Роман Романович – Академия (страница 35)

— Ничем из этих направлений я не овладел. Ранг Старший Мастер, нулевой слой, дальше продвинуться пока не смог. Закалка вроде бы хорошая. Ещё алхимией занимаюсь. Свободно создаю пилюли на ранге Духа.

А вот сейчас Дэниэль хмыкнул.

— Понятно, почему она отдала бинхуа тебе.

— Почему? — напрягся я.

— Ты алхимик, — сказал он так, будто я должен сразу понять. — Не будем пока об этом. Для начала — немного теории. Сила базируется на нескольких вещах. Первая — ранг. Эквивалент поглощённой и усвоенной энергии, выраженный в объёме доступной энергии, стихий и духовной силы. Вторая — это знания. Третья — навыки. Нужно пояснять, чем одно отличается от другого?

— Знания — это умение применить навыки?

— Да. А навыки — это то, что ты умеешь делать. К примеру, ты можешь знать, чем мужчины и женщины занимаются в постели, но не уметь этого.

Да он издевается! И нет, я не смутился. Даже уши не заалели.

— Надо же, сдержал себя, — усмехнулся Дэниэль. — Займёмся навыками и знаниями.

— Чем-то конкретным?

— Не абстрактным же, — посмотрел он на меня… недоуменно. — Или ты хочешь узнать что-то конкретное?

— Много чего хочу.

— Это понятно. Сосредоточимся на том, как убивать Королей.

— Королей?

— У тебя проблемы со слухом?

— Нет, — скрипнул я зубами.

— Тогда не трать время впустую. Есть два главных отличия Старшего Мастера от Духа. Это старшие стихии и защита храма. У древа ты разовьёшь первое. На ступенях — второе. Отличие же Короля в том, что у него появляется воля, так называемая аура. Выглядит это так.

Дениэль окутался солнечным светом, а я забыл, как дышать. Буквально. Дыхание перехватило, придавило к земле, колени сами начали подгибаться. Я наполнил тело духовной силой — помогло, но кратковременно. Давление выросло сильнее, и меня начало вбивать в землю уже основательно. Тогда я обратился к силе бинху, она отлично усиливала тело. Неожиданно это помогло куда лучше, я даже смог выпрямиться.

— Сейчас ты ощутил на себе, что именно можешь противопоставить начинающим Королям — силу бинху. Это королевская сила, поэтому такой эффект.

— Королевская?

— Королевская, изначальная. Названий много. Суть в том, что это не просто стихия, это нечто большее.

— Понял, — кивнул я. — А что насчёт печатей?

— Если успеем, научу и им. Бери посох и атакуй. Я буду давить аурой, ты должен сопротивляться. Чего замер?

Перехватив посох, пошёл в атаку.

И тут же оказался максимально жёстко вбит в землю.

— Это удар опытного Короля, которому было лень на тебя тратиться, — сообщил Дениэль. — Где-то треть от этого. Будь две трети — я бы переломал тебе кости.

Поднялся я с трудом. В голове шумело, в глазах двоилось. Чужие слова доносились издалека.

— Постепенное развитие… Слышал? — прохрипел я.

— Чудеса случаются, но очень редко. Твой единственный шанс сейчас выжить против Короля — ударить первым, жёстко, внезапно. Если первого удара не будет, тебе надо пережить первую атаку. Поэтому будем тренировать и умение держать удар. Разве ты не поэтому так медленно пошёл на меня? — поинтересовался он. — Пришёл в себя? Или нет? Только не говори, что мой сын — неженка. Жар покрепче будет.

— Великий царь зверей использует столь дешёвые манипуляции? — сплюнул я кровь, поднимаясь.

— А ты хочешь, чтобы я общался с тобой как царь зверей? Как хочешь. Не сломайся, малыш.

Меня вбило обратно в землю.

Начинаю любить папашу всем сердцем.

Надо признать, слова с делом у него не расходились. Сказал, что обеспечит особый подход — обеспечил.

Нагрузку он снизил. Так, что я смог встать на ноги, а вот уверенно идти вперёд и тем более бить — уже нет. Посох упорно выскальзывал из рук, хотелось свалиться, тело дрожало, дыхание парализовало. А я кое-что понял о дыхании в последнее время. Оно основа всего. Поэтому первое, что попытался сделать — как следует продохнуть. Буквально заставлял грудную клетку расширяться, а лёгкие наполняться воздухом. Дальше — тяжелее. Чужое давление оказалось необычайно тяжёлым. Воля Короля подавляла. Я попытался было насытить тело кислородом, разогнаться, но столкнулся с тем, что все процессы замедлились. Будто в меня песка набили. То, что раньше давалось легко, под давлением приходилось выгрызать, пробивать себе путь.

