Роман Прокофьев – Звездная Кровь-10. Прозрачные Дороги (страница 2)

– Что это за место? – спросил я, не собираясь поддерживать его игру.

– Это Анола, – Хитрейший широким жестом обвел город и бухту с белоснежными парусниками. – Красиво, правда? Люблю это место. Некогда я создал ее и теперь прихожу, знаешь ли, иногда посидеть на берегу.

– Зачем мы здесь?

– Чтобы совместить приятное с полезным, – подмигнул Хранитель. – Не вся Вечность такова, как тебе показали. Она очень разная. И совсем не то, что ты думаешь.

– Хочешь провести экскурсию? – я нашел в себе силы усмехнуться.

– Не исключено, но сначала нужно закончить с делами, – промурлыкал Хитрейший. – Призови свою некромантку и прикажи ей отдать мне душу кел-лорда Вортекса. Видишь ли, я пообещал уладить ваш… конфликт.

Несколько секунд мы играли в «кто кого переглядит». Затем я хрипло осведомился:

– А если я откажусь?

– Такого варианта, увы, не предусмотрено, – Хитрейший вновь ласково улыбнулся. – Можно, конечно, просто забрать у тебя Руну с Заклинательницей, но к чему нам портить отношения? Я не стану прибегать к жалкому насилию, оно – удел дураков. А ты, хоть и герой, но не дурак, правда? Впрочем, можешь подумать – сколько угодно. Вся Анола в твоем распоряжении! Здесь неплохо, правда! Отдохнешь, развеешься. Только имей в виду – из этого мира не существует выхода, он, скажем так, специально сконструирован…

Он встал, будто готовясь попрощаться.

Конечно, это был блеф. Но и Скай, и тень Стратагем в моем сознании подсказывали – душу Велиора в любом случае придется отдать. Это слишком крупная рыба для наших сетей, а Хранители Вечности не бросаются обещаниями. Выбора нет. Главное, чтобы это была окончательная цена нашего спасения…

– А что с остальным? – спросил я, намекая на Мико и те несколько Рун, что выпали с коллекционера. Тщательно осмотреть их не было времени, но Скай уже сообщила, что находки весьма любопытны. Кроме того, в Кувшине Морвейн содержались и иные души, явно похищенные в Вечности, – теперь я понимал, что именно в этом и состояла ее миссия.

– О, остальное, – мой собеседник небрежно махнул рукой, – можешь оставить себе. У меня сегодня отличное настроение, так что считай это моей инвестицией. Хорошая сделка, не правда ли? Дракон и золото плюс возвращение домой…

К чему тянуть с неизбежным? Я перезарядил Руну, и Морвейн, появившись из Скрижали, на мгновение замерла, а потом медленно опустила голову. Она не произнесла ни слова, но мгновенно оценила ситуацию и все поняла. Лицо Восходящей стало холодной отстраненной маской – как у приговоренной к смерти.

– Морвейн кель'Талас, – произнес Хитрейший с той же легчайшей, почти неуловимой иронией. – Заклинательница… или, вернее сказать, похитительница душ. Неужели ты думала, что я не узнаю твой секрет?

Морвейн молчала.

– Друг мой, знаешь ли ты, сколько душ она украла? – Спросил у меня Хранитель. – Знаешь, что каждый нео в обмен на смерть платил Руну, пока в ее Скрижали не кончилось место? О, взгляни…

Он вдруг соткал осанну. Я увидел закрытый зал, толпу нео в нем – и Морвейн в центре пустого круга, и тянущуюся к ней цепочку Восходящих. Выглядело это жутковато – как бойня или добровольное жертвоприношение… В руке Заклинательницы размеренно вздымался и падал золотой кинжал, и души одна за другой отправлялись в Кувшин. Я содрогнулся. Как она убедила сородичей отдать свои души? И самое главное – что дальше Морвейн собиралась делать с этими душами? Неужели… она собиралась дать им тела, как я вернул его Динамиту? Но откуда она возьмет столько Рун Оживления?

Морвейн вдруг ответила, причем в ее голосе не было ни стыда, ни страха – только усталая решимость:

– Девятьсот девяносто девять душ, больше не вмещает мой Кувшин. К сожалению. И каждая – добровольно. Они шли ко мне сами. Просили и умоляли. Потому что Вечность забрала у нас не только жизнь, но и смерть. Ты назвал меня похитительницей, Хранитель? Во имя всех Единых, я – их спасительница. Я дала им то, что вы отняли. Шанс на возвращение. Шанс избавиться от ваших оков!

– Как трогательно, – усмехнулся Хитрейший. – Какие красивые слова… Я бы даже поверил, если бы не знал, что избранные тобой души – цвет Круга Янтандер за последние сто циклов. Стражи Курганов, которых Тысяча Братьев собирается использовать в своей войне. Страшно подумать, что произойдет, когда они окажутся на свободе…

Морвейн не ответила.

