Роман Кузнецов – Трансформация оптового бизнеса в эпоху маркетплейсов (страница 14)
Алексей Соколов, высокий русский парень 28 лет с короткой стрижкой и внимательным взглядом, давно сделал утренние пробежки частью своего распорядка. Они помогали ему структурировать мысли, подготовиться к насыщенному дню. Сегодня предстояло особенно много работы – демонстрация новой версии SupplyFlow крупному потенциальному клиенту, финализация презентации для инвесторов и интервью с кандидатом на должность технического директора.
Вернувшись домой – в небольшой, но современный таунхаус, который он снимал с другом, – Алексей быстро принял душ, приготовил смузи из шпината, яблока и имбиря, и включил ноутбук, чтобы просмотреть почту перед выходом.
"58 новых сообщений. Неплохо для 7 утра," – подумал он с усмешкой. За три года в Кремниевой долине он привык к бешеному ритму работы, когда день начинался с восходом солнца и часто заканчивался далеко за полночь.
Он бегло просмотрел письма, отмечая наиболее важные для дальнейшего ответа. Письмо от Джейсона, CEO SupplyFlow, с темой "СРОЧНО: Изменения в презентации для Sequoia". Несколько сообщений от разработчиков с вопросами по архитектуре платформы. Отчет от команды маркетинга о результатах последней кампании. Приглашение на конференцию по искусственному интеллекту в логистике. Алексей быстро набросал ответы на самые критичные и закрыл ноутбук.
Через полчаса он уже парковал свою Tesla Model 3 – подержанную, но всё равно предмет его гордости – на стоянке офиса SupplyFlow. Стеклянное трехэтажное здание, разделенное с несколькими другими стартапами, выглядело стильно и современно, хотя и не так внушительно, как кампусы гигантов Кремниевой долины.
– Лекс! – окликнул его Майк, руководитель отдела разработки, как только Алексей вошел в опенспейс. – Ты видел последние изменения в API? Ребята из Google Cloud поменяли систему аутентификации, нам придется перестраивать интеграцию.
– Доброе утро, Майк, – улыбнулся Алексей. – Да, видел письмо. У нас есть две недели до релиза, справимся. Назначь встречу с командой на 11, обсудим архитектурные изменения.
Он прошел к своему рабочему месту – простому столу в общем пространстве, не отличающемуся от десятков других. В SupplyFlow не было отдельных кабинетов даже для руководителей – все работали в едином пространстве, разделенном лишь несколькими переговорными комнатами из стекла. Философия открытости и равенства пронизывала корпоративную культуру компании.
Джейсон Райт, основатель и CEO SupplyFlow, помахал ему из-за своего стола:
– Привет, Алекс! Зайди, когда освободишься, нужно обсудить презентацию.
Алексей кивнул, включил компьютер и погрузился в работу. Как директор по продукту (Chief Product Officer) он отвечал за стратегию развития платформы, функциональность, пользовательский опыт. Это была ответственная позиция, особенно для компании, которая за три года выросла от идеи до платформы с пятьюдесятью корпоративными клиентами и оценкой в 50 миллионов долларов.
SupplyFlow создавал решение для оптимизации цепочек поставок с использованием искусственного интеллекта и машинного обучения. Платформа анализировала огромные массивы данных – от истории закупок и продаж до погодных условий и геополитических событий – и предсказывала спрос, оптимизировала запасы, автоматизировала закупки. По сути, это была та самая система, идею которой Алексей когда-то безуспешно пытался внедрить в "ОптТорге".
– Алекс, ты готов к звонку с Walmart? – К его столу подошла Сара, руководитель отдела по работе с клиентами. – Они перенесли встречу на 10:30. И прислали дополнительные вопросы, я переслала тебе.
– Буду готов, – ответил Алексей, открывая почту. – Это огромная возможность для нас.
– Еще бы, – кивнула Сара. – Если Walmart станет нашим клиентом, это откроет двери во все крупные ритейл-сети. Но они жесткие переговорщики.
– Справимся, – уверенно сказал Алексей. – Наше решение экономит им минимум 12% на логистике – цифры говорят сами за себя.
В 10:00 он зашел в кабинет Джейсона для обсуждения презентации для венчурного фонда Sequoia Capital, одного из самых влиятельных инвесторов в мире технологий.
– Алекс, ты гений, – с ходу заявил Джейсон, показывая на экран с открытой презентацией. – Эти слайды о предиктивной аналитике потрясающие. Но нам нужно больше подчеркнуть масштабируемость решения. Sequoia интересует глобальный потенциал.
– Я добавлю раздел о международной экспансии, – кивнул Алексей. – У нас есть хорошие кейсы из Европы и Азии, которые демонстрируют универсальность системы.
– Отлично, – Джейсон энергично щелкнул пальцами. – И ещё мне нужно, чтобы ты провел техническую часть презентации. Ты умеешь объяснять сложные вещи простыми словами, а это критично для инвесторов.
