Роман Колымажнов – Скрытое от взора. Часть 1 (страница 3)
«Всё круто!»
«Мне нравится»
«Пришлите потом итоговый вариант»
«Надо добавить, что Грозный покорил Астраханское ханство, чтобы владеть фермой сомов-исполинов!!!!!!»
Раков давал последние указания оператору. Его звали Илья, он был астраханцем. И ничего не знал про канал «Нечто ужасное». Антон даже на секунду расстроился, когда услышал это. С важным видом рассказал вкратце о своём проекте. Ведь сестра-то уж точно написала все вводные. И мягко намекнул оператору, что будет славно, если он хотя бы парочку выпусков посмотрит. Так он лучше будет понимать, как и что снимать. Илья только кивал – он был немногословным.
– Смотри, там будет вставка про сома-батюшку, а сразу после, через эффект в кадре, появляюсь я. Понял?
– Ну да… Давай снимать, – спокойно ответил Илья.
Быстрый поиск нужного ракурса. Парочка прогонов текста. Раков кивком показал, что готов. И получил аналогичный ответ, что запись пошла.
– Почему сом-батюшка так и не проснулся, нам только предстоит выяснить. Но присутствие могучего исполина почему-то привлекло в реки огромное количество рыбы. А она в свою очередь привлекла сюда людей. На месте, где землю разрезали сотни проток, ильменей и болот, разрастался город. Но природа каждый раз напоминает о своей сути. Стоит в Астрахани пройти небольшому дождю, дороги превращаются в полноводные реки. Ведь они и были на их месте. Земля помнит…
Раков замолчал, но продолжал какое-то время чуть с хитрым прищуром глядеть в объектив камеры.
– Да, нормас! – одобрил дубль Илья и опустил камеру.
– Так, смотри, после будет небольшая вставка с затопленными дождевой водой дорогами, и потом в кадре снова появляюсь я. Надо ракурс немного поменять, чтобы в кадр мост попадал.
– Ага…
Оператор включил запись.
– В 1952 году через Волгу построили мост, который теперь называют Старый. Таким образом решили закрепить хвостовой плавник сома, который стал подавать признаки пробуждения. Инженеры умышленно сделали мост разводным, ведь иногда гигантская рыба шевелит хвостом…
Пауза.
– По моей части тут всё, сделай кадров десять подсъёмки, – Раков ляпнул число наобум. – Чтобы было чем меня перекрыть на монтаже.
– Хорошо.
Илья сделал пару панорамных кадров по всей длине треугольных железных конструкций, снял разводную часть моста и – крупно – бетонные утяжелители.
– Погнали дальше…
Волны медленно облизывали песок городского острова. Антон шёл вдоль береговой линии. Людей на пляже было немного, а те, что были, особо не обращали на него внимания. Только один-единственный пристальный взгляд ловил каждое перемещение съёмочной группы. Какой-то человек сидел на корточках за первой линией небольших кустарников и изредка делал фото происходящего.
– Тут ничего особенного, через монтажную склейку перемещаемся на новую локацию, а повествование продолжается.
– Я готов.
– О! Начни с волн, которые набегают на песок, а потом медленно поднимай камеру на меня. Ок? – Антон ждал ответа.
– Да, давай. Снимаем.
Раков на секунду поднял голову, как это делают школьники, вспоминающие стихотворение, и начал:
– В 1988 году ниже по течению от Старого моста построили ещё один, который получил название Новый. Он окончательно зафиксировал рыбу на месте.
– Снято… Там немного в начале камера дёрнулась, но это не страшно.
– Точно? Переснять мне будет как бы проблематично.
– Да-да, всё ок.
Но Антон, зная распространённый среди видеооператоров пофигизм, решил, что лучше переснять. Так и сделали. Правда, не с первого раза. Примерно на четвёртый дубль всё получилось так, как хотелось Ракову.
– Дальше у меня небольшая фраза, её снимаешь крупным планом, чтоб только моё лицо в кадре было. А потом постепенно отъезжаешь, там дальше сообразишь.
– Ага…
Настройка фокуса. И съёмка продолжилась.
– Но и это ещё не всё. Прямо сейчас мы с вами попробуем услышать дыхание сома исполина! Его сонное посапывание! – Антон присел на колено и медленно опустил голову. Его ухо было максимально близко к песку. И в таком положение он пробыл секунд 30. Они тянулись целую вечность. Но только для оператора и того, кто наблюдал из-за кустов. А вот в голове Антона картинка красиво уходила в затемнение, и буквально на мгновенье, еле уловимо, мелькал кадр с лежащим на дне огромным сомом. Раков даже мысленно заулыбался. Он всегда чётко представлял, как отснятый материал будет склеиваться в единое полотно. И сейчас получилось очень сочно и интригующе. В его голове уж точно.
– Всё, – бойко вскочил на ноги Антон, – тут можешь особо не снимать. Один общий план сделай. Мост, он и в Африке мост.
