Роман Мещерский – Тень Тартарии. Книга II (страница 2)

— Выходим, — сказал Родион.

Мы быстро выбрались из тайника, задвинули плиту на место, вышли из подвала. Охранник стоял на лестнице, настороженно глядя на нас.

— Всё в порядке, — сказала Алиса. — Мы уже закончили.

Он не поверил, но спорить не стал.

На улице нас ждал сюрприз. У крыльца стоял мужчина в дорогом пальто, лет пятидесяти, с аккуратной бородкой. Он улыбался.

— Лев Гартман? Алиса Тихонова? Я — Пётр Собакин. Потомок тех самых купцов. Нам нужно поговорить.

— Откуда вы знаете, что мы здесь? — спросил я настороженно.

— Архив. У меня там знакомые. Они позвонили, сказали, что двое москвичей интересуются моими предками. Я заинтересовался. Давайте выпьем кофе?

Мы зашли в ближайшую кофейню. Пётр Собакин оказался историком-любителем, владельцем небольшого издательства. Он знал о Тартарии не понаслышке.

— Мой пра-пра-прадед, Иван Собакин, разорился именно из-за этого камня, — сказал он, помешивая эспрессо. — Он потратил состояние на вывоз плит из Сибири, хотел построить из них дворец. Но когда плиты привезли, пришёл указ из Петербурга: «Замазать письмена и впредь подобным не заниматься». Иван попытался оспорить, но его дело замяли, а его объявили банкротом.

— За что? — спросила Алиса.

— За то, что пытался сохранить память о Тартарии. Понимаете, в то время уже было секретное распоряжение — уничтожать любые упоминания. А Иван хотел сделать из плит музей. Его сочли опасным.

— А плиты так и остались в фундаменте? — спросил я.

— Часть да. Но некоторые Собакины тайно вывезли и спрятали в своём имении под Тверью. Я могу показать.

— Вы знаете, где?

— Конечно. Я там вырос.

Мы поехали на его машине за город. Имение Собакиных находилось в деревне Никулино, в тридцати километрах от Твери. Усадебный дом сохранился плохо — после революции там была школа, потом склад, потом он стоял заброшенным. Но подвал уцелел.

Пётр открыл тяжёлую железную дверь, заржавевшую, но ещё крепкую. Мы спустились. В подвале, при свете фонариков, увидели сложенные штабелями зелёные плиты. На них — руны, те же самые.

— Здесь около тридцати плит, — сказал Пётр. — Мой дед прятал их от советской власти. Говорил, что это наследие предков, которое нельзя уничтожать.

Я провёл рукой по рунам. Они были холодными, гладкими. И вдруг — одна из плит чуть сдвинулась. Я нажал сильнее. Она отъехала в сторону, открывая проход в узкую щель.

— Там ещё что-то есть, — сказал я.

Мы протиснулись. За стеной оказалась небольшая камера, а в центре — каменный саркофаг. Без крышки. Внутри — истлевшие остатки ткани и… свиток. Берестяной, но хорошо сохранившийся.

Я осторожно взял свиток. Развернул. Текст был на древнерусском, но с вкраплениями неизвестных слов.

— Это не просто свиток, — сказал я. — Это летопись. Кто-то записывал историю Тартарии в XII веке. На бересте.

— Можете прочесть? — спросила Алиса.

— Попробую.

Я начал читать вслух, переводя на ходу:

«В лето 6631 (1123) пришла туча чёрная с востока, и пошёл дождь глиняный, и покрыл грады наши высокие, и башни медные, и храмы каменные. И ушли люди под землю, иные же погибли. А те, кто остался наверху, стали жить по-звериному, забыв ремёсла и письмена. И сказали жрецы: “Это наказание за гордыню. Мы строили до неба, а небо упало на нас”. И завещали: “Не ищите старых знаний, ибо они опаснее меча”. Так погибла Великая Тартария, и стала землёю, и глиною, и забвением».

Мы молчали. Слова отзывались в сердце.

— Это прямое свидетельство, — сказала Алиса. — Очевидец. Или тот, кто слышал от очевидцев.

— И он подтверждает: катастрофа — грязевой дождь. И что люди выжили, но одичали.

— А жрецы завещали не искать знаний, — добавил Родион.

— Или это встроили в легенду Хранители, — сказал я. — Чтобы никто не копал.

Мы сфотографировали свиток со всех сторон. Пётр разрешил взять его с собой — в Москву, для изучения.

— Только обещайте, что вернёте, — сказал он. — Это семейная реликвия.

— Обещаю.

Мы вышли из подвала. Свежий воздух показался пьянящим после затхлого подземелья.

— Что дальше? — спросила Алиса.

— Дальше — расшифровывать свиток. И готовиться к поездке в Петербург.

— Зачем в Петербург?

— Там главный архив Хранителей. Ключник говорил. Если мы сможем туда проникнуть…

— Ты с ума сошёл.

— Возможно. Но свиток показывает: мы на верном пути.

Мы попрощались с Петром, сели в электричку и уехали в Москву. Всю дорогу я держал свиток в рюкзаке, боясь его повредить.

В Москве нас ждал сюрприз. Ключник пропал. Снова. Его телефон не отвечал. Квартира была опечатана. Соседи сказали, что его забрали «люди в штатском» три дня назад.

— Они его нашли, — сказала Алиса. — Опять.

— Но он говорил, что подкупил охранника. Может, это была ловушка?

— Или он сам подстава.

Я не хотел в это верить. Но факт оставался фактом: Ключник исчез, а у нас остались его папка, свиток и куча вопросов.

Ночью я не спал. Перечитывал свиток, пытался найти скрытый смысл. И вдруг заметил: на оборотной стороне бересты, под другим углом, выцарапаны цифры. Координаты. 63° с.ш., 97° в.д. — те же, что в дневнике Уэллса. И ещё одни: 59° с.ш., 30° в.д.

— Это Петербург, — сказал я сам себе. — Географические координаты Петербурга.

Значит, в Питере тоже есть что-то связанное с Тартарией. Может быть, архив. Может быть, тайник.

Я решил: едем в Петербург.

---

Глава 2, в которой мы оказываемся в Северной столице и понимаем, что город построен на костях Тартарии

Петербург встречал нас дождём. Не тем ласковым европейским дождиком, а настоящим, промозглым, который забирается под одежду и не отпускает до самого вечера. Мы с Алисой стояли на Московском вокзале, смотрели на серое небо и думали: «Зачем мы сюда приехали?»

Но ответ был очевиден: Пётр Великий строил этот город на болотах, но фундаменты многих зданий — из того самого зелёного камня. Я помнил, как в студенчестве читал об этом: гранит для набережных везли из Финляндии, а вот для фундаментов использовали местный камень. Но местный камень — это известняк и доломит. А зелёный — не местный.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.