Роман Романович – Наследник Мудрецов. Том 6 (страница 51)

Ситуация была настолько неоднозначной, что я новый термин придумал — аморальный рационализм. Мы опоздали, и это факт. Уйти сейчас — это впустую потерять время. Если Эльдар действительно отомстил и мы застанем пепелище на месте наших домов, то… То даже отомстить не сможем. Повторить экспедицию? И что это будет? Бегать туда-обратно, впустую время тратить. Нерационально. Но внутри сидела тревога, которую у меня не получалось полностью подавить.

Поэтому и говорю. Аморальная рациональность. Не переживать за близких не получалось. Одна только мысль о том, что с братом и матерью что-то случится, вызывала приступ боли и паники. Никакая броня не помогала. Но что делать-то? Я просто не знал. Даже идти сейчас не был способен. Поэтому терпел, сосредоточился на восстановлении и медитациях. Мне любезно помогали дойти до подходящих точек. Что не отменяло общего напряжения. Все какие-то нервные ходили.

Когда я более-менее пришёл в себя, Кощей снова отвёл меня на разговор.

— Что думаешь по ситуации?

— Новые термины генерирую.

— А-а? — вскинул он бровь.

— Аморальная рациональность. Когда хочется бежать домой, узнать судьбу близких, но это нерационально.

Поймав себя на том, что не смотрю на капитана, подавил неприязнь и всё же глянул. Нет смысла обострять отношения. Но его бесцеремонность — запомнил. Всё понимаю, не осуждаю, но осадочек остался. Насколько вижу — взаимный. Возможно, капитан также понимает, что на самом деле не я убил его брата, но что победит — рацио или эмоции? Хотя нет, не так. Победили бы эмоции — это вылилось бы в куда более бурную реакцию. А так побеждает рацио, но чувства оказывают влияние, намечают разлад.

— Типично для Разумовичей, — ответил мужчина, что прозвучало как укол. — Как понимаю, нет смысла спрашивать, готов ли ты вернуться.

— Пока во владетели не прорвусь — не готов, — качнул я головой.

— Даже если это будет стоить жизни твоим близким?

— Если бы это стоило жизни моим близким, я бы уже бежал со всех ног, нёсся бы через Тень и спешил домой. Но больше сорока дней прошло… — покачал я головой. — В чём смысл разговора, капитан? Вы тоже никуда не несётесь.

— Ты прав, — вздохнул он. — Я пришёл обсудить, как нам ускорить процесс.

— Предположу, что хотите взяться за главное чудовище.

— Ты прав. Не просто же так он сидит в центре горы. Именно там лучшее место для прорыва. Если уйти туда…

— Если убьём властелина, что вообще не факт, — перебил я, — со всей округи на освободившееся место повалят монстры. Тогда нам придётся отбиваться каждый день. Скорее, даже каждый час. Разумно подойти к этому моменту, когда отряд подготовится. Спешка сейчас может обойтись нам очень дорого, капитан.

— Ты уже всё обдумал, — кивнул он каким-то своим мыслям. — Что ж… Это действительно рационально.

— Но вы не послушаете?

— Сколько тебе нужно ещё времени на полное восстановление?

— Дайте мне… — прикинул я, — хотя бы три дня.

— У тебя два дня. После начнём прокладывать путь к центру горы. Зачистим всех тварей на пути. А там и за хозяина этих земель возьмёмся.

— Как прикажете.

Не могу сказать, что так уж против этого плана. Есть минусы, но и причины поступить именно так тоже имеются.

На следующий день, когда наши воины ушли бить очередных тварей, что показались рядом, я остался с Михаилом. Занимался он тем, что готовил обед. Я же просто сидел, пялился на огонь и анализировал, как даёт о себе знать появившаяся фобия. Огонь пугал, отзывался болью в руках, заставлял чувствовать себя неуютно.

Поддаваться этому чувству я не собирался, поэтому и пялился так часами, выжигал заразу одним лишь упрямством.

— Без обид, парень, — заговорил вдруг Михаил, — но больно ты подозрительный.

— Тебе поболтать захотелось? — спросил я без особо энтузиазма.

— Да куда ни ткни, в тайну попадёшь. А там, где тайны, там и обман.

— По отношению к тебе это тоже справедливо. Это ведь ты Охотник у нас. Кто знает, вдруг обличье менять умеешь.

— Обвинить меня в чём-то хочешь? — вскинул он брови.

— Обычная логика. Ты можешь обвинять меня в той-же степени, что и я — тебя.

— Я-то знаю, что не предатель, — ответил он угрюмо.

— Уверен?

— Как в этом можно сомневаться? — глянул он с вызовом.

