Роман Путилов – Вне зоны доступа (страница 40)

Честно говоря, пока я вертел головой по сторонам, преисполненный любопытства — как устроена телевизионная студия, ведущая начала что-то очень быстро говорить, и смысл ее слов от меня ускользнул, а потом темп ее речи замедлился, а на экране телевизора напротив нашего стола замелькали знакомые мне кадры видеосъемки.

— Совсем недавно весь Город был потрясен страшным преступлением — «фирменным» тревожным голосом говорила ведущая: — В подъезде дома на пересечении улиц Октябрьского переворота и Социалистического восстания был убит оперуполномоченный уголовного розыска Шадов.

На экране мелькали видеокартинка моего дома, стоящие возле него, милицейские машины с работающими мигалками, потом пошла съемка с похорон Наглого, а ведущая, между тем, продолжила, нагнетая минорное настроение:

— Не успел Город отойти от случившейся трагедии, как страшные новости о натуральной бойне, произошедшей в этом же доме, вновь потрясли наших земляков. Мы провели тщательное журналистское расследование и выяснили, что эти два преступления объединяет одно имя — старший оперуполномоченный уголовного розыска капитан Громов Павел Николаевич. Мы разыскали этого человека и попросили прийти в нашу студию, чтобы он рассказал…

Что? Тщательное журналистское расследование они провели? Это какое? Сходили на брифинг в областное УВД?

— Павел Николаевич…- пока я кипел возмущением, ведущая уже обратилась ко мне: — Тысячи наших телезрителей живо интересуются, как получилось, что вы оказались замешаны во всех этих резонансных и чрезвычайно кровавых преступлениях?

— Наверное мне просто очень повезло. — пожал я плечами.

— В каком смысле — повезло? — удивилась Машенька: — Объяснитесь, пожалуйста! Население Города имеет право знать правду.

— Дело в том, что в этом доме находиться моя квартира, в которой я практически не живу. Покойный Юра Шадов в тот злополучный вечер попросил у меня ключи от квартиры, так как, по глупому стечению обстоятельств, его накануне выселили из съемного жилья и парню было негде даже переночевать. Судя по всему, убийцы ждали именно меня, а Юрия убили по ошибке. Точнее выяснить мотивы преступников уже не удастся, так, как той же ночью они были ликвидированы после того, как отказались сдаться подразделению ОМОНа. Второй случай, упомянутый вами, тоже вероятно связанны с желанием некоторых нехороших людей ликвидировать меня. После того, как я вышел из квартиры, чтобы идти на работу, два человека с пистолетами попытались меня убить…

— Какой ужас…- теледива захлопала густо накрашенными ресницами: — И что было дальше?

— Люди, пришедшие к моему порогу с оружием, умерли, а мне опять сказочно повезло. — пожал я плечами.

— Скажите, Павел Николаевич, а с чем связано такое страстное желание некоторых наших земляков вас убить?

— У меня две версии, два объяснения произошедшего. — я улыбнулся в камеру: — Либо я хорошо работаю, либо кто-то очень не хочет, чтобы я победил на предстоящих муниципальных выборах в Левобережном избирательном округе нашего любимого Города.

Ух, как проняло моих соседей! Мужчины зашипели, как боевые коты, один из них широко открыл рот, очевидно, чтобы дать мне отповедь, но, повинуясь мимолетному жесту красавицы, пасть свою тут-же захлопнул.

— Вы всерьез собираетесь победить на выборах в Городской совет? Но, что дает вам основания надеяться симпатии со стороны горожан? Вы обладаете управленческим опытом? Может быть, вы специалист в области финансов?

