Роман Романович – Наследник Мудрецов. Том 10 (страница 10)

После разговора с Валовым Аркадий Павлович почувствовал плюс-минус ничего. Это надо быть совсем неопытным политиком, чтобы всерьёз ожидать от людей, что они будут действовать так, как того от них ждёшь.

Люди на то и люди, что стремятся на каждом шагу создать проблемы, как себе, так и окружающим. Так что, по мнению императора, разговор прошёл штатно. Разыграть его можно было совсем иначе, надавить, но это такая себе затея. Валовой и с довольно мягкого предложения на принцип пошёл. Устранить такого строптивого — так потеряешь ценный ресурс. Спровоцировать на конфликт — что может натворить парень, способный вскрыть императорскую сокровищницу не напрягаясь, представить было слишком легко.

Поэтому Смородинский закончил разговор, обдумал итоги, отдал несколько распоряжений, чтобы подготовили кое-какие доклады по Валовому, да переключился на другие дела.

Милгардов же пригласил на следующий день. Трувана Аркановича и двух его жён. Что само по себе должно было послужить намёком, о чём пойдёт речь.

— Ваше величество, — поклонился Милгард, когда зашёл.

— Проходи, Труван Арканович. Дамы, — благосклонно кивнул Смородинский двум женщинам. — Как самочувствие Аркана Димитрича?

— Идёт на поправку, — нейтрально ответил мужчина. — Как ваш сын?

— С ним тоже всё хорошо. За что стоит сказать отдельное спасибо госпоже Церере и её протеже, — обозначил улыбку Смородинский.

На это Церера едва заметно прищурилась, но ничего не сказала.

— Вы присаживайтесь, — пригласил Аркадий Павлович. — Разговор вряд ли выйдет коротким.

— О чём пойдёт речь? — спросил Труван.

— Во-первых, хотел ещё раз поблагодарить вас за участие в той операции. Вы, как и ожидалось, блестяще справились с задачей, — сказал император, имея в виду создание портала для переброски врагов за Грань. — Разумеется, все наши договорённости в силе.

— Отрадно это слышать, — скупо кивнул Труван Арканович, который хорошо понимал, что до главного блюда на этой встрече ещё не дошло.

— Во-вторых, — спокойно продолжил император. — Я в курсе, что Сергей Валовой, жених Солейны, умеет воздействовать на чужие Дары и даже забирать их.

Заявлять такое было немного рискованно. Существовала вероятность, что Милгарды не в курсе. Но незначительная вероятность. Как бы Сергей помог Глебу, если бы не раскрыл свои способности? А там сложить одно с другим не так уж сложно.

— О чём это вы? — нахмурился Труван.

«Опытный», — подумал Смородинский. Каким бы хорошим слухом ни обладал властелин-Охотник, в некоторых ситуациях невозможно наверняка утверждать — врёт человек или нет. Приглашение сразу трёх Милгардов было обусловлено ещё и этим. Сергей выдал один набор реакций, каждую из которых можно было оценить отдельно. Каждый из троицы выдал ещё один набор реакций.

И всё вместе это давало чёткий ответ — догадка оказалась верна.

— Не будем играть в эти игры, — сказал Аркадий Павлович. — Информация подтверждённая. Я в курсе, что вам она известна.

При такой формулировке первое, о чём подумают Милгарды — что Сергей сам сдался. Судя по их лицам, так и вышло. Походу, паренёк не успел до них дойти, чтобы согласовать позиции.

— И всё же я вас не очень понимаю, — продолжил хмуриться Труван Арканович.

— Всё вы прекрасно понимаете. Как и понимают обе ваши жены. Собственно, в связи с открывшейся информаций возникла одна трудность. Я не могу вам просто так отдать Сергея. Говоря прямо, вы и так слишком сильны, чтобы отдавать способность забирать и влиять на Дары напрямую.

— При всём уважении, — голос Милгарда потяжелел, — это решать не вам.

— О, я не собираюсь ссориться. — Смородинский сделал вид, что удивился столь жёсткой реакции. — Решение у этой ситуации, помимо очевидных вариантов, есть простое. Вторая и третья жена. Если вы на это согласитесь, тогда не вижу никаких препятствий.

— Зачем бы нам на это соглашаться?

— Чтобы решить вопрос миром. Только не говорите, что не обсуждали этот вариант между собой. Чем больше детей, тем выше шансы закрепить генетическую линию.

Труван Арканович ответил не сразу. Вздохнул медленно, посверлил правителя взглядом.

— Даже если допустить, что Сергей действительно умеет забирать Дары… В чём лично у меня большие сомнения. То повторю вопрос, зачем нам делиться? Будете чинить нам препятствия? Это противоречит прошлым договорённостям, согласно котороым мы вам помогаем, а вы к нам не лезете. Сейчас же я слышу совсем другое. Что вы буквально намереваетесь разрушить счастье нашей дочери.

— Помолвка уже состоялась? — уточнил Аркадий Павлович. — Насколько я знаю, нет. Если речь идёт о счастье вашей дочери, то чего вы так оттягиваете? Сами от паренька нос постоянно воротили, а сейчас вдруг спохватились.