– Впрочем, мне это безразлично, – Хитрейший лениво махнул рукой. – Возвращайте хоть всех. Главное – отдай мне душу Велиора Вортекса. Остальными можете распоряжаться по своему усмотрению…

Я медленно кивнул в ответ на вопросительный взгляд Заклинательницы. В нем опять зажглась надежда. Из ее Скрижали появился Воющий Кувшин, и Хитрейший нетерпеливо протянул руку. Яркая золотая бабочка на цепи выскользнула из горловины – и тут же была втянута во что-то блеснувшее на пальцах Хранителя. Кольцо? Я был готов поклясться, что его руки были чисты.

– Вот и славно, – произнес Хитрейший. – Будем считать, что мы пока в расчете. Передай своему хозяину, Морвейн кель'Талас, что я удовлетворен. И мои наилучшие пожелания… А теперь оставь нас.

Когда Заклинательница вернулась в Скрижаль, он прищурился, задумчиво глядя на меня.

– Один бесплатный совет, герой. Держись подальше от Псов, которых выпустила Палач. Против них нужны иные фигуры. За вашим фригольдом есть кому присмотреть, а вот ты… тебе стоит убраться подальше. Сам знаешь куда. Пока еще есть время.

Он щелкнул пальцами.

И мир вокруг опять изменился, превращаясь в сияющую, наполненную искрами Звездной Крови воду в Бассейне Душ. А затем – в тоннель, в конце которого стремительно приближалось Единство.

Домой. Мы летели домой…

Один, два, три…

Я сделал вдох уже привычным – нет, не отражением – своим настоящим телом. И вышел из Саркофага Бесконечного Сна в Серебряном Замке, а спустя пару секунд шевельнулось тело Винсента Кассиди. Рикс, пошатываясь, вывалился из столба – кажется, он только что пришел в сознание. Застонал, сжимая виски, – ментальное сканирование слугами Палача не шутка! Я поддержал его, одновременно гася символы Вечности над Саркофагами – от греха подальше, нити к отражениям всегда можно протянуть заново…

Больше всего я опасался, что безжалостное Сияние повредило разум нашего рикса, однако обошлось – через пару секунд взгляд Кассиди вновь приобрел осмысленность. Он посмотрел на меня со странным выражением – мучительно сведенные брови и стиснутые челюсти – и выдохнул:

– Мы… дома? Вырвались, буря…

– Надо поговорить, Винс! – жестко произнес я. – Немедленно!

– И выпить, – выдохнул рикс.

В Серебряном Замке было тихо и пусто. Поздняя ночь. Странно, Минос отсутствовал в лаборатории, как и большая часть его группы. По дороге в Реликварий Винс сообщил, что его Руны в целости и сохранности, в том числе и Мико. Услышав в ответ о потере двух сверхценных золотых Рун из моей Скрижали, он нахмурился и больше не произносил ни слова. Похоже, до рикса дошло, что цена освобождения его драконьей Руны превзошла все мыслимые пределы – и хорошо еще, что не стоила нам жизни! К тому же Палач угрожала, что выпустит своих Псов… и Хитрейший прямым текстом подтвердил это, а значит, к предупреждению стоило отнестись со всей серьезностью!

Но сначала я хотел прояснить некоторые вещи.

Винс извлек из криптора пузатую бутылку с золотой этикеткой – похоже, ту самую, что мы не допили несколько месяцев назад, – и набулькал содержимое в два стакана. Мы молча выпили, второй раз – почти без паузы, сладковатый земной ром взорвался огненным теплом в желудке, согревая и заставляя отступить дурные мысли. Скорее психологический прием, чем реальное действие, – на организм серебряных Восходящих алкоголь, как и любой яд, влияет гораздо слабее. Тем не менее нервное напряжение медленно отступало.

Мы дома. Мы живы. Мы вырвались…

Я в упор смотрел на Винсента.

Стратагемы проснулись – не та жалкая тень, что осталась от них в Вечности, а полноценный золотой Навык, – и их анализ был безжалостен. Сейчас выводы казались настолько очевидными, что впору было хвататься за голову – как я не догадался раньше?!

Коллекционер начал подготовку к захвату, когда увидел в нас Истинных. А сделал он это, опознав в Винсенте прежнего владельца Руны! Упрекать рикса бессмысленно – золотой кел так или иначе понял бы по нашему интересу к «Мико» принадлежность Существа, другое дело, что Винс должен был предупредить о ее сути заранее! Драконья спутница рикса оказалась «внешним» когитором – рунным подобием моей Скай, пусть и с рядом дополнительных функций. Разумное оружие, которое, по словам Велиора, выдавали как страховку Истинным, уходящим в сброс!

Это объясняло, как они выживали в Единстве, но поднимало другой вопрос! Винсент побывал в дрейф-цитадели, каким-то образом миновав Второй Шаг, он «сражался, как настоящий Восходящий» по оценке Белого Дьявола, знал Язык Кел и имел Навыки Печатей Забвения и Тайны задолго до меня. Это первое, второе и третье. А четвертое и самое главное – с чего бы Ордену разбрасываться сверхценными драконьими спутницами ради какого-то там землянина?

Все вместе говорило, что наш рикс не тот, за кого себя выдает. Как и я, он – самый настоящий Истинный. И это обстоятельство полностью все объясняет – от прохождения Второго Шага и удивительно быстрой адаптации к Вечности до сверхъестественной удачливости «рискового» Кассиди, о которой во фригольде ходили легенды. Он не боялся, потому что обладал бессмертием.