Роман Приходько – Прыжок за грань (страница 52)

Бой закончился. Наступила тишина, изредка нарушаемая бряцаньем оружия и стонами раненых. Небо с восточной стороны побелело. Наступал новый, отмытый радиоактивным дождем, безумный день жестокой кровавой жатвы. Слабый ветерок мазнул туманное марево испарений над болотом, потревожил обитающих там тварей. Несколько глоток по очереди недовольно поурчали и успокоились. Словно во время перестрелки они крепко спали, а тут – на тебе, какой-то негодник ветер пронял нежнейшие задницы мутантов холодным сырым сквозняком. Хорошо еще, что во время стычки аасмены не надумали позавтракать, а то неизвестно, чьи комбинезоны показались бы им более аппетитными.

Гулко щелкнул замок двери комплекса, и оттуда донеслись радостные возгласы. Старый отскреб приставшую к костюму грязь и вернулся к мародерству. Две единицы диковинного вида оружия в первую очередь были повешены на шею и сильно мешали дальнейшему процессу выворачивания карманов и перетряхивания содержимого рюкзаков.

– Какого хрена ты стоишь? – повернув голову к Егору, возмутился ветеран. – Сходи, наемников обшмонай – может, Черный сдох, в конце-то концов!

Парень с невозмутимым видом отстегнул защитный клапан кармана КПК, понажимал кнопки компьютера и спокойно ответил:

– Черного в некрологах нет, а обыскивать уже есть кому, – он кивнул на трех пепловцев, спешно поднимающихся к телам на склоне.

Старый проследил головой в указанном направлении и заворчал:

– Наградила же Зона напарничком… Лодырюга, да еще и брезгливый, – дальше шел поток нелитературных выражений, от которых лицо Егора вновь стало хмуриться и сереть от злости.

Чуть было не завязавшуюся склоку перебил невысокий молодой сталкер, который, не доходя нескольких шагов до сгорбленной в праведных трудах фигуры Старого, заорал, размахивая перед собой обветренными руками:

– Вот же козлина старая! Нет, чтобы узнать о судьбе товарища, так он быстрее грабить – обирать несчастных «жмуров». Когда ты уже нахапаешься?! Все тебе мало и мало!

Старый оторвался от любимого занятия, повернулся, скинул на землю трофейные стволы, встал и раскинул загребущие руки в стороны:

– Сокол, бродяга, – ну извини подлеца! Я рад, что ты жив-здоров и вдобавок не кашляешь.

Сталкеры бросились в объятия и принялись, как дети малые, отрывать друг друга от земли. Надурачившись, они наконец-то разошлись, и Сокол повернулся к Егору.

– Это и есть твой новый напарник? – обратился он к товарищу и протянул руку для пожатия. – Ну, здорово, Любимчик! Рад знакомству… Наслышан о ваших подвигах. Спасибо за помощь!

– Да ладно – чё нам, тяжело, что ли? Пришли, стрельнули пару раз – делов-то…

– Хм… Слышь, Старый! А он, похоже, нормальный чел. С юмором у него все в порядке. Грызетесь, наверное? Ну, признайся?! Ты ж не любишь, когда над тобой прикалываются?! – Сокол ехидно улыбнулся и хлопнул ветерана по плечу.

Старый сконфузился, глянул напарнику в глаза, хмыкнул и пробурчал:

– Бывает…

– Давай, тварь, двигай булками! – донеслось со склона.

Сталкеры разом обернулись на крик.

Охаживая прикладом по спине, пепловец подгонял раненного в плечо наемника, который еле тащился на заплетающихся ногах и спотыкался о каждую кочку. Разбитое забрало шлема болталось на плече, словно вторая голова.

– Лейтенант, чё делать с этим козлом – может, в расход пустить? – боец сильно пнул пленника ботинком под зад, и тот боком рухнул в небольшую лужу в нескольких метрах позади Егора.

Командир взвода «отлепился» от забора комплекса, где все это время стоял, наблюдая за действиями подчиненных, важно подошел к стонущему от боли наемнику, снял с головы защитный шлем, вытащил из кобуры пистолет и присел на корточки возле жертвы.

– Слушай меня внимательно, – начал он. – Я сейчас буду спрашивать, а ты коротко и ясно отвечать. За это ты умрешь быстро и не больно. Если начнешь кочевряжиться – подыхать придется долго и мучительно. Понял?

Пленник закрыл глаза, расслабился и чуть слышно ответил:

– Хорошо. Что ты хочешь знать?

Пепловец не спеша вытащил из кармана сигарету, прикурил, сделал глубокую затяжку и начал допрос:

– Как получилось, что вы заодно с «Легионом»? Какие у вас могли возникнуть общие интересы – фанатики первый раз за всю историю Зоны скооперировались с другим кланом?

Сталкеры и еще несколько бойцов «Пепла» подошли ближе к месту дознания, чтобы послушать ответ на вопрос, который мучил не только командира взвода.

Наемник поморщился, открыл глаза, посмотрел в ствол направленного ему в лицо пистолета и попросил:

– Дайте покурить.