— То есть летающую маску, которая била по мозгам, ты пропустил, — покивал я. — Кто знает, может, ты уже давно себе не принадлежишь и не подозреваешь об этом.

Михаил прищурился и… задумался. Надеюсь, я ему мозги не сломаю.

И всё же с Властью было что-то не то. Какой-то подвох скрывался в её развитии.

Я в эти дни, которые мне отвели на восстановление, на месте не сидел. Сразился ещё с парочкой владетелей. И — ничего. Мой Дар поглощал силу, но дальше определённой планки не переходил. Уплотнился, но и это быстро прекратилось. Излишки же неожиданно стали перебрасываться на Батарейку, то есть в общую сферу, где все Дары были размещены.

Не добившись никакого эффекта, ушёл на план Тени и там провёл несколько долгих часов, истребляя живность. Все эти дни и питомца себе нового найти пытался, но не получалось. То это были непонятные твари, с которыми связываться не хотелось. То, если попадался кто подходящий, он либо быстро умирал, либо сбегал, либо ещё что, но ни разу нормального подчинения провести не удалось. Это удручало, но не то чтобы сильно. Медитации и поглощение чужих теней подстегнули развитие моего Дара. Тень почти сравнялась по силе с Властью. Там и там, можно сказать, я достиг пикового состояния.

Око тоже прибавил в силе. Был маленький разведчик, а за эти полтора месяца отожрался до размеров крупной собаки.

Но ё-маё. Где моя армия, а⁈

Время вышло, Кощей приказал воплотить в жизнь наш безумный план.

Для этого мы поймали сочную, мясистую тушу какой-то твари. Не буду рассказывать, что пришлось испытать зверушке, но в момент попадания на ужин она была ещё живой и на последнем издыхании верещала. С миной и заклинанием в животе. Магия внутри была убойная, но примитивная. Верде-каркас и много-много заряженного пламени, сжатого, разумеется. Как только каркас будет нарушен, должно рвануть вместе с миной.

Первая часть плана прошла без сучка. Тушу доставили. Из-за криков хозяин здешних земель проснулся, поднялось одно из его щупалец, придвинулось к туше, и ту подняло Властью в воздух. После чего открылась воистину гигантская пасть, в которую ужин и закинули.

— Сейчас узнаем, был ли смысл сюда идти, — тихо сказал Кощей.

Ждать пришлось недолго. Вдруг из пасти повалил дым. По монстру прокатилась судорога и… он рыгнул, выпустив облачко дыма.

Мы простояли ещё с минуту — и ничего.

Точнее, «чего» и ещё как. Внезапно накатила чужая Власть, и мы оба ушли в Тень. Там нас тоже приложило, но сбежали, разминулись с расплатой. Вышли в стороне и топали какое-то время молча.

— Возможно, он сдохнет позже, — предположил я.

— Или нет.

— Или нет, — согласился я с очевидным.

Было отчего приуныть.

Когда дошли до базы, то есть пещеры, застали странную картину. Почему-то вся пятёрка встала в ряд и склонила головы.

— Чего это они… — пробормотал я, не видя опасности.

И не ощущая её Властью. Но стоило сделать несколько шагов, как мы с Кощеем дружно остановились.

У нас перед пещерой точно не было каменного трона. А ещё там не было этого существа, чей Дар запылал для меня не хуже солнца, показывая уровень владения Властью куда выше, чем у монстра среди скал.

И уж точно у этого гостя было куда больше благородства, чем у туши-властелина.

Это существо отличалось от тех Мудрецов, что я встречал. Отличалось оно и от статуй церкви Мудрости.

Мудрец был высок. Серая, бледная кожа добавляла аристократичности. Волосы были длинны, касались плеч, уходили ниже и двигались сами по себе, будто водоросли в спокойной воде. Глаза полностью чёрные, а кожа… Это существо не шевелилось, и в другой обстановке я бы подумал, что вижу статую. Также этот Мудрец носил одежду, которая напоминала человеческую. Нечто похожее на камзол. Цвета серебра и с затейливым узором, значение которого так с ходу определить не получилось.

Да и не пытался я.

Признаюсь, я испытал самый настоящий страх перед этой мощью.

— Так вот кто обижает моего зверя… — медленно проговорило это существо.

Весь его вид отражал вселенскую скуку. Мудрец подпирал кулаком щеку и каких-то эмоций ни лицом, ни голосом не выказывал.

Сдвинувшись, он плавно поднялся, чем вызвал необъяснимый приступ желания встать на колено и отдать почести столь властному, в разных смыслах, существу.

Самое удивительно — я не ощущал его Власти, но и свою перестал чувствовать. Насколько же он сильнее…