Роман Литвинцев – Счастье народов (страница 2)
– К тому же, как нам известно из сведений сохранившихся в архивах, в этом так называемом раю есть капиталисты, евреи-космополиты, они рулят там финансами. А может есть и что пострашнее. Вообще тот мир политически неоднороден. Эти пожалуй будут, похлещи наших… – Владлен осекся. – Это, по крайней мере, для меня уже не рай.
Только представь, у них может, и хвосты даже есть, кто знает, какое скотство может быть в вывихнутом мире, где коммунизм не победил. Ха-ха!
Надю тоже слегка повеселила, нарисованная воображением картина, забавного существа.
– У меня все.
– Разрешите идти?
– Да можете идти.
Савельева стукнула каблучками, отдала честь, затем быстро подошла к столу, за которым сидел Владлен. Нагнулась к лицу сидящего майора, страстно поцеловала его в губы. Затем левой рукой погладила его по голове и прошептала на ухо томным голосом, полным похоти и желания: – Котик вечером жду тебя у себя, будет сюрприз.
– Не люблю сюрпризов Надя, знаешь такая работа, – сказал Владлен полушепотом с легкой улыбкой на лице. Улыбка выдавала, что он не против.
– Он тебе понравится милый. Обещаю! – сказала Надя. Медленно покачивая бедрами, от чего юбка эротично колыхалась, вышла в коридор, захлопнув за собой плотно дверь. Майор остался в полумраке кабинета, со своими мыслями наедине.
Глава 2
Ее волосы никогда не лежали в порядке, что-нибудь да растреплется. Белые, ровные зубы и голубые глаза, в которых плясала веселая искорка. Яркие, чуть припухлые губы. Ее строгая, классической формы юбка колыхалась в такт размашистым шагам, дразня ненасытные взгляд идеальными, влекущими коленями.
Она была сложной натурой, целеустремлённой и очень образованной девушкой. Она получила прекрасное классическое образование и превосходные рекомендации одного из лучших лицеев страны.
Оглядываясь назад, можно предположить, что все эти части биографии данной особы, не считая конечно ее привлекательную внешность должны были бы многих настораживать. Особенно форма на ней. Увы, все считали иначе, попадаясь в ее ловушки как мухи в паутину. Единственным кто был исключением это Владлен, ее начальник, возможно, поэтому он ей и нравился.
Сколько раз, она задавала себе вопросы: «Почему ее тянет к нему? Почему она хочет быть рядом с ним, всегда»?
Как это было прошлой ночью. Может быть, она любит его? Хотя при современной жизни это рискованные, и громкие слова.
Наверное, все же да, – отвечала она сама себе. Жаль, что они не могут быть вместе открыто. Ведь он ее начальник, связи на службе не одобряются. У Владлена и у нее самой могут быть серьезные проблемы, узнай кто.
Кутомара был маленьким городком, жители в основном работали на заводе и железной дороге при шахте, на самой шахте работали пленные ниппонцы и различные не благонадежные элементы, диссиденты, партизаны. После ментальной обработки, они и могли разве, что только работать кайлом и быть вместо гужевого скота. Медики старались на совесть, да и технология применяется уже лет сто, по превращению человека в безмолвного робота, способного выполнять лишь четкие лаконичные команды. Не какого остаточного разума, не каких инстинктов, они даже не способны самостоятельно питаться. Это хуже чем смерть.
Дистрикт не был благополучным местом, из всех дистриктов Даурии он пострадал больше остальных во время тридцатилетней войны с Ниппон Хоку. По мимо кровопролитных боев за контроль над урановыми и золотоносными шахтами, здесь самураи отыгрались по полной. Воздух был отравлен, приходилось ходить в респираторах, лес был практически мертв в нем водилось голодное зверье, постоянно совершавшее набеги на городские окраины и партизаны занимавшиеся тем же. Мутации среди населения были частыми, многие ходили в силиконовых масках, что бы скрыть физические уродства на лице. Многих детей приходилось умертвлять еще в утробе матери, если генетические аномалии носили ярко-выраженный характер. Мера жестокая, но вынужденная. Законов Союза о генетической чистоте и запрете оборотов, ни кто не отменял в республике.
Применялось химическое и бактериологическое оружие. Ядерное оружие, применялось лишь локального действия. И то, в основном грязные кустарные бомбы из отходов производства завода. Их взрывали отступавшие вместе с ниппонцами троцкисты-регионалы.
Вообще Забайкалью повезло больше чем остальному Союзу. Такие города как Москва, Берлин, Ленинград, Красноярск, Иркутск были уничтожены ядерными взрывами. От этих взрывов говорят, небо светилось на протяжении недели, а пепел выпал даже в Антарктиде. Если сравнивать с бывшим Союзом, то в Даурской земле было спокойнее, чем на остальной территории.
Во время Европейской войны судьба Евразии была решена в 1943 году. Войну против СНРС Ниппония так и не начала, ни в сороковые ни в шестидесятые. Запала тридцатых не было. Империя боялась остаться один на один с США, уже имевшими ядерное оружие и мечтавших о Луне. Наши, советские ракеты Королева-Оберта были хороши как для войны, так и для полетов в космос, поэтому мы были первыми. Красное знамя было водружено на спутнике Земли.