Лейтенант сунул ему в губы свою сигарету. Тот жадно затянулся, выпустил дым через нос:

– Черному пришло сообщение на комп. Легионеры хотели встретиться у ворот «Спутника» для, как они сказали, взаимовыгодной беседы. Бригадир долго думал, но потом согласился. Полчаса они калякали с какой-то шишкой из «Легиона», затем шеф нам сказал, что у нас с фанатиками перемирие и какой-то договор о сотрудничестве. Еще он сказал, что нужно, во что бы то ни стало, взять бункер ботаников. За это легионеры помогут отбить у «Анархии» нашу базу…

– А на кой хрен им сдались ученые? – перебил рассказчика Сокол.

– Шишкарь сказал Черному, что Старый, – наемник кивнул на стоящего рядом сталкера, – мог продать профессору Суханову какой-то редкий артефакт, который позарез нужен Хозяину Зоны.

Все присутствующие вопросительно уставились на упомянутого фигуранта занимательной истории. Старый состроил рожу безвинно оклеветанного младенца:

– Какой на хрен артефакт? У них чё – совсем радиация мозги сварила?!

– А еще, легионеры обещали за головы Старого и его напарника пятьдесят штук зелени, – добавил пленник.

Опять вся толпа вперилась ошарашенными глазами в бедного ветерана, готового провалиться сквозь землю, лишь бы ничего никому не объяснять. Наконец, он выдавил из себя деланное возмущение:

– Ну, и чё вы уставились все, как бараны на новые ворота? Откуда я знаю, за что мне такая охренительная честь выпала?!

Слушатели, как болванчики, снова повернули головы к наемнику. Тот выплюнул бычок, облизал побелевшие губы.

– Дальше! – рявкнул пепловец.

– Я больше ни хрена не знаю – это только Черный в курсах. Нам он больше ничего не рассказывал.

– Где он может прятаться? Говори! – лейтенант надавил стволом «макарова» на окровавленную дырку в плече пленника.

Тот замычал. Гримаса боли исказила лицо. Хриплый крик вырвался из его горла:

– В здании завода! На первом этаже…

Командир взвода резко встал, окинул взглядом подчиненных, ткнул пальцем в бугая, притащившего наемника, и выдал ряд приказов:

– Таран, пленника на базу – отвечаешь головой! Возьмешь своих земляков и пулеметчика с первого отделения. Да, и перевяжите его, – он пнул ногой скрюченную фигуру синдикатовца. – Кладов, – кивнул лейтенант командиру первого отделения, – остаешься охранять бункер до моего возвращения. Флинт, со сталкеров глаз не спускать, – и с презрением посмотрел на Старого с напарником, – из-за них вся Зона перевернулась, и кровь наших товарищей льется рекой. Я думаю, полковник захочет обстоятельно с вами побеседовать, – пепловец отвернулся и громко приказал: – Остальные – идем на «Спутник»!

Лицо Старого налилось кровью, и он закричал вслед отходящему лейтенанту:

– Ты чё, солдафон, офонарел?! Я вольный сталкер! И на твои приказы срать хотел с высокой колокольни!

Пепловец встал как вкопанный, развернулся. Рука потянулась к «Грозе», висевшей на плече. Взгляд его не предвещал ничего хорошего. Сокол с Егором сдвинулись плечами перед сопящим от злости бунтарем.

– Закрой хавальник… – уголком рта прорычал Любимчик напарнику и, в примирительном жесте выставив руки вперед, вежливо попросил лейтенанта: – Командир, можно мы пойдем с вами? С Черным у нас свои счеты, и вам лишний ствол не в обузу. А с полковником всегда успеем покалякать…

Пепловец долго переваривал ситуацию и, скрежетнув зубами, неохотно кивнул головой.

– Вася, загонишь «Плазмы» Суханову – я потом зайду, поделим навар, – прошептал Соколу Старый и подтолкнул Егора плечом: – Сам-то похавать не любитель?..

Группа бойцов рванула на подъем – по пути отступления наемников. Сталкеры под присмотром пепловца двинулись следом. Не успели преследователи выбраться на грунтовую дорогу, идущую параллельно заводу, как по ним со стороны входных ворот «Спутника» ударил пулемет. Длинная очередь прошла над головами, вдолбив несколько пуль в трухлявый тополь на обочине. Пепловцы, как зайцы, прыснули по сторонам, укрываясь за стволами деревьев, образовывавших аллейку вдоль полузаросшей серой травой грунтовки. Вторая очередь разрыхлила землю в том месте, где еще теплились следы от ботинок залегшего взвода «Пепла».

Старый с Егором отползли к кирпичному забору «Спутника» и оказались вне зоны видимости пулеметчика, так как в двухметровой ограде, идущей к воротам, оказалось небольшое искривление – точь-в-точь пивной живот. Зато из-за дерева в их сторону смотрел ствол «Грома» с подозрительной харей Флинта поверх удерживаемого для прицеливания АГК.

– Огонь из подствольников по будке КПП! – скомандовал лейтенант своим архаровцам, а сам перекатился к Егору, готовившему к стрельбе «Винторез».

– Короче, слушай меня внимательно! – придвинулся он к голове сталкера, чтобы перекричать хлопки и трескотню оружия своей группы. – Берешь шизанутого напарника и чешешь вдоль забора до полуразрушенной секции – есть там такая. Я по молодости в этих краях на Суханова работал, так что знаю. Так вот, переберетесь на ту сторону и по проходу между цехами, метров через тридцать, упретесь в штабеля контейнеров в тупичке. По ним можно перемахнуть на дорожку, ведущую к административному зданию. Оттуда зайдете наемникам в тыл и поможете нам войти через ворота. А мы пока будем отвлекать этих ублюдков.