Алексей кивнул, хотя внутренне поморщился. Он предпочитал работать над продуктом, а не заниматься питчами и презентациями. Но в мире стартапов каждый должен был уметь "продавать" свою идею – инвесторам, клиентам, партнерам.
После встречи с Джейсоном Алексей успел поработать над улучшением алгоритма прогнозирования спроса, провести звонок с Walmart (который прошел успешно, хотя до заключения контракта было еще далеко), и пообедать с командой разработчиков, обсуждая технические детали новой функциональности.
День пролетел незаметно, наполненный решением десятков разнообразных задач, короткими, но интенсивными встречами, быстрыми решениями в условиях постоянно меняющейся ситуации. В этом был дух Кремниевой долины – скорость, адаптивность, инновационность. Никакой бюрократии, минимум формальностей, максимум эффективности.
В 7 вечера, когда большинство сотрудников уже разошлись, Алексей всё еще сидел за компьютером, дорабатывая презентацию для Sequoia. Рядом на столе стоял остывший кофе, а в наушниках играла музыка, помогающая сосредоточиться.
– Эй, ты что, решил ночевать здесь? – К нему подошел Джейсон, готовый уходить домой.
– Почти закончил, – ответил Алексей, потирая уставшие глаза. – Хочу добавить еще пару слайдов о потенциале российского рынка.
Джейсон присел на край стола:
– Кстати, об этом… Ты когда-нибудь думал о том, чтобы развивать SupplyFlow в России? Со своими связями и знанием рынка ты мог бы возглавить наше представительство там.
Алексей замер, неожиданно почувствовав, как что-то сжалось внутри. Россия, дом, семья – темы, которые он старательно избегал последние годы.
– Не знаю, – наконец ответил он. – Российский рынок очень специфичен. И у меня… сложные отношения с отцом, который является крупным игроком в логистическом бизнесе.
– Ну, подумай об этом, – легко сказал Джейсон. – Нам нужно расширяться географически, а ты наш самый ценный ресурс. Кстати, завтра ужин с Эриком из Microsoft Ventures, не забудь. В 8 вечера, ресторан "Фьюжн".
Когда Джейсон ушел, Алексей откинулся в кресле и закрыл глаза. Мысли о России, которые он обычно старательно отгонял, нахлынули с новой силой. Как там отец? Как "ОптТорг"? Держатся ли на плаву? Алексей знал о ситуации на российском оптовом рынке – маркетплейсы активно проникали в B2B-сегмент, традиционные оптовики теряли долю рынка. Выживет ли бизнес отца в этих условиях?
Он вздохнул и вернулся к работе. О России он подумает потом. Сейчас нужно было закончить презентацию, от которой зависело будущее SupplyFlow.
В ресторане "Фьюжн" было шумно и многолюдно – типичная атмосфера пятничного вечера в популярном месте Пало-Альто. За столиком в углу расположилась необычная компания: трое мужчин и женщина, увлеченно обсуждающие что-то за бокалами калифорнийского вина.
– Алекс, ты не можешь серьезно считать, что блокчейн в логистике – это пузырь, – говорил высокий чернокожий мужчина с аккуратной бородкой. – Посмотри на контракты Maersk с IBM, они уже экономят миллионы на документообороте.
Это был Эрик Джонсон, партнер в Microsoft Ventures, человек, чье мнение высоко ценилось в технологических кругах.
– Я не отрицаю потенциал блокчейна, Эрик, – отвечал Алексей. – Я лишь говорю, что 95% проектов в этой сфере созданы маркетологами, а не инженерами. Они хайпят на модном слове, не создавая реальной ценности.
– В этом я согласна с Алексом, – вступила в разговор Мэй Чен, основательница стартапа по автоматизации складской логистики. – Мы получаем десятки предложений о внедрении блокчейна каждый месяц, и большинство из них не выдерживает даже базового технического анализа.
Джейсон, сидевший рядом с Алексеем, подмигнул ему:
– Вот почему я доверяю этому парню стратегию развития продукта. Он видит сквозь маркетинговый шум.
Алексей улыбнулся. За три года в Кремниевой долине он стал частью сообщества технологических предпринимателей – своего рода элитного клуба людей, создающих будущее. Такие неформальные встречи, где за ужином и вином обсуждались тренды, технологии, стратегии, были неотъемлемой частью жизни здесь. Именно в таких разговорах рождались идеи, которые потом меняли целые индустрии.
– А что вы думаете о последних экспериментах Amazon с дронами для доставки? – спросил Джейсон. – Читал на днях, что они готовят масштабное внедрение.
– Слишком дорого для массового сегмента, – покачал головой Эрик. – Но для срочных доставок, особенно в медицине, – абсолютно перспективное направление.
– Проблема не в технологиях, а в регуляторике, – заметил Алексей. – Воздушное пространство жестко контролируется, получить все разрешения – это месяцы бюрократии.