Роман Прокофьев – Прозрачные Дороги (страница 36)

Психокинетика.

Используя всю доступную мне силу, я швырнул дрона в клыкастую пасть. Прямо в черную ребристую глотку, готовую исторгнуть смерть.

И альфа подавился. Вместо рева он сдавленно захрипел, закашлялся, выплевывая вместе с обломками дрона искры и дым — похоже, кустарная модификация еще и замкнула прямо в глотке. Этого, конечно, было недостаточно, чтобы покончить с ним, но это позволило мне выиграть несколько очень, очень, очень важных секунд.

Я пролетел мимо него, между ним и загоном, пытаясь полоснуть Плоскостным Клинком по глазам — слишком близко, чересчур медленно. Видел, как двигается его рука — Руны-стимуляторы все-таки помогали предвосхищать его действия. Контролировал алые и голубые зоны боевой прогностики Скай.

Не стал уклоняться, хотя мог. Позволил себя схватить.

Столкновение на полной скорости. Экзопокров вспыхнул, принимая на себя чудовищную энергию, пальцы Грома сомкнулись вокруг моего тела, сжимая, пытаясь раздавить…

И не смогли.

Любому другому Восходящему это уже стоило бы жизни.

Но теперь я находился около его клыкастой морды, напротив свирепых желтых глаз.

Тварь знает, что такое «обман», «ловушка», «заложник». Но знакома ли ему концепция «самопожертвования»?

— Сила героя в том, что он может убить любую фигуру, — сказал Ледяной Кузнец, задумчиво глядя на меня. — Голема, башню, монстра. Сколько бы звезд защиты у них ни было. Но только один раз…

Луч Небесного Огня.

Альфа не успел отразить удар в упор. Луч попал прямо в зрачок, я надеялся прожечь ему мозг, убить тварь одним ударом…

Не вышло.

Гром отдернул голову, луч распорол веко, выжег глазницу, но лишь одну. Вторая половина дымящейся морды осталась целой, а в следующий миг ослепленный альфа отшвырнул меня. Так, как швыряют что-нибудь отвратительное, мерзкое, причинившее невыносимую боль.

Я пролетел через весь внутренний дворик и врезался в каменную кладку у самых врат. К счастью, Эликсир Несокрушимости сделал меня гребаным супергероем, способным пережить даже такой удар, а Кристалл Странника сбросил секундный нокаут. Мир перевернулся в облаке каменного крошева, мигнул четвертый заряд Экзопокрова — но в запасе было еще много. Можно продолжать!

Я мельком видел, как Каменный Гром разбросал облепивших его гигантопитеков Эйрика, как взрослый — надоедливых малышей, а затем понесся ко мне. Он бросил Кардо, больше не обращал внимания на обстрел и боевые Руны наших Восходящих. Кажется, мне все-таки удалось его по-настоящему раздраконить — и не могу сказать, что был этому очень рад.

Спираль Времени — откат через двадцать пять секунд.

Аспект вновь подхватил меня — противостоять этой твари на земле было бы невозможно — и нырнул внутрь огромного древнего зала, где король гигантопитеков держал свой престол. Полуразрушенные колонны, покрытый трещинами свод и силуэты с нечеловеческими пропорциями на стенах, то ли сражающиеся, то ли танцующие… Склеп? Крипта? Храм, высеченный прямо в теле горы?

Разглядывать не было времени — Гром ворвался следом за мной. Раненый, окровавленный, обожженный, наполовину ослепший — и по-прежнему невероятно опасный!

— Сигурд, ты жив? Держись, мы идем!

— Нет! — я едва от увернулся огромного обломка, совсем рядом врезавшегося в стену. — Продолжайте эвакуацию! Я его держу!

— Доннерветтер! — выругался Кассиди. — Дай нам пять минут, буря!

Наверное, альфа думал, что загнал меня в ловушку. А может, ничего не думал и его вела слепая ярость. Но в любом случае — играть в кошки-мышки среди двенадцати колонн гораздо проще, чем на открытом пространстве. Меньше неожиданных факторов, больше укрытий.

Или нет?

Мы закружились среди колонн — маленький человек на призрачном драконе и пришедший в неистовство огромный зверь. Нам со Скай пришлось выложиться на полную катушку, выжать из организма все, что может серебряный Восходящий! И даже больше… Оказывается, не так уж много у меня боевых Рун, способных повредить по-настоящему сильному противнику. С Небесным Ястребом или Живыми Цепями все было бы намного проще, но чего нет — того нет. Я несколько раз ужалил его — бесполезно, Гром лишь превратился в сгусток беснующейся злобы. И все же потеря одного глаза сказывалась. Он утратил координацию. Промахивался. Пытаясь до меня добраться, случайно раздробил одну из колонн — и свод неожиданно хрустнул, по потолку пробежала длинная трещина.

Снаружи доносились звуки боя — похоже, гигантопитеки все-таки вернулись в логово и сейчас доставляли Винсенту и Ко массу проблем. Где-то выше гудели импеллеры — «Грифон», видимо, уже кружил над самим ущельем. В вокс-канале Кассиди срочно вызывал подкрепление…

Но сейчас самым важным было продержаться. И выжить.