– Только на этом всегда пробки, – осведомлённо заметил оператор.
Антон ловил телефоном удачный кадр, чтобы записать очередное видео-сторис для своей странички в социальной сети. На улице уже смеркалось. И оставалось всего минут десять-пятнадцать, чтобы поймать классный свет.
– Ну что, ребятки, работа кипит. Мы много всего отсняли. Сейчас у меня будет первая встреча. Вот Илюха, кстати, мой оператор. – Раков отвел камеру от лица таким образом, чтобы за его плечом было видно Илью. Тот никак не отреагировал. – В общем, поехали пилить контент дальше…
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Илья пятился назад, держа в руках камеру на стедикаме. Немного прихрамывая, перед ним шёл Раков. Пару дублей назад он подвернул ногу на неровно уложенной тротуарной плитке.
– В своих расследованиях я много работаю с архивами, читаю региональную прессу, смотрю сайты. И, конечно, общаюсь с местными жителями. Нет ничего ценнее этого общения. Мой первый герой связался со мной сам.
Раков достал из кармана телефон. И сделал вид что зачитывает сообщение, которое ему было прислано. «Антон, обожаю ваш канал. Если вдруг будете в Астрахани, напишите мне. Давайте встретимся. Мне есть, что вам рассказать». Раков сделал небольшую паузу, загадочно посмотрел прямо в камеру.
– Ну что ж, давайте встретимся, Андрей.
Перед Антоном сидел мужчина лет тридцати пяти. Но в его чёрных волосах уже блестела седина. Говорил он медленно, без суеты и изредка жестикулировал.
– Антон, я тебе говорю… Не хочу ничего заявлять, но резкие похолодания бывают, запахи странные по всему городу, то тут, то там. Постоянно чем-то воняет, то тухлыми яйцами, то гарью какой-то, шумы всякие, типа хлопки, свечения в небе…
– Не пойму, Андрей, к чему ты клонишь?
– Призраки, Антон! Ты же меня понимаешь, запахи сероводорода, перепады температур – это же всё признаки сверхъестественного… И это в масштабах города, представляешь?
– Слушай, да это всё легко объясняется в два счёта, – Раков прощупывал твёрдость убеждений информатора. Такое уже происходило не раз. Какому-то умнику очень хочется славы, и он выдумывает всякое, лишь бы понравиться, лишь бы зацепить. – Я знаю, как это бывает, – продолжил Антон. – Факты можно объяснить по-разному, притянуть к любой выдумке… Гарью пахнет, потому что степи постоянно горят, это всем известно. Свечения в небе от выбросов при переработке газа…
– Подожди, я ж это тебе тут всё не просто так рассказываю, типа цену набиваю. Показываю, как могу факты тасовать, – Андрей огляделся по сторонам.
Бар жил обычной будничной жизнью. Несколько столиков с парочками, которые мило воркуют о чём-то своём. В дальнем углу сидели три парня и тихо попивали пиво, залипая в телефоны, иногда показывая друг другу очередные, уже успевшие постареть мемы. Андрей очень быстро пробежался взглядом по залу и потому не заметил ещё одного гостя за баром. Мужчина сидел полубоком и пристально, хотя старался этого и не показывать, наблюдал за столиком Ракова и Андрея. И ему неплохо это удавалось.
– В общем, – продолжал Андрей. – Я тебе говорю, если тебя интересуют призраки и всякого такого рода чертовщина, начни с кремля.
– Да что вы все про этот кремль заладили! – говоря это, Антон явно имел в виду не только мужика, которого встретил сегодня утром у вокзала, а вообще всех и вся: сайты про достопримечательности, тг-каналы, всякие туристические ТВ-программы. – Мне там что – архитектурой любоваться? Мне нужны сенсации! Что-то необычное, захватывающее… Потустороннее! Нечто ужасное, если ты понимаешь, о чём я!..
– А кто сказал, что я тебе про архитектуру буду задвигать? Есть у нас одна легенда. Гуляет, говорят, по кремлю ДАМА В БЕЛОМ! Не знаю, чей-то там призрак, Мария Шмидт или типа того. И в последнее время её очень часто начали встречать. Почти каждую ночь!
– Вот это уже интересно! – оживился Раков.
– Я же говорю, всякие потусторонние силы у нас активизировались, народ только об этом и болтает… Тут мне такую историю рассказали про сторожа кремлёвского…
– Пить тебе меньше надо, и не будет мерещиться ерунда всякая, – поглаживая усы, заключил престарелый охранник.
– Да трезвый я был, как стёклышко, – возмущался его более молодой напарник. – Я обход делал перед закрытием, смотрю – вдалеке женщина маячит, вся в белом. Я ей: «Закрываемся! Выходить пора». А она бац и исчезла, испарилась просто.
– Ох, молодёжь. Что у вас только в голове творится. Испарилась прям, ага, рассказывай!..