Роман Пастырь – Повелитель разума (страница 29)
Старик от этого вопроса сдулся. Опустил плечи, уставился себе под ноги. Длилось это с минуту, а потом он сжал кулаки и посмотрел на меня с тихой ненавистью.
— У тебя хватит сил продолжить тренировку?
— Не проверим — не узнаем.
Сил не было. Меня трясло и шатало, но я не мог иначе. Раз решил остаться, мне требовалось хорошее оправдание. Стрельба для этого подходит. Возможно, обычный пистолет станет моим главным козырем. А я не хочу, имея оружие, погибнуть так же глупо, как и Иосиф.
— Идем.
Старик отвёл меня в дом, в одну из комнат, где лежали коробки. Внутри оказались патроны, взрывчатка, а рядом, на столе, лежало несколько пистолетов и штурмовая винтовка. Я подобное только в компьютерных играх видел.
— Никогда не пытайся взять что-то у меня без спроса, — предупредил он. — Покажи свой пистолет.
Я достал оружие, передал старику. Тот осмотрел его.
— Глок-19. Распространенная модель. За которой не следят. Почему он грязный?
— Потому что я забрал его в бою.
— Кого убил?
— Паразита, который хотел меня запугать до смерти, чтобы собрать страх.
— Бывает. Правило первое — не доставай оружие, если не готов выстрелить. Правило второе — не направляй оружие на тех, в кого не надо стрелять. Постреляешь сегодня из моего. Позже научу, как разбирать и чистить.
Вышли на улицу. Старик начал обучение с правильной стойки. Потом объяснил, как обращаться с оружием, чтобы не пристрелить себя. Следующие полчаса я отрабатывал одно движение. Доставал и прятал пистолет.
В какой-то момент старику стало любопытно, сколько я продержусь. Я же просто делал одно и то же, игнорируя боль в теле и фокусируясь на поставленной задаче. К концу первого часа он сдался. Выделил две обоймы и дал пострелять.
— Ты почему дыхание задержал, малец? — спросил он, когда на расстоянии десяти шагов я смог попасть всего один раз.
— Потому что Паук умеет блокировать тело.
— Так он и руку тебе заблокирует тогда, чтобы не выстрелил.
— Надо с чего-то начинать.
— Ну… Тогда ладно, — задумался он. — Но если будешь слишком много концентрироваться на подготовке против него, то он быстро это заметит. Думай о другой цели. Внешне безобидной.
Безобидной?
— Тогда буду учиться плавать под водой.
— Так-то лучше.
Тренироваться я продолжил, пока руки не отказались подниматься.
— Старик, — позвал я, когда мы закончили и он почти зашёл в дом. — Как тебя зовут?
— Марк Гроссен. Это имя уже давно ничего не значит. Иди спать, Курт. На сон осталось не так много времени.
***
Марк Гроссен смотрел на то, как тот отправился к машине.
Юноша, стоит признать, оказался упорным. Гроссен скептически относился к их сотрудничеству, но то, что за три года так и не удалось сделать задуманное, толкало его хвататься за любые соломинки. Неожиданный союзник как раз был такой соломинкой, он мог изменить расклады и переломить череду неудач.
При условии, если окажется достаточно сильным и решительным.
“Яйца у него есть. — подумал старик. — Посмотрим, что из него получится выжать”.
Глава 13. Несъеденный шоколад
По стеклу постучали, выдергивая из беспокойного сна.
— Вставай, малец! У нас сегодня много дел!
Я заозирался и увидел рядом с машиной старика. Он махнул рукой, чтобы я выходил и шёл за ним.
Первое же движение вызвало вспышку боли. Я замерз. Околел в машине за ночь. Печка не работала, а одной лишь верхней одежды не хватило, как бы я ни пытался согреться. От неудобной позы мышцы затекли и, выбравшись наружу, я почувствовал себя древней развалиной. Если старик ещё раз предложит ночевать здесь, плюну ему в лицо.
Сам-то старик выглядел вполне свежим и отдохнувшим. Воображение живо нарисовало, как он спал в тепле, под одеялом, с полным комфортом. Потом взгляд скользнул на покосившийся дом, который вот-вот рухнет, и эта мысль ушла.
— По тебе видно, что ты не рад, — сказал старик.
Он сел в кресло, на веранде и взялся разогревать консервы прямо в банках над газовой горелкой.
— Любое твоё недовольство — это всего лишь ещё один враг, которого надо победить.
— Теплой постелью и одеялом?
— Неженка, — старик оскалился, приподнял верхнюю губу и показал желтые, кривые зубы. — Ты вышел на войну, малец. Самую настоящую войну, где проливается кровь. Да чего уж там, ты успел убить! При этом жалуешься и ноешь о том, что ночка выдалась не такой комфортной, как ты привык.
— Я не жалуюсь.
— Всё написано на твоём лице. Не надо читать мысли, чтобы догадаться, что ты чувствуешь.
— И что дальше? Это тоже убить в себе?
— Да, — твёрдо ответил старик. — Я не знаю, как было раньше и давно ли появились паразиты. Одно я знаю точно. Обычные люди куда счастливее их. У обычных людей есть стимул бороться. Без бонусов, которые даёт умение залезать другим в голову, приходится конкурировать, а конкуренция закаляет. Ты ведь понял, о чём я вчера говорил?
— Понял.
— Сила — развращает. — Старик помещал неопределенную массу в банке, кивнул сам себе, снял с огня, откинулся на кресле и начал есть. — Что смотришь? Хочешь жрать, так сам о себе позаботься.
— Воздержусь. — сказал я, чувствуя, как в животе заурчало.
— Неженка, — хохотнул он и начал закидывать месиво розовато-серого вида себе в рот.
— Разве неженка способен убить? — попытался я подловить его на противоречии.
— Конечно. Трусы и слабаки всегда отчаянно дерутся, если их как следует прижать. Слышал, что крысы опаснее всего, если их зажать в угол?
— Бред.
Старик замер, не донеся ложку до рта. Недобро прищурился, смотрел на меня несколько долгих секунд, а потом продолжил жевать. Медленно.
— Ладно. Я не буду лезть к тебе в душу. У нас общее дело, и давай сделаем его, если ты, конечно, не рухнешь в голодный обморок.
Мы уставились друг на друга. Я упрямиться не стал и взял вторую консерву. Попробовал, языка коснулся вкус жира и специй. Еда была отвратительной, но я продолжил есть.
— Для выживания и нашей задачи тебе надо научиться контролировать свои мысли. Многого ты вчера добился?
— Кое-какие успехи есть.
— Сможешь закрыться от Паука?
— Не знаю.
— Это не тот ответ, который я хотел бы услышать.
— Так и я бы хотел получить нормальные ответы.
— Дерзишь, малец, — ложка заскрежетала по дну банки. — Нормальных ответов быть не может. У каждого свой путь. Я могу лишь дать общее направление, поделиться опытом, но не описать конкретные шаги.
— Так и я, не зная, на что способен Паук, не могу утверждать, закроюсь от него или нет.