, а владелец таверны «Под висельником» томился в ожидании изматывающих допросов полиции и неприятных бесед с подельниками убитого.

Магат тяжело опустился на стул подле входа, где сидел ранее, и кивком известил хозяина о том, что не возражает против еще одной рюмочки барбарисовой настойки. Всем заправилам питейного бизнеса в Овергоре надлежало знать о том, что старший агент тайной полиции не равнодушен к этому терпкому напитку. У тугодумов или забывчивых дела шли из рук вон плохо. Хозяин этого заведения не был ни забывчивым, ни тугодумом.

Внезапно входная дверь заведения с грохотом распахнулась, и в питейный зал ввалилась троица подвыпивших посетителей. Они были выходцами из Венбада, как с ходу определил Магат. Эта провинция снабжала весь Овергор редким синим мрамором, там ценилась мужская сила, отчего всех подростков, неважно какого сословия, отдавали минимум на год трудиться в каменоломни. Венбадца всегда можно было узнать по мощным плечам, жилистой шее и наглой роже. У этих посетителей, кроме вышеозначенных атрибутов, присутствовала еще и отвага, что порождается спиртным, а затем бесследно исчезает поутру.

– Мы закрыты, – прозвучал от стойки полный сожаления голос владельца.

– А мы вас и не открываем, – заявил один из венбадцев с неприятной улыбкой на щетинистой физиономии. – Ты же не откажешь прохожим в кружке пива? Боги такого жлобства не одобрят. Давай, шевелись, толстопузый! Выпьем по кружечке и двинем дальше.

История старая, как мир. Поскольку с его основания в нем существует гордыня. Из которой, как из общего корня, произрастают все прочие грехи. Не то, чтобы Магат был чрезмерно религиозен. Скорее, он не любил тех, кто был наглее его самого. Опершись рукой о спинку стула, он поднялся с места и шагнул к посетителям:

– Заведение закрыто, – произнес он.

Его голос был тусклым, как гаснущий ночник.

В каждой компании, даже в группе случайных собутыльников всегда появляется свой разгульный демон. Был он и тут. Венбадец, что ответил хозяину таверны, прошелся оценивающим взглядом по неуклюжей фигуре Магата. Казалось, он прикидывает, что проще – врезать незнакомцу промеж глаз или свести дело к шутке. Через мгновение он принял решение и по-приятельски хлопнул Магата по плечу:

– Не шуми, толстячок. Мы и тебя угостим. Ты же не откажешься выпить с нами за победу в войне? Или ты не за Овергор, а сочувствуешь Фоллсу?

Многие преступления обертываются в сверкающую оболочку патриотизма. Своим вопросом венбадцы изрядно разозлили старшего агента, поэтому он решил не церемониться с незваными гостями.

Хозяин заведения исподлобья следил за конфликтом. Он понимал, что сейчас случится, но испытывал некоторые сомнения в результате. Про Магата ходили разные и по большей части недобрые слухи. Но пожилой служака вышел один против троих пьяных здоровяков. А ну, как не справится? Что тогда делать? Прийти ему на помощь? В итоге он решил, что правильнее будет подсобить служителю закона и потому нашарил под стойкой припасенную именно для таких случаев дубинку.

Но его помощь не понадобилась. Магат плавно, словно большой кот, сместился в сторону и саданул носком тяжелого ботинка по голени наглеца, следующим движением с разворота заехав тому локтем в челюсть. Бедняга обрушился, как базальтовая скала, и неминуемо размозжил бы себе затылок о каменные плиты пола, но его спасли стоящие позади него стулья. Один он перевернул, а второй просто рассыпался под его весом.

«Опять убыток, – с тоской подумал хозяин. – А кто заплатит? Никто».

Такие внезапные атаки обычно порождают в людях замешательство и неуверенность, но к несчастью для себя, дружок пострадавшего оказался не робкого десятка. Он рванулся вперед, отводя кулак для удара. Магат флегматично наблюдал за противником, а потом с неожиданной для его комплекции скоростью ушел с линии атаки, выбросив навстречу венбадцу открытую ладонь. Его пальцы ткнули нападавшего прямо в кадык, отчего тот поперхнулся собственным перегаром и захрипел. Не давая ему и секунды, чтобы опомниться, Магат сокрушительным ударом в печень буквально сложил здоровяка пополам. Незадачливый гуляка сунулся под соседний стол и свернулся там в позе зародыша.

Тем временем первый из нападавших, тряхнув башкой, точно оглушенный бык, сделал попытку подняться на ноги. Делано неспешным движением Магат подхватил стул и одним ударом вдребезги разнес его о спину верзилы.

