Роман Клепов – Магическая дискотека (страница 4)
– Неплохо разжился!– осмотрелся Феликс.
– Стараюсь!
Его друг наверно постоянно был оптимистом. Будь у него серьёзные нелады на работе, он бы вряд ли огорчился, однако он не перегибал палку, про ответственность он ничуть не забывал. И самым удивительным являлось, что из каждой мерзкой неприятности он находил забавную вещь, над которой можно смеяться и падать со стула.
– Феликс, давай поступим так. Ты располагайся, а я пойду к себе в цех. Вечером договоримся, как тебе быть и куда пристроиться. Я думаю, тебе придётся пожить у меня. Ты согласишься?
– Всё равно выбора нет,– честно признался Феликс.
– Отлично. Вот ключи. Бери.
Лунин передал ему связку из трёх ключей.
– Если надумаешь куда уходить, долго не задерживайся.
– Ничего Влад, не беспокойся.
Друг ушёл.
Феликс снова внимательно осмотрел квартиру и понял, что у Лунина есть вкус на домашнее благоустройство холостого парня. Ничего лишнего, только необходимое и кое-какие общие увлечения, к примеру, музыка, фото, и, по его мнению, некоторые вещи на основе коммерческой деятельности. Несмотря ни на что, Лунин любил текстуру и просто предметную красоту.
Феликс подошёл к овальному зеркалу, закреплённому в фигурную рамку, выструганную столяром определённо на заказ. И дерево подобранное ценное, орех или что-то в этом роде.
Он посмотрел на своё отражение. За последние два армейских года он прилично изменился во внешности и относительно в лучшую сторону. Смуглое лицо стало мужественным, мягкий пушок на подбородке огрубел, бриться приходилось чаще. Хорошо, он не имел вредных привычек, поэтому он прекрасно сохранялся. Он старался не показывать в себе никаких недостатков. Скалов носил постоянно короткую стрижку. У него от природы были густые чёрные волосы, а пышную шевелюру он не любил.
Рост у Скалова был выше среднего, плотного телосложения, уверенная походка. Он предпочитал дисциплину в жёсткой форме и к тому стремился. Многие говорили ему, не надо сильно напирать вверх, а веди себя ровнее и мягче. Однако он оставался упорным и настойчивым. Может быть, оттого и нападали на него жуткие казусы жизни. Но Скалов об этом не задумывался, и, следовательно, исправляться не желал.
Вдруг зазвонил телефон. Возможно, ошиблись номером. Свои люди знали трудовые будни Влада.
Скалов не стал брать трубку.
Он слушал магнитофонные записи и представлял себе благоустроенную жизнь, но это только впереди. В отличие от Влада ему нужно устроиться на хорошо оплачиваемую работу, а там по обстоятельствам.
В минутных перерывах он ужасался о полосе крупных неудач. Утро наступило весьма неблагоприятное. Зато он встретил близкого друга, который поддержит его в кризисе.
Скалов принял тёплый душ, закутался в халат и машинально посмотрел на настенные часы. От удивления он подпрыгнул на месте. Рабочий день друга пролетел совершенно незаметно.
Около шести часов вечера друзья собрались в зале для обсуждения дальнейших действий. Мирная обстановка в компании хорошего человека радовала Феликса до глубины души.
– Сегодня на работе я кое-что сообразил.
После короткой паузы Лунин решил подстраховать своё предложение и задал вопрос иначе:
– Как ты относишься к охране?– спокойно спросил он.
– Если честно, я в армии постоянно был в усилении охраны БСП.
– Тогда доверься мне. Поначалу трудно будет освоиться, но я думаю, ты быстро привыкнешь.– Лунин улыбнулся.
– Разумеется,– подтвердил Феликс.– Сидеть у кого-то на шее я не собираюсь.
– Тем более.
Лунин бегло оглядел его внешний вид.
– Подойдёшь в самый раз. Пойдёшь в ОВО?
– У тебя какие-то связи, что ли там?– заинтересовался Феликс.
– Глупые вопросы Феля! Я работал там раньше. Полгода.
– Успешно?
– Нормально.
– А почему ушёл?
– Не мой профиль. Я больше люблю заводскую деятельность, да и намекать стали, что я в армии не служил, увольняйся по добру и без всяких на то вмешательств,– не слишком уверенно буркнул Лунин.– Если хочешь, я могу похлопотать насчёт тебя к нам?
– У меня нет специальности, вернее никакого опыта.
– Да,– согласился Лунин.– Проблематичное дело.
– А грузчик из меня неважный, спину подорвал. Временно и то не смогу,– добавил Феликс.
– Тяжело, что и говорить.
Лунин сочувствовал от души и напрягался всем телом, чтобы помочь любезному другу. Однако в голову как назло ничего не приходило.
– Любопытно, гожусь ли я вообще на что-то,– виновато отметил Феликс.
– Перестань!– нервно прикрикнул Лунин,– руки, ноги целы и разум в порядке, а там чепуха. Понимаешь, иногда бывает, что первоначальная мысль лучше любой другой. Я думаю, тебе необходимо попробовать работать во вневедомственной охране.
В глазах Лунина ясно выражалась решительность. Он шумно опустился на диванчик и сразу вскочил, сделал несколько шагов по комнате и до боли сжал кулаки. Казалось друг хотел никак помочь, а наоборот доказать свою силу полномочий.
– Завтра, зайди к начальнику команды,– подсказал Лунин.– Оттуда направят в кадры.
– Будет сделано.
Феликс не спрашивал его о подробностях, ибо это он увидит сам. У него нет выбора, и он послушается совета Влада, да и по вечерам будет много новостей в свободное от работы время.
Влад Лунин продолжал голосить. Иногда улавливались нотки печали, безумного хвастовства и гордости.
– Меня чуть не подбили однажды. Я переходил площадь…,– Лунин покачал головой и содрогнулся.– Впрочем, неважно. Только додумались на такое!
Феликс пристально посмотрел на него.
– На каком объекте это было?– спросил он.
– Что?
– Ну, тебя бабахнули!?
– Где? А-а-а, на работе,– сообразил друг.
– Ты про охрану рассказывал?
– На производстве, нынче.
– От темы ты здорово оторвался.
Они дружно рассмеялись.
– Я что хочу сказать. Не только опасность у охранника, но и на мирной фабрике. А беда была в мостовом кране, представляешь?
– Конечно.
Теперь уже Лунин словно измерял комнату шагами. Раз или два он бросил прямой взгляд на Феликса, будто хотел найти в нём телепатический вопрос. Потом заговорил:
– Хорошо, хорошо. Поглядим на будущее.
Они закрыли разговор о трудоустройстве Феликса и принялись беседовать о последних двух годах армейской службы.
Сложные дни проходили быстро и из памяти не уходили. Феликс не утаил перед ним трудности и позоры, неудачи и поздравления.
Лунин сильно восторгался.