— Ты атаковать-то будешь? — спросил Дениэль.

Вскоре я узнал, что он неплохо умеет подначивать. Вроде спокойно говорит, а звучит — издевательски.

Разумеется, дыхание — это не единственное, на чём я сосредоточился. Напитывал себя духовной силой — но её выбивало обратно. И снова — буквально. Вернулся к силе бинху, но получил предупреждение. В относительно жёстком стиле.

Чтобы адаптироваться, мне потребовалось минут семь, а может, и час–другой, сложно оценить, когда время растягивается, а в глазах всё расплывается. Сосредоточившись, я всё же смог ткнуть палкой в отца.

Ткнуть… Это в смысле едва коснуться, самым позорным образом.

— Выдающаяся техника боя. Бинхуэм разбегутся в ужасе, — заметил он равнодушно.

Я проигнорировал. Счёл, что терпеть чужие подначки и не реагировать на них — часть тренировки.

Удар, ещё удар, ещё. Постепенно я разогнался, перестал напоминать безногого инвалида. Переместился в категорию одноногого пьяницы. Мне приходилось каждую секунду бороться с собой. За каждый шаг, вдох и движение. Я щедро использовал силу бинху, и это действительно помогало, но… Её запас у меня был небольшим.

— Судя по тому, что ты валяешься, — навис надо мной Дениэль, когда я рухнул и единственное, что смог, — это с трудом перевернуться на спину. — Запас силы бинху у тебя небольшой, и ты потратил его впустую. Наверное, твои враги тоже будут притормаживать, жалеть тебя и совершать глупые ошибки. Они ведь идиоты и не надавят посильнее, когда ты дашь слабину.

Дениэль — надавил. Без всякой жалости вбил меня в землю так, что я всерьёз опасался, что задохнусь, взорвусь, а если нет, то сердце точно не выдержит.

Он отошёл, дал мне короткую передышку. Я продохнул, смог подняться. Ругаться не хотелось. Симпатией к отцу не проникнулся, но в чём он неправ?

Так дальше и пошло. Дениэль — давил. Без жалости. Держал меня на той грани, где я едва мог действовать. Заставлял выжимать все крохи ресурсов из организма. Это мучение длилось несколько часов. Потом всё прекратилось.

— Приведи себя в порядок, — сказал он. — Поешь, восстанови силы. Времени у тебя, пока горит палочка.

Он достал из воздуха палочку, воспламенил её, уж не знаю чем, то ли усилием воли, то ли стихией, то ли ещё как, и воткнул в землю рядом со мной.

— А что, у царя зверей нет возможности купить часы?

— Я люблю консервативные методы, — без тени улыбки ответил он.

Но я заподозрил, что надо мной сейчас пошутили.

Черт с ним. Отдых я воспринял как небесное благословение. Собрал воду, обмылся, поел и даже помедитировать успел.

— Атакуй, — сказал он, когда палочка догорела. — Покажи свой лучший удар.

Я ожидал, что давление снова обрушится, но нет. Точнее, оно обрушилось, но не сразу. Стоило мне начать движение, как меня вбило обратно в землю.

— Как неловко вышло, — снова наклонился он ко мне. — Ты попытался атаковать врага и упустил свой единственный шанс, потому что слишком медленный. Ещё раз.

Справедливости ради, я и правда промедлил, задумавшись, как атаковать.

Давление ушло, мне дали подняться. Ну, я и встал. Встряхнулся, поднял посох. Сделал вид, что прихожу в себя, и выдал свою самую лучшую скорость.

Посох даже врезался в подставленную руку.

Раскол!

Громыхнуло, волосы Даниэля подкинуло, как от лёгкого ветерка. Сила обогнула его, ударила в землю, зашатала деревья поблизости.

Мы замерли друг напротив друга.

— И? — спросил он. — Это всё? Ты вложился в одну атаку, смог достать противника, а потом решил… Что? Посмотреть на результат своих действий?

Я нахмурился, пытаясь понять, к чему он клонит, но мог бы не напрягаться. Дениэль оттолкнул посох, врезал мне под дых, схватил за плечо и зашвырнул в ближайшее дерево. Которое я снёс своим телом, полетел было на землю, но был перехвачен и пнут в другую сторону. Где сломал ещё одно дерево.

— Уловил мысль? — с какой-то даже заботой спросил он. — Если сражаешься с тем, кто сильнее, ты должен напасть внезапно, выдать свой лучший удар, который перейдёт в лучшую твою связку, а потом добавить ещё, потому что сильные противники на то и сильные, что их так просто не убьёшь. Неужели мне и правда надо разжёвывать настолько простые мысли?