— Не наговаривайте. Помолвка была отложена из-за коронации. Теперь займёмся этим вопросом вплотную.

— Приятно слышать. Но это не меняет ситуацию. Я поэтому вас и пригласил, не хочу нарушать достигнутые ранее договорённости. Только ситуация изменилась. Ставки слишком высоки, — спокойно обозначил император.

— Если опасаетесь, что Милгарды в будущем будут претендовать на ваше место, то зря, — ответил Труван Арканович. — Нас правление не интересует.

— До тех времён ещё дожить надо. Таланты Сергея слишком ценны, чтобы делать ставку на одну женщину. Уж простите за прямоту. Что касается причин соглашаться — просто назовите, что хотите.

— А сам парень что сказал? — уточнил Труван Арканович.

— Отказался. Даже приготовился воевать, если давить буду.

— Да неужели, — фыркнул Милгард.

— Сказал, что Солейну не предаст.

— Надо же. Впервые он мне начинает нравиться, — усмехнулся Труван Арканович. — Тогда тем более. На одной чаше весов жизнь моей дочери. На второй — ваши интриги. Хотите надавить? Попробуйте. Посмотрим, что из этого выйдет.

— Это ваша принципиальная позиция? Или мы всё же будем говорить по-деловому? — Голос Смородинского похолодел.

— Если говорить по-деловому, — ответил Милгард, — то вы просите очень много. Вопрос — что взамен? Нам вы ничего предложить не сможете, потому что не хотите нашего усиления.

— В этом предложении есть выгоды и для вас. Больше детей — больше возможностей. Солейна станет первой женой, а это тоже власть. Мне всерьёз нужно говорить столь очевидные вещи? — вскинул бровь Смородинский. — Это тот случай, когда договориться выгодно всем сторонам.

Продолжение этой фразы не прозвучало, но Труван Арканович прекрасно уловил подоплёку. Договоришься — и выйдет по красоте. Не договоришься — и начнётся такое, что никто рад не будет.

— Отрицать не стану, мы рассматривали разные варианты, — осторожно сказал Милгард.

Он был готов пойти на принцип, но не сказать, что пришёл в восторг от этого варианта.

— И сошлись на том, что лучше не рисковать.

— При всём уважении, Труван Арканович, — вкрадчиво сказал Смородинский. — После ваших слов так и хочется уточнить, а в чём же риск заключается. Статус первой жены позволяет многое. Если убрать в сторону эмоции, то сделку я вам предлагаю выгодную, по многим причинам. Да о чём речь, если у вас самого две жены. Так в чём же риск? Что Солейна не сможет это принять? Не хотите ли вы сказать, что самая талантливая девушка современности эмоционально нестабильна?

— Вы переходите черту, — голос Милгарда заметно потяжелел.

— Я всего лишь ищу понимания. Поправьте меня, если я неправильно понял ваши слова.

Милгард на это промолчал. Риск, что Солейна психанёт, был основным.

— Если же я понял правильно, то тем более встаёт вопрос… Стоит ли государству делать столь неоднозначную ставку.

— Что-то я не понял, — подался вперёд Труван Арканович, — вы оскорбить меня хотите? Всерьёз поссориться?

— Успокойтесь. А если вдруг не поняли смысла моих слов, так навестите своего отца и поинтересуйтесь, какие у него впечатления после битвы с властелином. Вот у меня после этой битвы впечатления так себе. А ведь явилась даже не армия. Так, небольшой отряд, который, не поведи они себя так нагло, мог бы уничтожить нас всех. Будем упираться рогом, Труван Арканович? Может, мне ещё напомнить, что ваша талантливая дочь без спроса явилась на поле боя? Нет-нет, — выставил ладони мужчина. — У меня к ней претензий нет. А вот будут ли они у эльдаров, большой-большой вопрос.

— На что вы намекаете? — нахмурился Милгард.

— Намекаю? Да я прямо говорю. Не то сейчас время и не тот у нас всех враг, чтобы мы проявляли эгоизм. Всем придётся чем-то жертвовать. И раз уж Сергей оказался столь полезен для государственных дел, то сами понимаете. Эту генетическую мутацию нужно сохранить и размножить.

— Если уж на то пошло, — заговорила Церера, — Сергей уже внёс достаточный вклад в борьбу с этими вашими эльдарами, чтобы заработать себе на счастливую семейную жизнь. Раз он сам отказался от вашего предложения, то пытаться нас заставить уговорить его — это как-то… — Женщина не закончила, не стала вслух говорить о наглости.

Аркадий Павлович даже не посмотрел на неё, продолжая глядеть в глаза Трувану Аркановичу.

— Как бы там ни было, — заговорил тот, — слова об общем благе ничего не стоят.

— Что возвращат нас к вопросу, будем ли мы говорить по-деловому.

— Кто будет определять остальных жён? — спросил Милгард. — Или уже есть кандидатки?

— Что скажете насчёт Армстронгов и Световых? Они не принципиальны, но вполне подходят под критерии.