Роман Романович – Алхимик. Инноватор (страница 8)

– Юноша, нам нужна Ольга Гвоздева. Она здесь проживает? – вышел вперед молодой мужчина.

Охрана же защищала вовсе не его, а старика. Еще и водители вылезли. Они тоже были при оружии. Итого четверо мужиков, с которыми надо будет разобраться, если что.

– Вежливые люди сначала представляются, – добавил я еще больше холода в голос.

– Не по статусу тебе что-либо спрашивать, шкет, – ответил с презрением этот тип. – Позови старших, а сам не мешайся.

На это я оскалился, постаравшись изобразить свою самую злую усмешку человека, повидавшего гибель целого мира.

Когда учишься рядом с аристократами, изучение этикета – жизненно необходимая вещь. Но этикет – это не только как правильно вести себя в обществе и к кому как обращаться. Также это не только про то, что надо мыться два раза в день, пользоваться присыпками и следить за внешним видом, чтобы не отталкивать тех, у кого улучшенное восприятие.

Точнее, этикет – это как раз про это… Про манеры. Но сама тема манер входит в более высокое понятие правил поведения в аристократическом обществе. Что, в свою очередь, включает в себя умение конфликтовать.

Если на тебя наехали, оскорбили, задели, просто встали на пути, реакция зависит от многих факторов. В первую очередь от того, кто ты сам такой и кто тот, кто задел тебя. Если это значительно более могущественный аристократ, то ты сам дурак, раз попал в эту ситуацию. Заткнись, отойди в сторонку и молись, чтобы не дошло до бойни.

Если тебя задел равный, то нужно ответить адекватно агрессивно. Сильно не наезжать, но обозначить готовность к конфликту. Главное, не переборщить. Покажешь слишком большую агрессию, чрезмерную, и второй стороне тоже придется ответить. Так и до войны недалеко.

Если задел более слабый, то ты тем более обязан поставить его на место. С нюансами, конечно… Например, тем, кто на самом верху не с руки ставить на место тех, кто в самом низу. Но тут сложно представить ситуацию, когда мальки задевают китов. Слишком разные это миры.

Правда, это все же возможно. Если я наеду на какого-то могущественного аристократа… Ну, как наеду… Скажу ему что-нибудь. Ему не обязательно нападать на меня в ночи. Скорее всего, он проигнорирует. А потом меня начнут игнорировать все, кто хочет сохранить хорошие отношения с этим человеком. Так и до остракизма недалеко. Случай Коршуновых тому подтверждение. Никто не хочет ссориться с князем, поэтому никто с ними не общается.

Слова мужика передо мной понять можно. Он думает, что увидел деревенского пацана. Он может приказать охранникам избить меня, и, если я не ошибся и сюда пожаловал аристократ, ему ничего за это не будет.

– Меня зовут Эдгард Соколов, – шагнул я вперед. – И кто ты такой, чтобы говорить о моем статусе?

Повисла звенящая тишина. До мужика не сразу дошло, что я сказал. Выражение его лица несколько раз менялось. Сначала он нахмурился, словно вспоминал и воспроизводил в голове только что сказанное. Потом он нахмурился еще больше, пытаясь оценить шансы на то, что в этой глуши встретится настоящий аристократ. Замечу, что я стоял в совершенно обычной одежде. Той, что пригодна для прогулок в диком лесу. Никаких опознавательных признаков не было. Только моя уверенность.

Которая тоже зиждилась не на пустом месте. Этот мужик обычный человек, как и охрана. Только старик слабенький бес с нулевым потенциалом. Ну да это и понятно. Его время давно прошло, он ходит с трудом, куда ему до драк и развития?

– Что-то я не слышал о Соколовых в наших земля, – положил старик мужику руку на плечо.

Отчего тот захлопнул рот и быстро отошел назад.

– Меня зовут Барсуков Геннадий Дмитриевич. Какими судьба здесь, юноша?

– Из Москвы, приехал навестить близких мне людей, – выделил я слово близкие. – В институте зимние каникулы.

Наш намечающийся разговор прервал звук хлопнувшей двери. Я обернулся и увидел раздраженную Ольгу.

– Что здесь происходит? – крикнула она. – Кто вы такие?

– А вы, как понимаю, и есть Ольга? – оглядел ее старикан. – Вы-то мне и нужны. Про вас удивительные слухи ходят…

Не было печали… Что за слухи-то еще?

Глава 4. Одаренная

Я успокоился, только когда гости покинули территорию. Уехали они часа через два. Большую часть этого времени Ольга провела со стариком в зале. Я же сидел с ребенком наверху в спальне. Звукопроницаемость в доме выше всех похвал, так что разговор я слышал от и до.

К нам пожаловала местная шишка. Барсуков – это тот самый аристократ, который жил между областью и этим городком, владел заводом и несколькими предприятиями, еще и школу, где я учился, немного финансировал.

С одной стороны большой человек по местным меркам, а с другой… В столице он никто и звать его никак. Историю старик интересную рассказал. До него дошли слухи, что появилась одаренная, работающая в больнице. Старика тема интересовала, он велел уточнить, так и вышел на Ольгу. А сегодня решил заглянуть и убедиться, так ли все хорошо, как про нее говорят.