Японцы знали, что Евразия, вооружившись расовой доктриной, рано или поздно возьмутся и за них. Император понимал, что дружба с ним для СНРС лишь необходимость, вынужденный шаг, чтоб расправиться с США и окончательно лишить янки достоинства.
Так и вышло, Японцы разгромили штаты. В 1978 сбросили ядерною бомбу на Нью-Йорк. На востоке бывших США была создана подконтрольная СНРС, «Американская социалистическая директория». Запад, исключая Аляску и Канаду отошел к Японии. Мир завоеван, остались лишь две страны, что же делать?
Ответ был очевиден: последняя война.
В 2019 была расстреляна Куйбышевская пятерка, которая почти год возглавляла разрозненное сопротивление регионалов на территории европейской России. В Сибири троцкисты смогли продержаться до 2022 года. В апреле месяце под ударами армии пала Чита.
Последние троцкистские правители не были самостоятельными, тот огрызок некогда единой страны был негласным сателлитом Ниппон. Затем на руины некогда великой страны пришел триумвират, с ним долгожданный мир. Эпоха доживания на пепелище былого.
Первое, что планировала сделать Надя, прибыв в Кутомару это посетить местное отделение Департамента государственной охраны.
Здание комендатуры Департамента было недалеко от вокзала, его можно было сразу узнать по стандартному монументу у входа в виде небольшого обелиска, увенчанного щитом с изображением металлического меча в пятиконечной звезде с серпом и молотом. Надя Савельева двинулась к нему.
Глава 3
Здание комендатуры представляло собой типовую постройку. Ни чем не отличалось от провинциальных штабов чекистов во всех дистриктах. Получив пропуск в дежурке, Надя прошла по узкому светлому коридору в самый конец, где располагался кабинет коменданта. О ее скором прибытии, его должны были предупредить еще вчера.
Забавно, но после войны «Государственная охрана» была единственным, что не изменилось, и была там, где и полагалось быть.
Союза уже нет, а ДГО как наследник МГБ сохранило единство.
Комендант встретил Надю довольно дружелюбно.
Это был седой сухощавый человек лет пятидесяти, с узким бледным лицом и выпуклыми серыми глазами.
Форма на нем, типичное обмундирование специальных войск «Департамента Государственной охраны», сшитое из тонкой черной кожи, серебряные кубари очень эффектно смотрелись на красных околышах.
На столе, обделанном красным сукном в кабинете стоял ЭВМ «Кристал Х3». На мониторе маячила хроника времен войны, из колонок звучал старенький марш, кажется Эрнст Буш «Всемирная республика», причем на немецком языке.
– А, товарищ Савельева, – сказал комендант с улыбкой. – Начальник линейного отдела уже был у меня с рапортом, и доложил, что вы должны приехать. Последнее время совершенно не нахожусь в кабинете, напрямую со столицей не говорю.
– Как добрались?
– Спасибо хорошо, nureinwenigmüde, im Zug, dermichschaukelt – ответила Надя.
– О, у вас превосходный немецкий! – удивительно. – Где учились?
– Дома. Мой отец был в состоянии оплатить хорошего учителя.
– Похвально. Коньяку?
– Спасибо, нет. Я подумала, что мне стоит известить вас о своем появлении.
– Как я понимаю, вы по делу? -комендант все-таки вытащил из стола бутылку и бокалы.
– Да как мне понадобится вся имеющаяся у вас информация по серии убийств, произошедших в городе, и территории дистрикта за последние три года. И да в интересах следствия, мне необходимо поговорить со всеми кто имел хоть какие-то отношения с жертвами. Можете мне оказать содействие?
– Вы удивляете меня. Информацию по убийствам за последние три года? – Мне трудно представить, как нам это удастся сделать. Половина убийств вообще не учтены, а другая как правило «висяки» или «бытовуха», местные стараются разобраться со своими делами по своему. Наша функция как властей сводится лишь к поддержанию хоть какого-то порядка, хотя-бы здесь в центре города, на окраинах и то бардак, Про дистрикт я и не говорю, один участковый на семь деревень. А хутора? Самопоселенцы? Я служу тут уже седьмой год и ненавижу Кутомару всей душой. В прочем, чем смогу, помогу. Да и вот еще мой вам совет – не покупайте на местном рынке мясо. Можете съесть какого-нибудь не учтенного убиенного. Когда я жил в столице мне говорили, что на востоке жрут человечину, а я дурак не верил. К сожалению это оказалась правда. Пирожки на рынке с человеческими пальцами, дело обычное. Вот совсем недавно, в прошлый четверг кажется завели дело.– комендант пошарил по столу, достал папку и бегло стал читать. -Так-так, да, вот. Следственные органы возбудили уголовное дело по факту убийства тремя бомжами двадцатипятилетнего жителя города, чьи останки затем были проданы в ларек. Они нанесли ему множественные удары ножом и молотком, мужчина скончался на месте. После совершения преступления труп был ими расчленен и часть употреблена в пищу.