«Ну, вот, минус еще один», – совсем приуныл хозяин.

Магат с грохотом швырнул ножку стула под ноги оставшемуся на ногах гуляке, отвернул лацкан своей епанчи и засветил венбадцу овальную бляху жетона тайной полиции.

– Стоять смирно! Вы что, овечьи сожители, не понимаете хорошего обращения? – прорычал полицейский. – Бунтовать вздумали? Да я вас в землю втопчу!

Только один из посетителей смог выполнить его требование, потому что остальные в этот момент лежали на полу и не двигались.

– Мы честные возчики, ваша честь, – пробормотал венбадец. – Сегодня получили расчет и хотели немного сбросить пар.

– Будем считать, что вы своего добились. Если я еще раз увижу поблизости ваши рожи, то сначала выбью из вас всю венбадскую пыль, а потом отдам на расправу судейским. А сейчас поднимай своих дружков и марш отсюда. Хотя погоди-ка.

Магат наклонился к лежащему, сорвал с его пояса кошель и перебросил его трактирщику.

– Вычти с них за мебель, – приказал полицейский. – И за беспокойство.

Хозяин с радостью исполнил приказание и перебросил кошель обратно.

Магат заглянул в изрядно похудевшее вместилище и сказал:

– Держи. Тут еще хватит на перевязку для твоих приятелей. Приют богини Скельды находится в трех кварталах от Серебряных ворот. Советую сразу туда наведаться. Вам еще повезло, что мебель здесь такая хлипкая.

– Благодарю вас, ваша честь.

– Исчезните.

Магат тяжело опустился на свое прежнее место, не обращая более никакого внимания на гуляк. Через минуту возни и невнятных стонов входная дверь таверны хлопнула и стало тихо.

Агент тайной полиции размышлял о персоне покойника. Седло никогда не был скор на расправу, что обеспечило ему репутацию рассудительного человека. В его владениях не поощряли душегубов, количество квартирных краж было минимальным, практически отсутствовали разбойные налеты, более того, каждый подобный прецедент, как правило, разбирался еще до появления тайной полиции. Прибывшим на место преступления стражам порядка чаще всего прямо указывали на виновников, а иногда даже передавали их из рук в руки в связанном виде. Подвыпившие гуляки, что перестали бдительно следить за своей мошной, напротив, считались здесь законной добычей. Как и зазевавшиеся прохожие. Кроме того, шайка Седла контролировала азартные игры, надзирала за работой девиц легкого поведения, не чуралась контрабанды. Бандиты также организовали в своем районе сеть подпольного тотализатора, где принимались ставки на события, касавшиеся войны и Солдатской школы, поскольку вокруг войны в Овергоре вращалось очень многое. Все эти источники доходов обеспечивали Седлу и его людям приличный достаток, а гнусными стяжателями они никогда не были. Более того – иногда их братия оказывала тайной полиции неоценимую помощь, как, например, полгода назад с делом Фонвирта.

Случай был типичный: преставился владелец крупной гончарной мастерской. Судебный врач указал причиной смерти апоплексический удар, о чем свидетельствовал мощный прилив крови к мозгу. Тем бы все и закончилось, если бы не люди Седла. Они сообщили Магату, что какое-то время назад достойный делец обзавелся молодой женой, красоткой со строптивым характером и неуемным темпераментом, справиться с которым Фонвирту в его возрасте было никак невозможно. Так что через какое-то время новобрачная завела шашни с одним из его мастеров, молодым парнем, что не смог устоять перед ее чарами.

Спустя недолгий срок по кварталу поползли шепотки. Как это бывает, до поры законный супруг был слеп к тому, что творилось у него под самым носом, но потом добрые люди из самых чистых намерений просветили рогоносца на предмет увлечений его второй половины. Над юной особой забрезжила перспектива позорного развода, а над ее любовником – потеря работы с волчьим билетом, без всяких шансов на трудоустройство по профессии. Какой нормальный делец возьмет к себе на службу типа, имеющего обыкновение залезать под юбку к жене работодателя? А у многих достойных людей имелись не только жены, но и дочери. Как можно запускать в курятник шкодливую лисицу? В свете грядущих событий парочка, недолго думая, решила накормить беднягу Фонвирта похлебкой с соком ядовитого молочая и, тем самым, избежать разоблачения, а заодно прибрать к рукам процветающее дело. На все эти обстоятельства обратили внимание тайной полиции подручные Седла, несомненно по его прямой указке.