Обратился он с необычным запросом.

– Доченька, сделай так, чтобы я прожил как можно дольше, – выдал свою цель старик спустя полчаса предварительных расшаркиваний.

Тут надо отметить, в каком тоне проходил разговор. Ольга чувствовала себя некомфортно из-за, что к ней заявились ТАКИЕ гости. Внешне она не грубила, не показывала недовольства… почти… Но я-то знал ее получше, чем старик, поэтому улавливал внутреннее напряжение.

Барсуков… Он ведь при желании много проблем доставить может. Уволить их с работы, например. А то и вовсе подослать своих охранников. Оба варианта крайность, конечно. Но и забывать про них не стоит. Еще и ребенок… Ольга наверняка нервничала из-за того, что его одного оставить пришлось. Еще переживала, как бы гости чего лишнего не увидели. Светящихся рук или других проявлений одаренности. Поэтому я с ним и сидел. Не только чтобы за Киром присмотреть, но и чтобы гостей наверх не пустить в случае чего.

Так вот… Разговор проходил в формате вежливости, замешанной с внутренним напряжением и раздражением. Старик вел себя демонстративно мирно. Уж не знаю, сам он по себе такой или то, что я здесь, сыграло роль. А может, и вовсе причина в другом. Глупо наезжать на ту, от которой хочешь получить специфическую услугу.

В итоге они договорились. У меня сложилось впечатление, что старик не в себе. Старость, маразм, упрямство… Он поделился мыслями о том, что хочет прожить подольше, потому что его внуку всего шесть лет. Надо протянуть, чтобы воспитать его достойным человеком. Никого больше у старика не было. Родители внука, то есть его сын и невестка, погибли в ходе войны.

История трагичная и грустная. Если бы не высокомерный помощник и хмурые охранники с оружием, которые окружили дом, старик бы вызвал у меня гораздо больше сострадания.

Первые полчаса они болтали, а следующие полтора часа Ольга лечила Барсукова.

– Я сделала все, что могла.

– Спасибо, доченька, – поблагодарил старец. – Не думала перебраться в город? Я бы хорошо тебя устроил.

– Мне и здесь хорошо, – отрезала она.

– Жаль, жаль, в моем возрасте в такую даль мотаться сложно. А что с ребенком твоим? Сына родила? Это всегда хорошее дело. Дар проявился у него уже?

Я стоял возле открытой двери. За Киром особо следить не надо было, он дрых в кроватке. От вопроса, заданного стариком, сквозило чем-то неприятным.

– Нет. В отца пошел. Обычный родился, – соврала Ольга.

– Жаль… Одаренному всяко проще устроиться. Ты береги себя, дочка. Через сколько мне заехать?

– Я сделала все, что могла, – повторила упрямо Ольга.

– Это сейчас. А позже, может, еще сделаешь. Я приеду через неделю.

На этом разговор кончился. Старик и его люди покинули дом. Я проследил, чтобы они уехали, а потом вернулся к Ольге, которая качала проснувшегося сына.

– Ты в порядке? – спросил я.

– Конечно. Что мне будет-то?

– Неприятный тип.

– Не то слово. Знаешь, Эдгард, ты словно катализатор. Пока не приехал, тишина была, – пошутила она неловко.

Я видел, что это была не претензия, а именно попытка скинуть напряжение. Хотелось спросить, хочет ли она, чтобы я разобрался с Барсуковым, но промолчал. Как разбираться-то? Убивать старика? Ну, он слаб, так что это возможно, но от самой идеи веет… гнилью. Желание старика прожить подольше, чтобы воспитать внука себе на смену, достойно уважения. Явно не повод убивать. А как-то иначе я и не знаю, как решить вопрос.

Хм… Впервые я задумался, что отсутствие денег – это меньшая из моих проблем. Мне бы еще влияние и репутацию, чтобы такие вопросы решались сами собой. А то кто сейчас Соколов? Никто. Надо обдумать эту мысль.

– Что за слухи про тебя ходят? – спросил я.

– Слишком много показала, – вздохнула женщина. – У нас недавно авария случилась. Детей на экскурсию повезли, он перевернулся, когда из города выезжал… В общем, я сделала то, что слабая одаренная сделать не могла. И просила же, чтобы молчали. Но нет, сболтнула какая-то скотина, – раздраженно цыкнула она.

– Барсуков насколько большая проблема? Есть чего опасаться?

– А ты бы стал злить одаренного, который тебя лечит? – ответила она вопросом на вопрос.

Ну да, логично. Кто лечить умеет, тот и покалечить может.

Когда вернулся Сергей, новости его не обрадовали. Появление на ладан дышащего старика испортило атмосферу уюта в доме. Зато я узнал, что за полгода моего отсутствия сила Ольги выросла где-то в два раза. Это слабое утешение, но так я отвлекался, чтобы не добавлять мрачности своей хмурой рожей. Зато один момент прояснился. Я спросил, насколько ее сила выросла, она ответила, а я уточнил, насколько это круто относительно других.