— А вот это хороший вопрос, и я на него отвечу. — тут же подхватил я: — Как известно, трагическим поводом для проведения довыборов в городской Совет является жестокая и циничная расправа над муниципальным депутатом Городского Совета Ириной Михайловной Кросовской. Ирина Михайловна совсем недавно была молодым, но весьма умелым врачом городской станции Скорой медицинской помощи. Молодая хрупкая девушка посвятила свою жизнь спасению человеческих жизней, делая это в исключительно сложных условиях, в любое время дня и ночи. Так получилось, что мы с Ириной Михайловной были близки, и я хорошо знал мотивы ее поступков. Когда доктору Кросовской, при заступлении на очередную смену, перестали выдавать лекарственные препараты и перевязочные средства, да вообще, перестали выдавать практически все, ссылаясь при этом на отсутствие финансирования, она поняла, что больше не может с полной отдачей работать, так как врач без лекарств и бинтов — это не врач. Рассказы о том, что настоящий доктор должен уметь вырезать аппендицит старым ржавым гвоздем и без анестезии — это все рассказы для бедных. Наши граждане не узники фашистского концлагеря и имеют право на достойную медицинскую помощь. Попытки решить проблему лекарств в рамках станции Скорой помощи результата не дали, а Ирину Михайловну, под надуманным предлогом отстранили от работы. Тогда Ирина Кросовская приняла трудное для себя решение — победить на выборах в Городской совет, пройти в комиссию по бюджету и таким образом обеспечить горожан надлежащей медицинской помощью, медициной двадцатого, а не девятнадцатого века, путем исправления ситуации с финансированием больниц и поликлиник, и, надо сказать, что ей это почти удалось. Ирина Кросовская стала депутатом, прошла в комиссию по бюджету и начала работать. А потом ее убили. Очевидно, что Ирина, как чрезвычайно способный и упорный народный избранник превратилась в угрозу тех, нечистых на руку людей. которые присосались к деньгам, что не доходят до больниц и поликлиник. Но, и это лишь мое предположение, потому что преступление до сих пор остаётся нераскрытым, Ирину убили у порога ее дома. Ирину похоронили, а ее старания быстро забыли. Товарищи и коллеги Ирины по либеральной партии пару дней попиарились на теме ее смерти, и теперь живут, как будто ничего не произошло, а больницы до сих пор лечат людей только теми лекарствами, что приносят врачам родственники больных и калечных, а кто-то продолжает расхищать выделенные на здоровье народа миллионы и миллиарды рублей…

— Ну, погодите, Павел Николаевич — попыталась вразумить меня ведущая: — Ведь, действительно, вся страна находится в тяжелом финансовом положении, бюджет нашего Города сверстан с большим трудом и существует большая вероятность, что никаких хищений вовсе нет.

— Конечно, и такое может быть, но, по моему личному мнению, вероятность того, что народного избранника убили не из-за денег, а допустим, из озорства, исчезающе мала и я думаю, что подавляющее число почитателей вашего таланта, Машенька, из числа телезрителей, которые сейчас нас смотрят у «голубых экранах», меня в этом мнении поддержат.

— Ну хорошо, допустим. — Тряхнула ведущая копной густых волос: — Вы решили пойти на выборы. Допустим, вы победили, люди, по разным причинам, решили отдать свои голоса за вас. Чем вы планируете заниматься в Городском Совете? Становиться членом комиссии по бюджету?

— Ну что вы… — я снова улыбнулся, на этот раз грустно: — Я прекрасно понимаю, что такие ключевые комиссии, как бюджетная, она не терпит пустоты и пустых вакансий. Не успела на могиле Ирины Кросовской осесть земля, как ее место занял, безусловно достойный и компетентный депутат… Вот только денег в больницах за последние месяцы не прибавилось, правда? Но и жить дальше так невозможно, а значит необходимо что-то менять и совсем необязательно для этого занимать кресло именно в комиссии по бюджету. У любого народного избранника достаточно полномочий, чтобы делать что-то полезное для своих избирателей.

— Ну хорошо. — Мария снова повернулась к объективу видеокамеры: — Мнение кандидата в депутаты Громова о его роли и месте в Городском совете мы выслушали, и теперь… Простите, Николай, еще один вопрос… А почему вы идете, как самовыдвиженец, а не попытались получить поддержку от какой-либо политической партии? Ведь, в этих организациях имеются опытные специалисты, обладающие достаточным уровнем компетенции. Или вы не определились со своими политическими пристрастиями?

— Я не сотрудничаю с политическими партиями по двум причинам. Первое — мне, как сотруднику правоохранительных органов запрещено членство в политических партиях, а во-вторых, каждая партия выдвигает на выборы своих доверенных лиц, из числа проверенных товарищей, и я там буду явно лишним.

— Мы ваше мнение, Павел Николаевич, с большим удовольствием, выслушали. — кивнула мне ведущая: — А сейчас, я бы хотела предоставить слово нашим экспертам. Первому слово предоставим инструктору Левобережного райкома Большевистской партии господину Уханькину. Владлен Ильич, как вы думаете, насколько актуально для нашего города наличие таких вот самовыдвиженцев, как Павел Николаевич, и сможет ли подобный независимый кандидат пробиться через строгие критерии народного отбора? Пожалуйста, Владлен Ильич, вам слово.

Тут меня и накрыло. Надо было, все же, уточнять тему записи программы на телестудии и другие подробности, а не лететь бездумным мотыльком на огонь. На презентациях кандидатов в депутаты не принято ругать конкурентов, все ругают нынешнюю исполнительную власть, а друг друга, практически, не задевают, а тут, вроде бы, не кандидаты, а «эксперты», которые постараются вывалять меня в дерьме до самой макушки.

Между тем, тип, сидящий слева, разложил свои записи, которые он записывал во время передачи и забубнил, глядя на неровные рукописные строки.