С первым получилось, со вторым — не очень. Золотая тварь все-таки смогла загнать меня в угол. И рев, от которого задрожали скалы, накрыл сплошной волной.

Выйти из зоны поражения оказалось невозможно, что со Спиралью, что без нее, — радиус инфразвукового удара занимал все доступное для бегства пространство.

Страшный удар. Исполинский поезд с огромной силой впечатал меня в стену и прокатился насквозь, разрывая сосуды, ломая кости и перемешивая внутренности. Экзопокров и Руны-стимуляторы вновь позволили каким-то образом выжить телу, однако вторая составляющая рева — та самая загадочная А-энергия — мгновенно вышибла из него душу.

Несколько секунд я видел себя со стороны. Сползшее, скрюченное у стены тело. А потом заметил мигающую табличку — инкарнация номер семь…

Я умер.

Вопль оказался настолько силен, что снес еще две колонны. Трещины начали ветвиться, с потолка посыпались обломки. Не обращая на это внимания, Каменный Гром издал торжествующий рык, барабаня себя в грудь. Затем он одним скачком оказался возле распростертого тела. Наклонился, оскаливая желтые клыки и осторожно принюхиваясь. Наверное, хотел забрать мою Звездную Кровь. Несомненно, он уже убивал Восходящих, но вряд ли имел дело с Истинными…

Это будет первый и последний раз.

—. . один раз. Ценой собственной жизни, — продолжил Кейнор свой урок. — Но запомни: есть фигуры и есть знаки на камне хаоса, что позволяют возвращать в сферы даже выброшенные фигуры… И в сочетании с ними герой становится невероятно опасен!

Инкарнация! Яростный рывок обратно, в жизнь и боль, в тело, которое собирает себя заново. Я открыл глаза — и Луч Небесного Огня снова ударил снизу вверх, прямо во второй глаз золотого альфы.

Рев Грома, наверное, услышали даже на моем винтокрыле. Гигант отшатнулся, двумя руками вцепился в обезображенную морду.

Слепой. Полностью слепой.

В следующий миг удар раздробил камень там, где я только что находился. Вновь призванный Аспект понес меня в сторону от полностью обезумевшей, начавшей крушить все вокруг золотой твари. Увернуться-то я мог, но проблема заключалась в том, что имеющимися средствами Грома было не остановить! Луч прожигал шкуру, оставляя страшные, но не смертельные ожоги, плоскостной клинок ранил, но золотая регенерация делала свое дело — я видел, как затягиваются шрамы на его коже. Чтобы прикончить эту тварь, нужно что-то помощнее!

Преследуя меня, слепой гигант снес еще одну колонну. Сверху из расширяющихся трещин послышался странный гул, и Скай неожиданно подсветила конструкцию:

Скай: Внимание, командир! При разрушении большей части несущих опор вероятность обрушения свода — девяносто один процент. Масса свода — от десяти до пятнадцати тысяч тонн. Рекомендация: использовать обрушение для нейтрализации цели. Необходимо разрушить оставшиеся колонны и покинуть зону поражения до критического момента.

У нас появился план.

Несмотря на слепоту, Каменный Гром оставался смертоносен. Он полагался на чутье, звук, вибрацию, не знаю, что именно, но почти безошибочно определял, где я нахожусь. К счастью, раны все-таки замедлили и дезориентировали его… Но и я потерял преимущества Эликсира и Пилюли — смерть, как оказалось, обнуляла не только их последствия, но и эффекты.

— Сигурд, буря, что у тебя?

— Не суйтесь!!!

Я старался двигаться так, чтобы колонны были между нами, и больше не позволял загнать себя в угол. Две колонны Гром снес самостоятельно, третью я подрезал с помощью Луча Небесного Огня. Своды трещали, но их поддерживали еще пять колонн. Скай подсвечивала одну из них — согласно расчетам, после ее разрушения потолок неминуемо обрушится…

К сожалению, она находилась в центре.

Ну что ж…

— Сюда, тварь!

Умная тварь. Опасная тварь. Но все-таки — тварь.

Гром молниеносно прыгнул на мой голос, Аспект свечой взмыл под самый потолок. Золотой гигантопитек врезался в колонну всей своей чудовищной массой, и она переломилась. Одновременно я ударил Лучом в место на потолке, где змеились трещины.

Скай не ошиблась.

Со страшным грохотом рухнуло все.

Прямо на нас. Тысячи тонн камня, погребая под собой все, вообще все — разгромленный храм, Грома, Аспект, меня…

Удар.

Тьма.

Глава 14

К собственному удивлению, я выжил.

Причем безо всяких инкарнаций. Когда грохот обвала наконец смолк, мое тело оказалось в полной темноте, намертво зажатое между огромных камней. Шевельнуться в крохотном кармане — почти невозможно, но, о чудо, голубая пленка Экзопокрова не позволила превратить меня в лепешку.

Понятно, почему Азимандия доверяла Торку свою жизнь. Защитное поле, генерируемое серебряным обручем, способно выдержать очень многое — даже вес двадцати тысяч тонн обрушившегося скального массива.